Няня для дочери Темного Лорда (СИ)

Поели они вместе со всеми, в столовой — правда, пришлось садиться близко, почти плечом к плечу друг к другу. Анжелик бросала на них такие коварные взгляды, что Теодоро десять раз засомневался в том, что заклинание именно так сработало совершенно случайно. Где там! Всё продумала, сделала всё возможное, чтобы магия вывернулась именно так, как ей угодно.
И где только научилась? Сама, наверное, интуитивно; это опять свидетельствовало о том, что Анжелик очень сильна, но как она это прячет? И осознает ли своё могущество сполна? Вряд ли…
Это был секрет, с которым ему, слепцу, ещё предстояло разобраться в ближайшем будущем.
Весь вечер они с Анастейшей провели в его кабинете за разговором — всё равно заняться больше было нечем. Сидели совсем близко, держались за руки, и, если б не заклинание, Теодоро получил бы от этой близости больше удовольствия; не хотелось, чтобы она оставалась вынужденной. Анастейша оказалась удивительной собеседницей, и разговор у них складывался будто сам собой, безо всяких проблем. Девушка много поведала об образовании в её мире, о своей школе, в которой работала; Теодоро рассказал об устройстве магии в их мире, приоткрывая завесу тайны для иномирянки. И они в самом деле наслаждались обществом друг друга; Теодоро и подумать не мог, что ему может быть настолько интересно с кем-то говорить. Он слишком много времени провел один, после Береники не считая нужным сближаться с кем угодно, кроме, разумеется, дочери.
— Скажи, — поинтересовался он у Анастейши под конец разговора, — а ты бы хотела вернуться в свой родной мир?
— Там, конечно, много хорошего, — улыбнулась она, — но нет, наверное, не хотела. Эле тоже здесь понравилось, и… Единственное, ради чего стоило возвращаться — моя сестра, а она теперь здесь. После мира магии трудно отправиться в обыденную реальность, где самое большое колдовство — это попытки угадать, что таится в голове человека, просто посмотрев ему в глаза.
— Эта магия сложна и для этого мира, — рассмеялся Теодоро. — Неужели ни за чем не скучаешь?
— Скучаю, — честно призналась Анастейша. — По нормальной одежде, в которой и уснуть не было бы проблемой. Потому что в этом платье, кажется, спать сегодня ночью придется сидя.
Теодоро хотел было спросить, почему, а потом осознал: спать им придется в одной постели, и для девушки это, должно быть, не самое простое задание.
— У тебя же, кажется, сохранилось что-то из твоего мира? Какая-то одежда, которую ты считаешь удобной? Переоденься в неё, — предложил Теодоро, надеясь, что это смутит Анастейшу меньше, чем необходимость переодеваться в ночную сорочку.
Не прогадал. Девушка приняла предложение с охотой, и они воспользовались своими пятнадцатью минутами свободы, чтобы быстро сбегать в ванную, а потом спешно переодеться. Но, когда Анастейша заглянула в его спальню, облаченная в облегающие брюки и футболку — Теодоро помнил, как называется сей предмет гардероба, — он предположил, что, возможно, в ночной сорочке она выглядела бы менее соблазнительно.
Нет, определенно, завтра утром Анжелик от него получит!
Напитанного силой заклинания хватило ровно на то, чтобы Анастейша успела нырнуть под одеяло — а потом магия притянула их друг к другу, сковывая невидимой цепью.
  
Глава двадцать первая
 
Я проснулась оттого, что было очень жарко. Причем не так, как бывает, когда просыпаешься, укутанная десятком одеял, и понятия не имеешь, как из-под этой кучи выбраться, нет. Это было незнакомое мне тепло чужого тела и страстных объятий.
В моей жизни, к сожалению, случалось многое, но только не огромная любовь, когда я просыпалась бы в объятиях любимого мужчины и наслаждалась теплом его рук. К сожалению, на отношения у меня просто не было времени. Поначалу надо было учиться, школа, институт, а потом Эля заболела, и я как-то не задумывалась о том, чтобы искать себе любовь всей своей жизни. Нет, самое главное было спасти сестру.
Так что максимум мужского внимания, которое я получала — это наглые домогательства Вито, которого я, разумеется, послала.
 
