Нежеланная невеста, или Зимняя сказка в академии магии (СИ)

— Наверное, кто-то установил портал на территории академии, — ответил Даррел, не открывая глаз, на которые упали прядки черных волос. — Прямиком с северных земель. Эти твари пришли оттуда.
— Я тоже с севера, — вздохнула я.
— Я же говорю — с севера идет вся нечисть, — ухмыльнулся он и получил от меня тычок под ребра.
— Эй, я вообще-то, все еще принц, — заметил он.
— Я в курсе. И ты все еще меня раздражаешь.
— Взаимно, девочка.
Я села рядом с ним и поежилась — снова услышала этот мерзкий вой.
— Как думаешь, нас быстро найдут? — спросила я.
— Быстро. Я же наследник империи. Сложно будет сделать из сестры или братьев такого же хорошего наследница, как я, — искривились его губы в странной улыбке. — Не бойся, Изабелль Бертейл — ах да, ты уже не Бертейл, какая жалость.
— Я и не боюсь, — стала храбриться я. — Но, кто поменял координаты портала, или дурак, или хотел тебя убить.
— Ты только поняла? — хрипло рассмеялся Даррел.
Я сглотнула, хотела что-то ему сказать, но вдруг услышала знакомый голос:
«Наследница».
И замерла. Я уже слышала его в академии, в той комнатке, в которой все началось!
«Наследница», — снова прошипел кто-то едва слышно.
— Это еще что? — тихо спросила я, не понимая, что происходит. Я встала на ноги и принялась оглядываться по сторонам. Кто это был? Кто звал меня? А в том, что звали именно меня, я не сомневалась.
— Что такое? — удивленно спросил Даррел, расправляя плечи. — Что случилось?
— Ты слышишь это? Чей-то голос?.. — почти прошептала я, ощущая не страх, а, скорее, досаду. По венам пробежал неприятный холодок.
— Я не страдаю галлюцинациям, — хмуро ответил Даррел.
— Я тоже.
— Я вижу, — ухмыльнулся он. — Во дворце попрошу мать пригласить к тебе лучшего императорского целителя.
— Ты не понимаешь! — топнула я ногой. — Я уже слышала это.
И я спешно рассказала обо всем принцу. Скрывать смысла не было — по крайней мере, в этом эйховом домике в Костяном лесу.
Улыбка Даррела погасла, и он задумчиво потер подбородок.
— С тобой разговаривает тьма. В том кабинете концентрированная энергия тьмы в малом количестве содержалась в банках. А в Костяном лесу ее темных магических потоков достаточно много, в отличии от обычных. Не переживай, я передумал насчет целителя. Слышать тьму — нормально для таких, как ты, — сказал он вдруг.
— Для каких — таких? — нахмурилась я.
— Темных. — Его глаза внимательно разглядывали меня, но я привыкла к этому тяжелому, проникающему в самую душу взгляду. Он больше не страшил меня. И даже почти не раздражал. Временно. У нас перемирие по определенным обстоятельствам.
— Я не темная, — прикусила я губу.
— Ты — наследница Черного дракона. Сложно поспорить с этим. Тьма — в твоей крови. В твоей душе. Наверное, поэтому ты так понравилась моему несравненному братцу. Тьма любит тьму. — Голос Даррела стал холодным.
— Еще раз — я не темная. Я стихийница.
— Одно другому не мешает. Драконы бывают разные. Тьма и огонь — отличное сочетание. Такие в роду Черного дракона уже бывали. Твой дед, к примеру, если я правильно помню, — парировал Даррел.
«Твой дед». Это прозвучало странно. Тот, кого я считала своим дедом, умер до моего рождения от болезни, что унесла его в землю за несколько месяцев. Вместе с бабушкой и тетей мы посещали его могилу каждый День памяти, праздник, когда почитали ушедших. В юности он был гвардейцем, а после помогал бабушке в лавке.
Но ведь у меня был и другой дед. Отец моего отца. И о нем я ничего не знала. Я ничего не знала обо всех родственниках со стороны отца вообще. И только сейчас задумалась над этим. Может быть… Может быть, мой отец имел отношение к этим Черным драконам? И поэтому тьма, о которой я ничего не знаю, называет меня наследницей? Голова шла кругом от этих мыслей.
— Я не дракон, — упрямо сказала я, пытаясь доказать это не Даррелу, а самой себе. — Это какая-то ошибка.
— Это не ошибка, — задумчиво ответил принц. — Я долго не мог понять, что с тобой не так. Почему не поддаешься ментальным чарам. Почему от тебя исходит… исходит такая странная энергетика. Теперь понимаю. Ты — такая же, как и я. Но твой дракон спит. Интересно будет с ним познакомиться, когда он проснется. Когда проснешься настоящая ты.
 
