Куклы для смерти (СИ)
— Да будет мир, — улыбнулся Учитель.
— Слава учителю! Слава великому богу Хорсу! — радостно зашумела толпа.
Душан любовался выжженным на руке клеймом, а другие почитатели кинжала с завистью смотрели на него.
Все разошлись. Учитель и советник тихо беседовали уже наедине.
— Какая прекрасная проповедь, учитель. И как мудро ты поступил, — рассыпался в восторженных похвалах Советник.
— Оставь, никогда не заискивай передо мной, — устало пресек его Учитель. — Ты знаешь — я это не люблю.
— Учитель, но это — искренне, — немного смутился советник.
— Ну, хорошо. Давай поговорим о другом. Ты подготовил группу к посвящению в высший круг общинной иерархии?
— Конечно, Учитель. Я выбрал трех человек…
— Включи в эту группу новых предводителей волков и почитателей кинжала.
— Не рановато? — удивился советник.
— Я думаю, самое время… Кроме того, необходимо усилить охрану, ввести дополнительно людей в ночные патрули, чтобы подобный инцидент не повторился.
— Ну конечно, мы примем все необходимые меры, — кивнул советник.
Учитель посмотрел на часы.
— Я скоро должен уехать.
— А совещание? — заволновался советник, — Оно не состоится, раз ты уезжаешь?
— Я проведу его перед отъездом — в конференц-зале, через полчаса…
Учитель и советник удалились по тропинке в глубину территории, и их голоса растворились в легком шуме ветра и шелесте листвы.
* * *Через тонированное стекло огромного окна открывался изумительный вид на набережную Москвы реки.
Генерал Киселев с упоением наблюдал, как малюсенький речной трамвайчик плавно плыл по глади реки, давая возможность гостям столицы насладиться красотами города.
Глеба Горного всегда несколько раздражала эта манера генерала — слушать доклады, стоя к сотруднику спиной. Но видимость безразличия генерала была обманчива. Горный знал — стоит на долю секунды замолчать и генерал тут же среагирует. Старая школа, выработанная тысячью часами подготовки и годами оперативной работы. Они знали друг друга много лет, но до сих пор их пути не пересекались так тесно, как это произойдет теперь — внутренняя безопасность и служба разведки имели свои, строго очерченные территории. И хотя Киселев был старше и по званию, и по возрасту, Горный никогда ему не подчинялся. Но теперь все изменилось, потому что взрывоопасная — в самом прямом смысле — ситуация, требовала совместных усилий лучших специалистов, и руководство ведомств пошло на сознательный компромисс. И самолюбие Горного отнюдь не тешила эта новая ситуация.
— … так что теперь, господин генерал, по решению руководства я прикомандирован к вашему ведомству, и вам придется терпеть эту занозу в стуле, — с сухой иронией закончил Горный.
Киселев живо развернулся, посмотрел Горному в глаза.
— Что ж, добро пожаловать в наши ряды, господин полковник… живая легенда, герой секретной разведки, сумевший уничтожить главаря «Пророка» — самого Хасана.
— Ну, это было давно, я выполнял свою миссию, — одними губами улыбнулся Горный. Он почувствовал, что своей похвалой Киселев унизил его. Легендарный разведчик, ликвидатор, герой-одиночка стал шестеркой при генерале службы безопасности.
— Легенды не стареют с годами, — улыбнулся в ответ Киселев. — Ну что же, к делу. Есть новости по торговому центру?
— Дело у сопредельщиков мы тут же забрали. — продолжал Горный. — Остатки взрывного устройства анализируют наши специалисты. Разрушения торгового центра значительные, поэтому не удалось найти достаточное количество…
— Это сведения десятичасовой давности, полковник. — Киселев снова отвернулся к окну. — За это время ваша группа не нашла ничего нового?
— Никак нет, товарищ генерал. — спокойно отреагировал Горный. — Работаем. Теперь — совместно с вами. Есть некоторые ниточки, но пока я не готов дать развернутый отчет.
— Сорок восемь часов, полковник. Ровно двое суток даю вам на то, чтобы вы развернули свой отчет. — сухо подытожил Киселев.