И Теодоро. Теодоро, который сейчас лежал рядом со мной, крепко обнимая и прижимая к себе. Я наслаждалась поразительным жаром его тела, чувствовала излучаемое мужчиной тепло и понимала, что это не просто объятия, это что-то большее. Пусть даже они временные, пусть всё это только из-за заклинания. Всё равно…
Футболка оказалась не лучшим вариантом. Я уже и забыла, насколько легко справиться с одеждой из моего мира в сравнении с местными нарядами. Она нагло задралась, обнажив мой живот, и теперь ладонь Теодоро покоилась на оголенной коже.
Казалось, в том месте, где наши тела соприкасались, у меня всё буквально искрило. И я подумала: как было бы приятно, если б он вдруг притянул меня к себе и поцеловал в губы. Но не так, как вчера, чтобы я его случайно не укусила, и…
Дурацкие романтические мысли понеслись вскачь, и мне пришлось приложить огромное усилие, чтобы всё-таки не дать себе нафантазировать всякого лишнего. Вместо лишних фантазий я повернулась на бок, чтобы посмотреть на Теодоро, и его рука скользнула мне на спину, а потом…
Потом поцелуй всё-таки состоялся.
Он получился совершенно не таким, как я предполагала — гораздо лучше и совсем по-другому. Теодоро обнимал меня очень нежно, бережно, боясь обидеть, как никогда не обнимал бы парень из моего мира. И целовал тоже осторожно, вкрадчиво, словно осознавая, что для меня это первый настоящий поцелуй, первое чувство, а он — первый мужчина, которому я готова довериться. Это не было попыткой нагло соблазнить меня и затянуть в свои сети, нет.
Я не сомневалась, что всё происходящее имеет для Теодоро такое же большое значение, как и для меня. И что он не просто так сейчас нежно сжимает меня в своих объятиях, не просто так целует, наслаждаясь моей близостью. Это было так по-настоящему, так… Трепетно.
Я не сразу осознала, что Теодоро уже успел от меня отстраниться и теперь, приподнявшись на локте, просто рассматривал моё лицо. Внимательно, будто искал какие-то точки пересечения с его бывшей женой. И я осознала, что он искренне жалеет о моем сходстве с Береникой. Быть может, если б не это, он и не пригласил бы меня на работу, но насколько же нам двоим было бы легче, если б я не казалась копией, пусть и не совсем точной, Светлой Леди.
— Нет, — прошептал Теодоро, словно прочитав мои мысли. — Хоть вы и похожи, но ты совершенно другая. И, кажется, наше заклинание уже растаяло.
Магической цепи в самом деле не было. Я подумала, что заклинание, должно быть, сошло на нет в момент нашего поцелуя, и думала, что Теодоро предположит то же самое, пытаясь таким образом оправдать эти минуты, пока мы наслаждались друг другом, но он даже не упомянул об этом. Только улыбнулся и прошептал мне на ухо:
— Ты прекрасна, Анастейша.
— Спасибо, — прошептала я.
— Наверное, нам пора уже вставать, — он неохотно отстранился от меня, и я подумала, что мужчина, наверное, не хочет сейчас выпускать меня из своих рук также сильно, как и я — его.
Потому что, несмотря на то, что к проведенной в объятиях друг друга ночи нас подтолкнуло заклинание Анжелик, каждый из нас осознавал, что хотел бы этого и… Безо всяких дополнительных причин.
— Наверное, я должна уйти и привести себя в порядок, — пробормотала я, выбираясь из постели.
Теодоро серьезно кивнул.
— Да, пожалуй, хотя ты и сейчас замечательно выглядишь, — комплимент прозвучал вполне искренне, и я не сдержала ответную улыбку.
— На меня никогда не смотрели так, как ты, — выдохнула я — и поспешила прикусить язык, осознав, что только что ляпнула.
Да, в моем мире связи с мужчиной до брака — нечто приемлемое, понятное и общепринятое. В этом нет ничего страшного, на девушку моего возраста скорее будут коситься как на сумасшедшую, если у неё ни с кем ничего не было, чем если она проводит ночи с любимым. Но здесь-то не так! А раз уж так вышло, что по меркам своего мира я давно синий чулок и старая дева, то хотя бы здесь могу показаться…