Королева (СИ)

— Джесси?
Я оторвала глаза от Лукаса и посмотрела на Трея, который, судя по всему, уже несколько раз звал меня по имени. Он перевёл взгляд с Лукаса на меня, и я буквально увидела, как на него снизошло озарение.
— Этот тот самый, кто?..
— Я расскажу тебе по дороге домой.
Нацепив улыбку, я взяла его под руку. Не знаю, что дёрнуло меня поступить так. Возможно, я хотела показать Лукасу, что тоже прекрасно обхожусь без него.
Я бросила последний взгляд на противоположную сторону. Теперь уже на лице Фаолина играла понимающая ухмылка, а вот Лукас сжал губы в тонкую линию. Я, быть может, позволила бы себе поверить, что он приревновал, если бы он не избегал меня эти две недели. Я разозлилась ещё больше. Он игнорировал меня, а сейчас выглядел недовольным тем, что я не сидела дома и не ждала, когда он в итоге найдёт время для меня. На двух стульях не усидишь.
Я отвернулась от него и потянула Трея за руку.
— Пошли.
— Мне стоит знать, что это было? — спросил он, как только мы направились к месту парковки «Джипа».
— Неа.
Несколько минут мы шли в тишине, но потом он спросил:
— Почему ты не хочешь, чтобы люди узнали о… о том, что случилось с тобой?
— Потому что СМИ сведут нас с ума, а я не могу позволить маме с папой переживать и это.
На этой неделе папа довольно хорошо справлялся, но я видела напряженность в его глазах всякий раз, когда он думал, что я не наблюдаю за ним. Его убивало знание, что его сын был жив, а он не в силах связаться с ним. Я никогда не была мстительной, но каждый раз, когда я видела, что происходило с моим отцом из-за этого, я хотела выследить Королеву Анвин и заставить её поплатиться за то, что она сотворила с моей семьёй.
Трей остановился и повернулся ко мне лицом.
— Клянусь, я никому не рассказал бы… даже если бы ты не шантажировала меня. Мне нравятся твои родители, и я не сделаю ничего, что могло бы навредить им.
— Спасибо, — я улыбнулась. — Я тоже никому не расскажу о Пеннивайзе.
Он рассмеялся.
— Знаю. Иначе ты бы уже сделал это ещё в школе.
Мы снова пошли, и едва сделали десять шагов, как он снова ринулся задавать вопросы:
— А можно мне получить эти снимки?
— Нет, — я широко улыбнулась, почувствовав лёгкость на душе.
Он шумно вздохнул.
— Нельзя винить парня за попытку.
* * *
Финч засвистел, отвлекая моё внимание от книги учёта, над которой я работала. Я подняла глаза и увидела, что он сидит на стопке книг на углу стола.
«Я думал, мы сегодня поедем навещать маму», — показал он.
— Мы поедем, как только вернётся папа, — я взглянула на время на мониторе компьютера. — Он час как ушёл.
В больших глазах Финча заискрилась радость.
«Думаешь, он поехал за подарком тебе?»
— Возможно.
Я рассмеялась. Финч был воодушевлён моим днём рождения больше, чем я.
Серия тихих свистов раздалась с верхних полок, на которых мы хранили свои принадлежности. Аисла начала приходить в кабинет вместе с Финчем, но всё ещё была слишком робкой, чтобы сидеть с ним на столе.
— Что она говорит? — поинтересовалась я у Финча.
«Она говорит, что папа, наверное, приведёт Гуса домой». Финч с такой надеждой посмотрел на меня, что у меня свело грудь.
Я прочистила горло.
— Гус был отправлен домой в мир фейри, и там он живёт с другими дракканами, помнишь?
Взгляд Финча стал печальным.
«Мы скучаем по нему. Как думаешь, а он скучает по нам?»
— Конечно. Как он может не скучать по вам?
Я не могла сказать брату, что Гус, вероятней всего, забыл обо всех нас и своём времени тут. Фарис сказал, что это произойдёт, как только он окажется среди диких дракканов.
Раздался дверной звонок, и я бросилась открывать дверь. Я понятия не имела, кто это мог быть, но была рада временной передышке.
Я заглянула в глазок, но увидела лишь коробку в праздничной упаковке с огромным синим бантом. Папа. Я закатила глаза на его проказы, и открыла дверь.
