Стань моим домом (СИ)

Хотя пока, пожалуй, рано об этом думать. Приехать к маме раньше Рождества он все равно не сможет, а сейчас едва наступил сентябрь. Пока нужно закупить картонные стаканчики для кружки добра, встретиться с меценатами и запустить рекламную кампанию. Согласовать тексты и подготовить машины…
Но сегодня — только он и океан. И это делало его невероятно счастливым. Ему не так часто удается выбраться из офиса до заката солнца. Поэтому как минимум раз в месяц мужчина устраивает себе, как он это называет, день с океаном. Несмотря на то, что Брайан родился в прибрежном городке, он, в отличие от многих других, не утратил своей любви к океану. Он обожает дайвинг, путешествия на яхте или даже банальную рыбалку. И, разумеется, серфинг. На доску он встал впервые, когда ему было 16. Он тогда только переехал в Лос-Анджелес и был в поиске занятий на остаток летних каникул. Гуляя по пляжу, он заметил, как инструктор учит какого-то мальчишку держать баланс на серфе. Брайан записался на урок в этот же день. С тех пор он покорил не одну волну. И даже выиграл парочку местных соревнований. Но заниматься серфингом профессионально Брайан не хотел. Ему нравилось, что он мог забыть об этом на неделю или даже на месяц, а потом дни на пролет проводить на доске. Ему нравилось, что никто не диктует ему, что правильно, а что нет. И никто не указывает, сколько конкретно часов он должен тренироваться. Серфинг дарил ему свободу. И Брайан ни за что не стал бы превращать это в работу.
Вот и сегодня, ему хватило пары часов. Периодически он выходил на берег передохнуть и слушал волны. Людей на пляже практически не было, и Брайан дал себе время насладиться этим единением. Он даже телефон оставил в машине, чтобы никто его не беспокоил. Наконец, солнце начинало свой закат, и Брайан решил, что пора возвращаться в реальность. Он тяжело поднялся, ощущая приятную усталость, отряхнул доску от песка и побрел к машине.
Брайан обнаружил свой телефон разорванным от звонков. Так всегда случалось, если он оставлял мобильный без внимания. Среди 23 пропущенных Брайан заметил один от мамы. Решил перезвонить ей в первую очередь, потому что потом придется долго разбираться с рабочими вопросами. Лучше он сперва доедет до дома и сядет за ноутбук, чтобы на ходу заниматься делами.
На самом деле, мама редко звонила. Они могли часами разговаривать по видеосвязи, а потом неделю общаться только по смс. Она всегда говорила, что не хочет отвлекать его от работы. Хотя у нее и у самой было не так уж много свободного времени. Несмотря на свой почтенный возраст, Лора Хилл продолжала работать в школе, где трудилась последние 30 лет. А по выходным и вечерам проводила время в своем саду, который разбила перед домом. Брайан неоднократно предлагал ей переехать к нему в Калифорнию. Он даже присмотрел ей новый дом с большими розовыми кустами на заднем дворе. Обещал посадить вишневые деревья и заезжать на ужин несколько раз в неделю. Но миссис Хилл никогда не соглашалась и даже не предлагала подумать. Она обожала свою работу и свой дом, в котором родилась и выросла. Да, между ней и ее сыном были тысячи километров, но Лора прекрасно чувствовала себя в Северной Каролине и не хотела переезжать. Она ценила свою одинокую, но уютную жизнь в своем маленьком домике, из гостиной которого по вечерам наблюдала красивые закаты. Она вернулась в этот дом 12 лет назад, когда развелась с мужем. Брайану тогда было 14. Он остался жить с отцом, а через 2 года бывшему супругу предложили работу в Санта Барбаре, и он забрал сына с собой. Мальчик все равно планировал поступать в Калифорнийский. Пока Брайан учился, он каждое лето возвращался в родной город на все каникулы, но в последние два года едва вырывался на несколько дней в Рождество. Поэтому основным средством общения с мамой стал телефон.
Брайан уже ехал домой, когда мама, наконец, взяла трубку. Наверное, опять увлеклась цветами.
— Алло, мам? Извини, что не ответил сразу, был на пляже, — Брайан улыбался и уже настроился на непринужденную беседу. Приготовился рассказать, что видел стаю дельфинов, пока плавал на доске. Что готовит новый проект, что, возможно, сможет прилететь в следующем месяце в гости.
