Скрещенные костями

- И потом, есть такие очень интересные дротики с транквилизатором дизайна Джерри Уоллеса. Теперь это стало сюрпризом. Я бы никогда не подумал использовать ДМСО как систему доставки серебра - или пистолет с транквилизатором, как систему доставки. Но в свое время его отец был ветеринаром. Поэтому средства могут оказаться полезными.
- Ты знал Джерри Уоллеса? - спросила я, потому что ничего не могла поделать. Я откусила, как будто мой живот не был стиснут, так он не подумает, что ответ имеет слишком большое значение.
- Сначала он приехал ко мне, - сказал Блэквуд. - Но меня не устроило, сделать так, как он просил… Маррок был немного крупнее, чем цель, которой я хотел заниматься. - Он виновато улыбнулся. - Я, по сути, ленивое существо, как говорил мой создатель. Я послал Джерри в путь с идеей разработки супер-оружия против оборотней в некоторой замысловатой схеме, обреченной на неудачу, и заставил забыть, что он был у меня вообще. Представь мое удивление, когда мальчик действительно придумал что-то интересное. - Он мягко улыбнулся мне.
- Ты должен быть бдителен - Бран близко, - сказала я ему. Я схватила кувшин с водой и вылила ее. - Он более проницателен, что позволяет той всеведущей штуке, лучше работать на него. Если бы ты рассказывал нам все, что знаешь, они не задавались бы вопросом о вещах, которых ты им не говоришь. Бран… - я пожала плечами. - Ты просто знай, что он знает, о чем ты думаешь.
- Эмбер, - сказал вампир. - Убедись, чтобы твой муж и мальчик, который не является его сыном съели свой обед, поняла?
- Конечно.
Чад положил холодную руку на мое колено и сжал.
- Ты говоришь так, будто это открытие.
Выдохнув, я продолжила: - Ты также должен работать над своими словесными боеприпасами. Корбан всегда знал, что Чад не его биологический сын. А для него это не имеет значения. Чад - его сын.
Ножка бокала, который держал вампир, сломалась. Он тщательно сложил осколки на пустую тарелку. - Ты не достаточно боишься меня, - сказал он, очень тщательно произнося каждое слово. - Возможно, пора проинструктировать тебя.
- Прекрасно, - ответила я. - Спасибо за еду, Эмбер. Позаботься о себе, Корбане и Чаде.
Я встала и подняла вопросительно бровь.
Он думал, что это была глупость, что я не боялась его. Но если ты дрожишь в страхе в стае оборотней, вот это действительно глупо. Если ты боишься долгое время, то даже у волка с хорошим контролем начнутся проблемы. Скажем так, я очень хорошо научилась скрывать свой страх.
Злить Блэквуда было глупо. Если бы он убил меня в первый раз, ну, по крайней мере, это была бы быстрая смерть. Но чем дольше он позволял этому продолжаться, тем больше я понимала, что он нуждается во мне. Я не могла себе представить для чего, но я была ему нужна живой.
Мое несчастье он воспринимал, как вызов. Мне стало интересно, что он подумал, что пугал меня больше, чем Эмбер, прежде чем я поймала себя на том, что с трудом держусь за мысль. Не было никакого будущего, просто вампир, и я стою у стола.
- Идем, - сказал он и пошел вниз по лестнице.
- Как ты можешь жить при свете дня? - спросила я его. - Я никогда не слышала, о вампире, который мог ходить в течение дня.
- Ты - то, что ты ешь, - сказал он неясно. - Мой создатель так говорила. Человек, что такое человек. Она не позволяла мне питаться от пьяниц или людей, которые употребляли табак. - Он засмеялся, я не позволяю себе думать о нем, так зловещее. - Эмбер напоминает мне немного ее …, что касается питания. Ни одна из них не была неправа. Но мой создатель не осознавало все последствия того, что она говорила. - Он засмеялся снова. - Пока я не поглотил ее.
Дверь в комнату, в которой я проснулась, была открыта. Он остановился и выключил свет, когда мы проходили мимо.
- Ненужно тратить впустую электричество.
И тогда он открыл еще одну дверь, в гораздо большую комнату. Комнату с клетками. Здесь витал запах канализации, болезни и смерти. Большинство клеток были пусты. Но в одной клетке был человек, голый, свернувшийся на полу.
 
- Ты видишь, Мерседес, - сказал он. - Ты не первое редкое существо, которое будет моим гостем. Это - оукмен. Он у меня уже … Сколько времени ты принадлежишь мне, Доннел Гринлеаф?