— С днём рождения! — раздался голос, который однозначно не был папиным.
Я ахнула, увидев гостя.
— Виолетта! Что ты тут делаешь?
 
— Вот тебе и «добро пожаловать».
Она обняла меня одной рукой и неловко стиснула, удерживая подарок в другой. Я втянула её в квартиру, забрала у неё коробку и поставила её на стол. А потом обняла так крепко, что она заворчала, будто я вот-вот переломаю ей все кости.
Я отпустила её.
— Прости.
Она притворно встряхнула руками.
— Как вижу, сила фейри наконец-то дала о себе знать.
— Она то приходит, то уходит, — я не могла прекратить улыбаться. — Ты дома!
— Неужели ты думала, что я пропущу твой день рождения, — она сняла пальто и повесила его на спинку стула. — А где все?
— Финч и Аисла в кабинете, а папа куда-то ушёл. Он должен скоро вернуться.
Она прошла в гостиную и плюхнулась на диван.
— Прекрасно. Это даст нам время наверстать упущенное до начала праздничного пиршества.
— Расскажи мне всё о фильме. Каково это — быть на настоящих съемках?
Мы с ней переписывались каждый день, но она не вдавалась в детали.
— Поначалу было очень возбуждающе, но вскоре я привыкла. В этом фильме куча компьютерной графики, так что много сцен снимается просто на зелёном экране. Я смогла вырваться на пару дней, потому что мои сцены они будут снимать почти в самом конце съёмок, — её лицо озарилось. — О! А ещё мне добавили две сцены, в которых изначально меня не планировали снимать. Директор посчитал, что в них недостаточно женщин, так что они перекроили сценарий и заменили мужскую роль на меня.
— Здорово!
Она пожала плечом.
— Уж лучше бы они достались мне, благодаря моим поразительным актёрским талантам, но это даст мне в два раза больше экранного времени.
— И это даст возможность всем увидеть, насколько ты удивительная, — добавила я.
— Именно.
Я вскинула руки.
— Моя лучшая подруга — кинозвезда!
Мы обе завизжали и запрыгали, как если бы нам было по тринадцать лет, и я получила валентинку от Джоша Варрена, самого красивого мальчика в классе.
Мы рухнули на диван, заливаясь смехом, и я взяла её за руку.
— Я скучала по тебе.
Её улыбка дрогнула.
— Мне жаль, что я не смогла быть с тобой. Хуже времени для съёмок не придумаешь.
— Я была не самым забавным человеком для общества в первые две недели. Хорошо, что теперь снова могу охотиться, это отвлекает меня.
— Ты, похоже, была в полном отчаянии, раз уж согласилась поработать с Треем, — она фыркнула. — Хотела бы я видеть его лицо, когда ты шантажировала его историей с клоуном.
Я рассмеялась вместе с ней.
— Вообще-то он повёл себя довольно круто, и он сохранил мой секрет.
Виолетта поджала под себя ноги и пригвоздила меня испытывающим взглядом.
— Ииии?
— И что?
— Ты писала об охоте, Гарварде и о том, что больше не можешь пить кофе… какая трагедия, кстати, — она мрачно покачала головой. — Но ты ни словом не обмолвилась об одном конкретном Неблагом принце.
Я проигнорировала крошечные уколы боли в груди.
— Потому что рассказывать нечего. Я не разговаривала с ним с того дня, как он привёз меня домой. Я начинаю гадать, а не сожалеет ли он, что сделал меня фейри.
— Ни ты, ни я в это не верим. Я видела его в больнице, и думаю, он собирался провести обращение, даже если бы твой папа не дал добро.
— Тогда почему он молчит? — угрюмо спросила я.
Она поджала губы.
— А ты пыталась сама позвонить ему?
— Один раз, — я выдохнула. — Я оставила ему сообщение, но он так и не перезвонил.
Она нахмурилась.
— В этом нет никакого смысла.
— Я устала искать в этом смысл, — солгала я.
Я ни за что не признаюсь, что его отсутствие поглощало мои мысли каждую ночь, когда я лежала в кровати. Я могла бы спросить об этом Фариса или Конлана, но моя гордость не позволяла мне. Если Лукас хотел избегать меня, я не собиралась гоняться за ним.