В его голосе слышался неподдельный интерес.
— Я ничего не понимаю. — Я крепко стиснула зубы. — И хочу объяснений.
— Поддерживаю. Я хочу их не меньше. В какой-то момент даже стало интересно, что задумали мать и отец. Ты согрелась? — спросил он вдруг без перехода, словно не желая разговаривать о родителях.
— Да. Терморегуляция почти в норме, — я разгладила складки на своем некогда прекрасном золотистом платье. Испортить два платья за одну ночь — непостижимо! Ну хотя бы жива — уже плюс.
— Больше ничего не слышишь?
— Нет.
Какое-то время мы сидели молча. Мне хотелось есть, однако в охотничьем домике не нашлось провизии — я осмотрела весь домик. Если честно, он не нравился мне. Казалось, что стены и крыша давили. Хотелось выбежать за дверь, за которой завывала лесная метель, но я сдерживалась.
— Как думаешь, кто построил этот дом? — спросила я, в который раз осматривая все вокруг.
— Ведьма или колдун, — без раздумий ответил Даррел.
— С чего ты так решил? — сглотнула я.
— Они частенько прячутся в Костяном лесу или в других проклятых местах, где проблемы с потоками магии, кроме темных.
Я шумно выдохнула. Ведьмами и колдунами называли отступников — тех, кто не служил во благо империи, не обучался в академии магии и занимался запрещенной магией. Многие из них служили темному богу, а учеников — детей с темным даром — попросту похищали и воспитывали. Они были вне закона. И зачастую творили действительно жуткие вещи.
— Считаешь, он тут живет? — спросила я хрипло.
— Нет. Скорее, изредка наведывается. Проводит ритуалы где-то в чащобе — там, где, возможно, остались осколки темного алтаря.
— Ты так спокойно об этом говоришь… А если этот колдун или ведьма вернется сейчас?
— Я не боюсь, — пожал плечами Даррел. — Сказал же — смогу защитить нас даже несмотря на слабые потоки магии.
— Самоуверенно, — улыбнулась я устало.
— Честно, — парировал принц.
— Никогда у меня не было такой странной Ночи зимнего свершения. О чем думаешь? — спросила я. В тишине сидеть мне не нравилось. И слушать завывание вьюги снаружи — тоже. Ее песнь была протяжной и злой.
— Я должен был остаться там и защищать подданных, — глухо сказал Даррел. На его лицо падали косые тени, и от этого оно казалось взрослее, а черты лица стали более резкими. Мне вдруг стало казаться, что это вовсе и не раздражающий меня высокомерный принц, а кто-то другой. Тот, кого я не знаю.
— Но не остался, — вздохнула я и заметила, как он сжал кулаки, лежащие на коленях.
— Да. Не мог. Во мне столько силы, сколько нет в других, но мне не позволено тратить ее, — в каком-то странном порыве признался Даррел.
— Почему? — удивилась я.
— Запрещено. Давать волю дракону опасно — могут пострадать окружающие, — нехотя ответил принц.
— Ты не можешь его обуздать? — догадалась я.
— Что-то вроде этого, — кивнул он. — Что ты знаешь о драконах?
— Драконы живут в трех ипостасях, — отозвалась я, вспоминая все то немногое, что знала. — Могут быть обычными людьми. Могут материализовать своего внутреннего дракона, используя древние ритуалы. Или же сами могут становиться драконами, и тогда их сила достигала пика.
— Верно. Но иногда драконья сила прорывается, когда мы находимся в человеческой ипостаси. И тогда мы становимся опасными. Требуются годы, чтобы научиться контролировать себя. И я все еще учусь, — сказал Даррел, задумчиво потирая подбородок. — Раньше, много веков назад, эту проблему решали легко — драконы вступали в дуумвират — двойной союз с истинной парой. И тогда внутренняя магическая сила приходила в баланс.
 
— А сейчас? — спросила я.