Фейри пошевелился и поднял лицо от пола. У него должно было быть крупное телосложение. Оукмены, я помнила из старой книги, которую я заимствовала, не были высоки, не выше четырех футов, но они были крепкими "как хороший дубовый стол". У этого были только кожа да кости.
Сухим голосом, как в разгар лета в Тройном Городе, он сказал, - Четыре десятка лет и дюжина и один. Два сезона и восемнадцать дней.
- Оукмен, - сказал Блэквуд, с нотками самодовольства, - названы в честь дубов, питаются только солнечным светом.
Ты - то, что ты ешь.
- Я никогда не пытался выяснить, возможно ли жить при свете дня, - сказал он. - Но он спасает меня от возгорания, не так ли, Доннел Гринлеаф?
- Мне выпала честь нести на себе это бремя, - сказал фейри, безнадежным голосом, смотря в пол.
- Так что получается, ты похитил меня, чтобы научится перевоплощаться в койота? - недоверчиво уточнила я.
Вампир улыбнулся и проводил меня к довольно большой клетке, с кроватью. Там также стояло ведро, из которого исходил запах канализации. Пахло все это Корбаном, Чадом и Эмбер.
- Я могу оставлять тебя в живых, долгое время, - сказал вампир. Он схватил меня сзади за шею и толкнул в сторону клетки, в то время как он стоял позади меня. - Может быть, даже дольше твоей естественной жизни. Что?
Нет умных комментариев?
Он не видел смутную фигуру, что стояла передо мной с прижатым ко рту пальцем. Она выглядела так, будто ей было от семидесяти до ста лет, когда она умерла, а при жизни будто была женой Санты, она была вся округлена и сладка.
Блэквуд не видел ее, даже при том, что он использовал другого призрака в качестве мальчика-посыльного. Я задалась вопросом, что это означало. Она также пахнула кровью.
Он посадил меня в клетке, соседней с той, где он держал Чада и Корбана. Ему, по-видимому, не нужно ограничивать Эмбер.
- Это могло бы быть гораздо более приятным для тебя, - сказал он.
Женщина и ее успокаивающий палец ушли, таким образом, я дала своему языку волю: - Скажи что с Эмбер.
Он улыбнулся, показывая клыки. - Она любила его. Я дам тебе последний шанс. Будь прилежной и я позволю тебе жить в другой комнате.
Возможно, я могла бы выйти через крышу другой комнаты. Но так или иначе, я так не думаю. Клетка в доме Маррока выглядит так же, как и все остальные спальни. За гипсокартоном находятся решетки.
Я прислонилась к противоположной стороне моей клетки, к той, которая соприкасалась с бетонной наружной стеной. - Скажи мне, почему те не можешь просто командовать мне? Заставить меня сотрудничать?
Как Корбана.
Он пожал плечами. - Ты в этом разберешься. - Он запер дверь на ключ и использовать тот же ключ, чтобы открыть дверь в клетке оукмена.
Фейри хныкал, когда его тянули из клетки. - Я не могу питаться от тебя каждый день, Мерси.
После недолгой паузы Блэквуд продолжил. - Нет,если я хочу держать тебя долгое время. Последний ходячий умер пятьдесят лет назад - но я держал его в течении шестидесяти трех лет. Я забочусь о том, что является моим.
Да, я уверена, Эмбер согласится с этим. Блэквуд опустился на колени на пол перед окменом, свернувшегося в позе эмбриона. Фейри смотрел на меня большими черными глазами. Он не боролся, когда Блэквуд - со взглядом, предназначенным для меня - схватил его за ногу и укусил в артерию чуть ниже паха.
- Дуб сказал, - сказал фейри на валлийском с английским акцентом, - Мерси освободит меня в сезон сбора Урожая.
Я уставилась на него, и он улыбнулся, прежде чем вампир сделал ему больно и он закрыл глаза, чтобы терпеть. Если бы Блэквуд понимал валлийский, то он сделал бы что-нибудь похуже. Откуда оукмен знал, что я понимаю его, я не знаю.
Есть два способа, чтобы освободить заключенных -побег, первый. У меня было чувство, что оукмен искал второй. Когда он закончил, оукмен был едва живой, а Блэквуд выглядел на десятки лет моложе. Вампиры, как предполагалось, не могли так делать - но я не знала вампиров, которые питались от фейри. Он поднял оукмена без видимого усилия и перекинул его через плечо.