Анна в тридевятом царстве (СИ)
-Очень необычно! – отметила Ванда. – У нас не коптят мясо, нет таких деревьев, а тут и без копчения очень вкусно. Так любое сало можно сделать?
-Да, я смотрю, вы сало не солите, а ведь это и вкусно, и храниться долго, и для здоровья полезно. Хотите, сделаю?
Повар рванул за салом, и остальные вновь следили за действом: помыть, натереть солью, перцем, чесноком, положить в неглубокую посуду и оставить на пару дней в прохладном, но не холодном месте.
Мужчина-повар вдруг произнес:
-Оно, наверное, с хреном будет хорошо? И долго лежит?
Воронцова подтвердила:
- В холоднике , думаю, до весны спокойно сохраниться, дольше, чем топленый жир. А готовить на нем можно также, и соли меньше. Шкварки с кашей-прелесть! Да и просто кусочек сала на ржаном хлебе, да с лучком..Уммм! И сытость оно дает хорошую.
Теперь Ванда поняла, о чем сокрушалась Анна, когда смотрела на привезенную скотину. По таким рецептам, действительно, мясо можно сохранить вернее, чем привыкли. Работники задумчиво молчали, и вдруг один паренек спросил:
-Фрау Анна, а вы с бобами можете что-то приготовить? У нас дома их много, но мама не умеет сделать их вкусными, – мальчишка грустно поджал губы, – а выбрасывать жалко.
Воронцова не любила бобовые, но, живя в Поти, научилась делать лобио.
-Какие приправы, кроме перца и тмина, у вас есть? И где фасоль?
Поварята бросились врассыпную, и через минуту перед Анной стоял мешок с фасолью, баночки с молотой петрушкой, базиликом(?), кориандром и вроде кинзой. Без помидоров и перца вкус , конечно, будет не такой, но попробовать можно.
-Для бобовых важно разбухнуть, поэтому после промывки их следует оставить в воде часов на 10, так что готовить будем завтра. Хорошо? Так что же в итоге подадим деревенским гостям, а, Ванда?
Глава 11
Пока Анна чудила на кухне, генерал с сыном рассматривали варианты беседы с подданными. Предложение попаданки несло в себе одно рациональное зерно, а именно: нужны перемены и знания. Оплачивать труд зависимых крестьян было, как бы сказали в России, стремно, но попробовать на одной деревне аристократы все-таки подумывали. Животноводство привлекало больше, но на покупку поголовья не было денег, да и зима впереди. Покумекав так и эдак, Вайсы решили вначале прощупать почву и настроения окрестных жителей, а потом принимать решения.
-Отец, ты боишься провала затеи? – поинтересовался Хенрик.
-Не то, чтобы провала – ответил Карл.- Скорее – лишних разговоров и внимания к себе. Такое не утаишь. Надо бы к соседям с визитом после праздников наведаться, поболтать за пивом. Не помню, чтобы бывал у них после службы. Ладно, давай пока не торопиться.
До сбора ходоков Анна занималась в основном кухней, а хозяева еще и еще раз продумывали разговор о своих полях и угодьях. Спрашивать у нижестоящих совета немного претило, но выхода не было. Вот и искали отец и сын формулировки, должные сохранить их реноме, но и разговорить недоверчивых крестьян.
***
В хлопотах с меню застолья, Анна Николаевна не забыла про привезенные Хенриком богатства. Мешочки с семенами были рассыпаны, перебраны и запакованы в бумагу, а картошка подверглась внимательному осмотру.
-Да, для посадки подойдут не все, да и маленькие для хорошего урожая, – сказала Аня. – Но, Хенрик, вы большой молодец! Пусть не на следующий год, но мы постараемся получить хороший материал для посадки, а вот эти – попаданка взяла несколько чуть подвявших клубней, – я пожарю, чтобы вы понимали, какое богатство у нас в руках
Остальные картофелины Аня отнесла в подвал и там схоронила от любопытных глаз в сухом прохладном углу. «Я на вас надеюсь, ребята – обратилась она к клубням. – Перезимуйте здесь в целости и сохранности, хорошо?».
Поджаренная на сале с луком картошка была подана хозяевам с русской капустой, молодой и сладкой, с маринованными кабачками и грибами. Досталось по небольшой порции, но вкус разобрать хватило.
