Похвала (ЛП)

— Блять… — бормочу я сквозь стиснутые зубы.
Быстрым движением я переворачиваю ее на живот, прижимаясь к ней сзади.
— Мы можем сделать это быстро.
Она стонет, но я уже на шаг впереди. Я задираю ее юбку выше бедер, отодвигаю трусики в сторону и быстро вытаскиваю свой член из штанов ровно за пять секунд.
При виде ее идеальной задницы я чувствую себя диким. Я быстро шлепаю ее по попке, заставляя вскрикнуть, затем разминаю плоть рукой. Она прижимается ко мне. Черт, мне нравится видеть ее такой нуждающейся, и мне нравится, что она жаждет моего члена. Наклоняясь, я жадно кусаю ее за правую ягодицу. Она визжит, утыкаясь лицом в матрас.
— Я должен заставить тебя ждать, — рычу я, вставая и отводя ее бедра назад, прижимая головку моего члена к ее влажным половым губкам.
Она громко стонет, уткнувшись лицом в атласные простыни.
— Но я хочу, чтобы ты слила мою сперму себе в трусики, пока будешь на сцене.
Я погружаюсь в нее, и это похоже на рай. Ее стонов и вида ее мягких бедер в моих руках достаточно, чтобы свести меня с ума, но именно тугой жар ее влагалища сводит меня с ума.
Шарлотта была создана для меня. Эта киска была создана для моего члена, она поглощает меня с такой жадностью, словно околдовывает меня, черт возьми. Заставляя меня больше никогда не хотеть другую киску, чего я не хочу.
— Сильнее, — выдыхает она, отталкиваясь назад, ее тонкие пальцы крепко сжимают черный атлас. Я даю ей то, что она хочет, врезаясь в нее все сильнее и сильнее, задаваясь вопросом, не причиняю ли я ей боль, но, похоже, ей совсем не больно. Выражение ее лица больше похоже на экстаз.
— Я хотел бы трахать тебя каждую минуту своего дня, ты знаешь это?
— Да.
— Мне нравится трахать тебя, Шарлотта. Ты так хорошо берешь мой член.
— Мне это нравится, — стонет она.
— Я хочу, чтобы твоя киска болела, когда ты будешь там, наверху. Я хочу, чтобы ты думала об этом.
— Быстрее, Эмерсон. Я собираюсь кончить.
Она стонет в пронзительной мольбе. Боже, мне нравится, что теперь она просит о том, чего хочет во время секса.
Я приподнимаю ее бедра и врезаюсь в них, рыча с каждым молниеносным толчком. Ее красивая киска крепко сжимает мой член, когда она кончает.
Держа ее бедра в своих руках, я позволяю ее телу расслабиться от оргазма, когда начинаю погружаться внутрь нее, пристально наблюдая за ней и представляя, как ее тело впитывает все, что я ей даю.
Когда я выхожу из нее, то бросаю взгляд в сторону двери.
Если и были какие-то сомнения по поводу того, что я трахаю свою секретаршу, то теперь они исчезли. Даже если они не слышали меня, поскольку эти стены довольно звуконепроницаемы, мы здесь уже некоторое время разговариваем.
Я задираю трусики Шарлотты и поправляю ее юбку. Она встает и поправляет блузку.
Прежде чем она направляется к двери, я хватаю ее за талию и притягиваю к себе. Мне нужны ее губы, один быстрый вкус, прежде чем мы вернемся туда, и она выйдет на сцену, позволяя случайным мужчинам предлагать деньги за ее время. Мне нужно еще немного обмануть себя и притвориться, что она моя.
Если бы я был умным человеком, я бы позволил кому-нибудь другому выиграть Шарлотту сегодня вечером. Я должен позволить ему произвести на нее впечатление своими деньгами или обещаниями секса, и если она решит, что предпочла бы быть с кем-то, кто мог бы любить ее по-настоящему, я должен отпустить ее.
Но даже я знаю, что сейчас это невозможно.
Я не думаю, что когда-нибудь смогу отпустить ее.
  
ПРАВИЛО № 28: КОГДА ОН ГОВОРИТ ТЕБЕ, ЧТО ТЫ ТОГО СТОИШЬ, ВЕРЬ ЭТОМУ
 
Шарлотта
Я думаю, меня сейчас стошнит. Этого не может быть на самом деле.
Каким-то образом я стою среди толпы из тринадцати других женщин, все они великолепны, как супермодели, и в нижнем белье — если это можно так назвать.
Я делаю это ради Эмерсона. Я не могу сказать, говорит ли он мне сделать это, потому, что я ему нужна, или потому, что он сам этого хочет. Он действительно собирается позволить кому-то другому выиграть час со мной, предполагая, что кто-то вообще сделает ставку?
 
