Веятари (СИ)

— Если она этому не помешает. Ее власть весьма велика.
— И среди правящей элиты наверняка найдутся те, кто захочет ее ограничить, — я улыбнулась беспечно. — Лиар, не переживай раньше времени. С проблемами будем разбираться по мере их поступления. Возможно, императрица даже не узнает о нашем браке. У нее наверняка есть более важные дела, чем следить за нами.
Лиар покосился на меня скептически, но ничего не сказал. Наверное, не хотел портить мне настроение. Чуткий и заботливый.
Люблю его.
В гильдии на меня смотрели с удивлением, и я даже не сразу поняла почему. Я не просто пришла без маски, я теперь и выглядела иначе, и, разумеется, тем, кто наблюдал за нами с Лиаром в последнее время, любопытно, откуда такие перемены. Но вопросов нам не задавали. Знали, что ответов все равно не получат.
Сегодня на регистрации дежурила Рия, и она, передавая мне список заказов, неожиданно сообщила:
— Вам поступило предложение о сотрудничестве, госпожа Хайви.
— Да? — я удивилась. — От кого?
— От музыкальной группы «Баратар». У них намечается большой концерт на следующей неделе, и им требуется сопровождение веятэ.
— Почему мы? — я изумилась.
«Баратар» была одной из самых любимых моих групп, но когда-либо побывать на их живом концерте я не рассчитывала. Говорят, приглашения на них распроданы на несколько лет вперед, и я не имела ни малейшего понятия, как можно достать хоть одно. А тут — сами приглашают, да еще приплачивают! Слишком хорошо, чтобы быть правдой.
— Видите ли, госпожа Хайви, на таких концертах прорывы гарантированы и риск велик. Поэтому с музыкой команды веятэ связываться не любят. И приглашения отправляются всем из вершины рейтинга — кто первый согласится, того и заказ.
— А что, еще никто не согласился? — поразилась я.
— Никто, — подтвердила Рия.
— А если желающих не найдется?
— Либо отменят концерт, либо направят кого-то в обязательном порядке. Обычно для «Баратар» — второе. Но менее известные группы чаще всего отменяют концерты.
— Мы согласны, да, Лиар? — посмотрела я на него.
Вид у моего атари был мечтательный — эту группу, как и я, он любил.
— С удовольствием, — подтвердил он.
Эх, мяушки-котяушки. А подписанному заявлению в храме он так не радовался.
Я взяла список и отошла от Рии. Лиар приобнял меня за плечи:
— Лисса. Я безумно рад, что нас благословят. Просто боюсь в это верить. А здесь нас ждет работа — и мы еще от этого и удовольствие получим. Понимаешь?
— Да, — я расслабилась. — И мы даже успеем еще одно задание взять до концерта.
— Трудоголик, — пожурил меня Лиар и тоже взялся за список.
Больше на слабых телар я не смотрела. Задания только для новичков мы давно переросли, и выбор теперь был действительно внушительный. Но я по-прежнему ориентировалась не на цену, а на сложность — и сроки. Кто еще зачистит там, где отказываются другие веятэ?
Эту заявку я едва не пропустила, но глаз зацепился за странность.
— Лиар, посмотри.
Он прочел заявку и удивленно посмотрел на меня.
— И что?
— Ничего странным не кажется? — я озвучила сомнения. — Никаких сведений о теларе, оплата непонятная, да и заказчик частный.
Обычно просьбу о помощи от деревни в гильдию направлял ее староста, как официальный представитель местной власти. И в заявке указывались обстоятельства, при которых о теларе стало известно, прилагалось хоть какое-то описание врага, на основании которого устанавливался уровень телара и рекомендуемая сумма вознаграждения. Если деревня могла себе ее позволить, то отправляла эту сумму на счет гильдии, откуда средства перечислялись веятэ, закрывшей заказ. Если не могла — то на счет поступала максимальная сумма, которую деревня готова заплатить.
В этой заявке никакого описания не было, а оплата не дотягивала даже до золотого. Словно заказчик собирал деньги по карманам. И официальным лицом он точно не был.
— Рия, а что это за заказ? — Лиар согласился со мной, что дело это странное, и я отправилась за уточнениями.