Румяная, душистая, пусть и не очень крахмалистая, картошка местных удивила.
-Анна, а почему у нас ею травились? – задал закономерный вопрос Хенрик.
Воронцова пожала плечами:
-В нашей истории тоже такое, по-первости, было. Ели ягоды, в которые превращались после цветения те милые цветочки, а до клубней додумались случайно. Вроде, в костер они у кого-то попали. Не знаю, честно. Но нам это на руку. При хорошем уходе, удобрениях и отсутствии болезней и жука, с одного куста можно получить до ведра клубней. А куст вырастает из одной картофелины. Если же за зиму она даст отростки со всех глазков, то ее вообще можно на куски порезать и посадить. Кстати, как и мои земляки, ваши тоже поклонники картошки. Второй хлеб!
Вайсы поняли одно: пока никому о свойствах заморского растения не говорить, дождаться урожая и только тогда «рассекретиться». А может и нет..Если эти клубни действительно такие плодовитые, следует сначала самим стать знатоками, а потом и продвигать культуру – под своим именем.
Оценили в замке и лобио, сделанное Анной из того, что было, а когда заводная Ванда с главным поваром приготовили фасоль со свининой, утомив ее до полной разваристости, бобовые заняли почетное место в кухне. Особенно Ванде нравилась отварная фасоль с луковым салом и чесноком. Старший Вайс одобрил блюдо, несмотря на очевидные последствия. Тихо посмеиваясь, он говорил:
-Только на ужин и не перед поездкой. Не хочется прослыть неприличным стариком.
Глава 12
Гости замка Вайсов прибыли на собрание за две недели до Рождества. Отмечали его и здесь, а перед праздником постились : не так долго, как у нас, но все же. Здесь вообще посты были частыми, но не более двух недель, кроме аналога Великого: тот, как выяснила попаданка, также продолжался 7 недель и был довольно строг.
Главный зал максимально протопили, гостей встречали оба Вайса, а Анна с Вандой руководили столом. По этому случаю пришлось гостье одевать шерстяное платье, подогнанное экономкой и местной швеей из тех, что остались от прежней хозяйки замка. Просить новое Воронцова постеснялась. «Ладно, на один раз сойдет, перетерплю» - решила она. С приходом относительных холодов Аня начала отчаянно мерзнуть: все-таки отсутствие отопления сказывалось. Мужчины проводили большую часть времени у камина в кабинете генерала, а Анна – в кухне, где было ощутимо теплее, или с ними же, но закутанная в шубку покойной матери Хенрика. Челядь посмеивалась над гостьей, но мало что могла ей предложить. Наверное, при достаточном доходе хозяева и справили бы ей соответствующий гардероб, но Воронцова отказывалась. Ей было неудобно.
-Вот появятся свободные деньги, тогда и шиканем, а пока буду закаляться, – отвечала она на неловкие замечания мужчин.
Пришлось перешагнуть через некоторую брезгливость и пересмотреть наряды, хранимые Вандой в больших сундуках в кладовой. Возможно, прежняя их хозяйка была более полнокровной дамой, ибо обилия теплых платьев, а уж тем более, брюк, Анна Николаевна не нашла, как и вязаных вещей. Вернее, они были у слуг, но не у господ. Вопрос о несуразности этого обстоятельства задать не решилась, дабы не показать свою полную неосведомленность, но сама стала напрягать небогатую в плане рукоделия память про то, как вязать и что. Здесь узорами и фасонами не заморачивались: прямое полотно с дыркой для головы и завязками по бокам служило жилетом, а длинное узкое, сшитое и стянутое с одной стороны-носком или гольфом. Про круговое вязание Ванда не слышала.
«И где вы, носочки, подаренные Лариской?» – сокрушалась Аня, натягивая неудобное изделие и влезая в чужие, на пару размеров больше, сапоги. Возможно, местные и усовершенствовались бы в этом виде рукоделия, но отсутствие пряжи тормозило. Купить на ярмарке или в городе специально привозную шерсть крестьяне в большинстве своем не считали нужным, поэтому обходились шерстяными штанами, юбками, суконными балахонами-плащами или меховыми шубами/тулупами.