Неужели я так мало значу для него?
Я не могу перестать заламывать руки, когда мой взгляд встречается с женщиной из тронного зала, самой мадам Кинк. Со своими длинными черными волосами и обезоруживающими зелеными глазами она подходит ко мне с теплой улыбкой.
— Еще раз снова здравствуй.
— Привет, — заикаясь, бормочу я, стараясь смотреть ей в лицо, а не на грудь, прикрытую только тканью.
Я никогда не чувствовала себя более нелепо из-за того, что ношу одежду.
Я выпрямляю спину и пытаюсь притвориться сексуальной и уверенной в себе. Хотя я не уверена, что это работает.
— Ты ведь не нервничаешь, правда?
— Нервничаю? Нет…
— Да, я определенно не собираюсь это рассказывать кому-то. — Она отвечает с улыбкой.
— Да, я немного нервничаю, — продолжаю я. — Это не совсем нормально для меня.
— Как тебя зовут? — Спрашивает она.
— Шарли, э-э, я имею в виду Шарлотта.
Ухмыляясь, она говорит:
— Я Иден.
— Приятно познакомиться, — шепчу я, все еще заламывая руки.
— Можно мне? — Она дотрагивается до пуговиц моей блузки.
Глядя в ее добрые зеленые глаза, я глубоко вздыхаю и киваю. Есть что-то в том, как она снимает с меня одежду, что заставляет меня чувствовать себя немного спокойнее из-за того, что я вообще снимаю ее на публике.
— О, это мило, — говорит она, замечая мой черный кружевной лифчик под рубашкой.
— Тебе определенно стоит это показать.
Она стягивает с моих плеч белую блузку. Затем, стоя у меня за спиной, она расстегивает молнию на моей юбке.
— Как долго вы с Эмерсоном вместе? — Небрежно спрашивает она.
— Мы не вместе. Я всего лишь его секретарша, — поправляю я ее.
Раздается тихое хихиканье, когда она наклоняется вперед и прижимается губами к моему уху.
— У тебя на ягодице след от укуса, Шарлотта.
Я ахаю, привлекая внимание окружающих меня девушек.
— О боже мой.
Я пытаюсь скрыть свое унижение, но Иден просто кладет руки мне на плечи, пытаясь утешить меня.
— Расслабься. Это чертовски жарко.
— Это действительно заметно? — Спрашиваю я, пытаясь прикрыть это рукой.
Она встает передо мной, кивая головой.
— Очень. Значит, Эмерсон этого не делал?
На данный момент я даже не могу пытаться скрывать это. Скривив губы, я слегка пожимаю плечами, и она понимающе кивает.
— Ты не думаешь, что он слишком стар для меня? — Спрашиваю я, пытаясь прочесть выражение ее лица. Но она только смеется.
— Нет, я не думаю, что он слишком стар для тебя. А ты?
Я пожимаю плечами.
— Это сложно.
— Я знаю Эмерсона уже несколько лет, и я никогда не видела, чтобы он уделял кому-то столько внимания, сколько он уделяет тебе.
Это заставляет меня чувствовать себя лучше, но только на мгновение. Я сосредотачиваюсь на ее лице, и страх охватывает меня, когда я спрашиваю:
— Подожди… у вас с Эмерсоном никогда не было… не так ли?
— Нет, — прямо отвечает она.
— Эмерсон очень доминирующий… и я тоже.
— Ой.
Иногда я чувствую себя здесь такой идиоткой, как будто ничего из этого не понимаю и, возможно, никогда не пойму. Я словно вступаю в чужой мир, частью которого никогда по-настоящему не стану. Я существую только на руке Эмерсона, только здесь как его аксессуар, а не как я сама.
Иден, должно быть, чувствует мое беспокойство, потому что берет мои руки в свои.
— Расслабься, Шарлотта.
И тогда я спрашиваю то, о чем мне до смерти хотелось спросить с тех пор, как она заговорила со мной.
— Могу я задать тебе вопрос?
— Конечно.
— Ты собираешься… переспать с ними сегодня вечером?
Она ухмыляется и бросает взгляд за занавеску на мужчин и женщин, ожидающих на первом этаже. Затем, пожав плечами, она говорит:
— Я в клубе, не так ли?