— Есть. Это все?
— Нет, — жестко произнес Киселев. — Я попрошу вас возглавить разработку операции «Театр».
Горный раздраженно посмотрел в затылок Киселеву — он еще и просит — будто у меня есть варианты.
— Разве разработка операции не приостановлена, в связи с гибелью главного фигуранта?
— У него могли быть сообщники. Ваша задача — найти все, все возможные и невозможные связи! — отчеканил Киселев.
— Но… я не владею достаточной информацией, мне нужно время, чтобы войти в курс дела.
— Ввожу. Сопредельщики дело оставили в производстве. Разрабатывают версию заказного убийства.
— Основания? — Горный удивленно вскинул брови.
— По докладу прикрытия следствие смутил телефонный звонок, поступивший объекту за сорок минут до смерти.
— А кто ведет дело?
— Некий… — Киселев на мгновение опустил глаза к папке, которая лежала на столе — Капитан Лавров. Дотошный парень. Может копнуть глубже, чем нам надо. Надо его проконтролировать. Этот Лавров сам того не подозревая может нас привезти к объекту. Вам достаточно информации?
— Но товарищ генерал. В целях целесообразности…
— Отставить, полковник. — отчеканил Киселев. — Приступайте к работе вместе с нашим агентом.
Киселев кинул взгляд в угол, где в мягком кресле сидел человек. Тень от книжного шкафа почти скрывала его полностью, лишь острые носки высоких ковбойских сапог сверкали в лучах солнечного пятна.
— Агент, связь держите через полковника. И ещё… о продолжении операции будем знать только мы трое.
— Есть, товарищ генерал.
Киселев приблизился к человеку и остановился, смотря в полумрак.
— Будьте осторожны. При малейшей опасности — уходите. Удачи.
Горный не отрывал взгляда от прямой спины Киселева. Ему стало жарко — он расстегнул воротничок рубашки, и в просвете стал виден небольшой медальон на цепочке.
Киселев перевел взгляд на Горного, скользнул по медальону.
Взгляд человека в ковбойских сапогах тоже зафиксировался на медальоне, на котором играли отблески света…
* * *В это же время в общине, в зале, уставленном всевозможной языческой атрибутикой, тоже проходило совещание, напоминавшее некую тайную вечерю, или заседание секретного ордена. Там за большим круглым столом, в середине которого возвышалось изваяние Хорса, не столь огромное, как на поляне, но тоже довольно внушительное, собрались советник, двое психологов — Ирэна и Бронеслав, начальник охраны, а также двое ближайших помощников по делам общины.
— В следующем месяце у нас должен пройти обряд посвящения в высший круг общинной иерархии, — неторопливо докладывал советник. — Мы отобрали три кандидатуры, а также включили еще твоих, по твоей рекомендации, — он положил перед Учителем список избранных.
Учитель пробежал его глазами.
— Достойные люди, назначаю проведение обряда в день великого солнцестояния.
— Мы также подготовили человека, которого можно внедрять в низшие структуры власти уже сейчас, продолжал Советник. — Он знаком с нашим стратегическим планом, хорошо понимает свою задачу, знает, как должен действовать в обычных и экстремальных обстоятельствах.
Учитель молча кивнул.
— Мы хотели, Учитель, чтобы ты лично его протестировал и дал свою оценку.
— Не сейчас, — Учитель посмотрел на часы. — Мне надо срочно уехать.
— Но, Учитель, — Ирэна в упор посмотрела на него, — мы провели огромную работу. У нас на очереди — следующий кандидат. Для того, чтобы действовать дальше, нужна твоя оценка и твои указания.
— Я все понимаю и благодарен вам за сделанные усилия. Но обстоятельства требуют моего присутствия там… Друзья, скоро в общину прибудут новички — прошу их принять без меня. А сейчас я должен предаться медитации.
Сотрудники, отвесив ему поклоны, почтительно удалились.
* * *Уже за пределами здания, под сводами могучих деревьев, они тихо перешептывались, некоторые были обеспокоены — почему процесс затягивается.