— О, — девушка задумалась, чуть сдвинув брови. — Это… м, заявка неофициальная, но залог внесен наличными, поэтому отменить мы ее не можем. Мы связывались с главой деревни, он уверяет, что никаких телар в Горенке нет. Но, пока заявитель не приедет за деньгами, закрыть эту заявку мы не можем.
 
— Но здесь же мелочь, — удивленно заметил Лиар.
— Даже если мелочь — таковы правила. Мы не имеем права закрыть заявку, пока на ней деньги. Гильдия всегда выполняет обязательства! Даже если это доставляет нам неудобства.
— Рия, запиши эту заявку на меня, — попросила я. — Мы съездим в эту Горенку, найдем заявителя и, если там нет телара, вернем деньги.
Лиар кашлянул, выразительно глядя на меня. Я смутилась, осознав, что не посоветовалась с ним, чего не случалось с нашего первого задания. Но заявка и впрямь была странная, и мне почему-то хотелось ее проверить. Что-то подсказывало, что дело тут нечисто, но… со стороны и впрямь смотрится, словно неудачная шутка.
Сейчас, когда у нас с Лиаром появились новые возможности, делающие нас сильнее, возможно, это глупо — размениваться на такие пустяки. Но…
Я беспомощно посмотрела на своего атари. Если он будет против — я не стану настаивать, признавая свою вину.
— Съездим, — кивнул он, отвечая на невысказанный мой вопрос.
Я с благодарностью улыбнулась и забрала заявку.
— Спасибо, — уже выйдя из гильдии, поблагодарила я. — И прости, что опять не посоветовалась.
Лиар улыбнулся в ответ:
— Ты бы видела себя. Словно я твою судьбу решаю. Почему это так важно?
— Не знаю. Предчувствие какое-то…
— Не замечал раньше за тобой предчувствий.
— А их и не было, таких, — я улыбнулась. — Заодно проверим, не обманывают ли они меня.
Ни в какие предчувствия я не верила, но заявка и впрямь была странной, и это могло означать как неудачную шутку, так и что-то серьезное. А я не привыкла отмахиваться от странностей. В любом случае до Горенки рукой подать, и много времени проверка точно не займет. Зато беспокоиться не буду.
До Горенки — полдня неспешной езды, поэтому мы не стали откладывать выезд, быстро собрались и отправились в путь. Обычно мы не работали так близко от столицы, Лиар постоянно ворчал, что я вечно тащу его в какую-то глухомань. Наверное, поэтому он и не стал возражать. Видимо, прикинул, что с меня станется отправиться на окраину Империи, и мы не успеем вернуться к концерту. Хотя, возможно, будь такой заказ далеко, я бы тоже не стала за него браться. Я же себе не враг.
В Горенку мы приехали засветло. Деревня оказалась небольшой, в стороне от основных дорог, но довольно зажиточной. Насмотревшись на нищету глухих поселений, я и забыла, что крестьяне в Империи могут жить и так: в добротных домах, в новой одежде, сытые и ухоженные.
Лиару в Горенке тоже понравилось. Он не говорил об этом, но я видела, как угнетает его крестьянская нищета. Пусть он и был моу, но искренне считал, что даже простолюдины заслуживают достойной жизни.
И его печалила невозможность что-либо изменить.
Староста деревни встретил нас неприветливо. О заказе он ничего не знал, ни о каких теларах в округе не слышал и был явно недоволен, что приходится пускать нас на постой. Но выгнать нас не мог — никогда не знаешь, когда может понадобиться помощь веятэ, и портить отношения с гильдией точно не стоит.
Дом у него был большой, но жил староста один. Довольно странно для мужчины в возрасте, но расспрашивать я не стала. Оставив вещи в выделенной нам комнате, я потащила Лиара в деревню, искать телара — или того, кто о нем заявил.
Пройдясь по деревне, я с неприятным удивлением обнаружила траурные ленты на нескольких домах. Но испуганными деревенские не выглядели, как обычно бывает, когда поблизости заводится телар. Но для естественных причин смертей многовато.
У колодца я выцепила молодую женщину, с ходу спросив:
— А что у вас в деревне стряслось?