 
— Брайан. Я должна кое-что тебе рассказать. Только прошу, не волнуйся. — Какая еще фраза может заставить так переживать, как эта? — Я тут посетила доктора Феллмана на днях. Ну, ты знаешь, мы ведь должны проходить медосмотр, прежде чем вернуться в школу после каникул, — кажется, миссис Хилл тянет время.
— Мам, что случилось? Говори уже. — вот теперь по спине Брайана пробежал холодок.
— Да все в порядке. Просто доктору Феллману не понравились мои головные боли, и он предложил пройти дополнительное обследование. Кажется, они там что-то нашли. И планируют сделать операцию. — Лора не хотела волновать сына. Но она должна была сказать ему. На следующей неделе ее будут оперировать, а потом ей понадобится помощь.
— Что нашли? Ты можешь мне сказать? — Брайан завернул на подъездную дорожку своего дома и заглушил мотор. Он начинал злиться на маму. Почему она не может четко объяснить, что стряслось?
— Какая-то опухоль. — Миссис Хилл казалось, что, если она будет говорить неопределенно, ее слова не станут звучать так волнительно. — Ты не мог бы приехать на пару дней на следующей неделе? После операции я буду приходить в себя какое-то время.
— Я сейчас же поеду в аэропорт! — Брайан вышел из машины и пошел собирать вещи. Миссис Хилл попыталась отговорить его так сразу бросать дела. Она еще пару раз повторила, что у нее все в порядке. Но Брайан ответил, что решение он уже принял, и ему нужно сделать несколько рабочих звонков. Так что он перезвонит ей, когда сядет в самолет.
Дома Брайан быстро закинул в рюкзак пару футболок, джинсы и шорты, сполоснулся от соли, оделся и позвонил Мэтту. Предупредил, что другу придется в одиночку справляться с работой. Взял пакет, положил в него пару мисок, немного корма и запасной поводок. Надел ошейник на своего пса Чарли и вызвал такси. Машину Брайан решил оставить в гараже. Он не знал, на какое время возвращается в Саупфорт, поэтому по пути в аэропорт забронировал дом недалеко от мамы. С собакой к ней нельзя — у миссис Хилл страшная аллергия. А оставить друга на неопределенный срок с кем бы то ни было Брайану показалось неправильным. Чарли был примерной собакой — спокойной, послушной, как и положено уважающей себя немецкой овчарке.
В такси Брайан нервно гладил Чарли по морде. Пес чувствовал его напряженность. Он смотрел на хозяина своим пронзительным взглядом и молчал. Будто бы безмолвно говорил: «Все будет хорошо!».
К удаче Брайана, ближайший рейс до Уилмингтона был через пару часов. Ожидая посадки, он все думал о том, насколько мама преуменьшила свою проблему. Ведь, по ее словам, ей необходима небольшая операция и реабилитация, только и всего. Но Брайан был уверен, мама никогда не признается, насколько все серьезно. Однажды она сломала ногу, а сыну сказала, что всего лишь ушиблась. О переломе он узнал случайно, от соседки. Поэтому на этот раз Брайан решил лично поговорить с доктором и выяснить все подробности.
Семь часов в небе дались Брайану нелегко. Сначала он пытался уснуть, потом почитать книгу, затем поиграть в шарады на телефоне. Но ничего из этого не занимало у него больше десяти минут. Он нервничал. Ходил по салону, разглядывал облака, снова пытался уснуть, а затем опять принимался за книгу. Брайану казалось, что самолет летит слишком медленно.
А такси из Уилмингтона до Саупфорта еще медленней. Брайан даже пару раз просил водителя ускориться. А тот все косился на Чарли, сидевшего в ногах хозяина. Наверное, он побаивался. В обычных обстоятельствах Брайан бы отвлек водителя беседой. Рассказал бы, какой хороший и воспитанный у него пес. Но сейчас его голова будто превратилась в чугунный котел. Она была пустой, но такой тяжелой. Он уже не мог в миллионный раз предполагать, зачем его матери операция. Он старался быть спокойным и мыслить трезво. Но он не спал всю ночь, его глаза болели, а тело требовало заслуженного отдыха.