Королева (СИ)

Я искоса взглянула на него.
— Я же говорила.
— Калеб, — задыхающимся голосом произнесла мама, и мы с папой резко повернули головы в её сторону.
Она стояла на коленях, на лице маска сильнейшей душевной боли. Она смотрела на останки его могилы.
Я подскочила и подбежала к краю кратера, где покоилась крошечная могилка. Меня окатило шоком, когда я увидела фрагменты белого мрамора, усыпавшие яму. Лишь крыло ангелочка указывало на то, что несколько минут назад тут было надгробие.
Всё внутри меня стянуло в узел, пока я осматривала яму, молясь, что не увижу части гроба или его содержимого в обломках. Маме, в её хрупком состоянии, не хватало только увидеть останки скелета ребёнка, которого она похоронила.
Я выдохнула, когда не смогла обнаружить никаких обломков гроба. Яма была примерно полтора метра в глубину. Наверное, молния вовсе не достигла гроба. Было сложно сказать из-за взрыхленной земли на дне.
Что-то блеснуло на дальнем краю ямы. Оно было частично зарыто в землю под небольшим куском мрамора. Я наклонилась вперёд, желая получше рассмотреть, и нахмурилась, когда луч солнца отразился от объекта, как от призмы. Какой-то кристалл?
— Помогите! Кто-нибудь, пожалуйста, помогите! — раздался женский голос.
Я перевела взгляд на молодую пару, с которой разговаривал папа. Мужчина лежал на земле, а женщина стояла на коленях рядом с ним. Менее чем в трёх метрах от них лежали останки разрушенной могильной доски.
Оглянувшись, я увидела, что папа обнимал маму. Никто из них, похоже, не пострадал, и сейчас она нуждалась в нём гораздо больше, чем во мне.
Я обошла яму и побежала к паре. Глаза мужчины были закрыты, и острый кусок камня торчал из его груди. Окровавленными пальцами женщина обхватила осколок, собираясь вытащить его.
Я накрыла ладонью её руку, останавливая.
— Нет. Нельзя двигать.
Я стала голову ломать, вспоминая методы оказания первой помощи и оглядывая территорию в поисках того, чем остановить кровотечение. Конечно же, тут не было ничего. Мы же были посреди кладбища.
Расстегнув пальто, я сдернула его с себя. К счастью, я тепло укуталась. Я стянула через голову толстовку и использовала её как впитывающую губку вокруг каменного осколка. Я проинструктировала женщину, которую звали Джулия, как прижимать толстовку к месту ранения, а сама тем временем полезла в карман за телефоном, чтобы позвонить в службу спасения.
К нам быстро приближалась женщина в возрасте около сорока лет. Она упала на колени рядом со мной, и первые же слова, сорвавшиеся с её губ, принесли мне огромное облегчение.
— Я доктор. Скорая уже в пути.
Я встала, освобождая ей место для работы. Задрожав, я натянула пальто и застегнула его по самое горло. Я встала и оценила побоище вокруг меня. Статуя и три могилы, включая Калеба, были уничтожены. Путь разрушительной молнии был чётко вычерчен в виде зигзагообразного следа в почве и выжженной траве.
Десяток или около того людей на кладбище оправились от потрясения и стали собираться вокруг нас. Нам повезло, что жертв был не так много.
Доктор контролировала ситуацию, поэтому я вернулась к родителям, которые теперь стояли у края ямы, образовавшейся на месте могилы Калеба. Лицо у мамы было мертвецки-бледным, папа обнимал её за плечи, поддерживая.
— Его… его больше нет.
Она готова была упасть духом. Я многое видела и пережила за последние несколько месяцев, но ничего меня так не терзало, как видеть мою некогда сильную маму такой уязвлённой.
— Мы этого не знаем, — нежно сказал папа, его беспомощный взгляд встретился с моим. — Сомневаюсь, что молния вошла так глубоко.
Я сглотнула стоявший в горле комок.
— Он прав. Я увидела только куски надгробия.
Она немного выпрямилась.
— Как молния могла такое сделать? Я никогда ничего подобного не видела.
— Я видела.
Как бы плохо всё ни показалось, этот шторм не был и наполовину столь же силён, как тот, что я пережила на пароме. Я решила оставить это при себе. Похоже, у меня экстраординарный дар привлекать неудачи, коль я постоянно попадала туда, где буйствует шторм. Если бы не факт, что они происходили и в других городах по всему миру, я бы уже начала немного нервничать.
 
До нас донесся звук сирен, становясь всё громче. В считанные минуты кладбище кишело машинами скорой помощи и полиции. Мы с мамой и папой поговорили с офицером, пока врачи занимались раненым мужчиной и грузили его на носилки. Я отыскала свою шапку и спрятала под неё окровавленные волосы, чтобы врачи, подошедшие проверить нас, не заметили, что моя рана уже начала заживать.
Мы всё ещё разговаривали с полицией, когда прибыло и взяло под контроль ситуацию с полдюжины агентов. Двое направились к нам, и я нахмурилась, узнав Агента Даниэля Карри. В городе была, наверное, сотня агентов, и всё же каким-то образом я всегда сталкивалась с этим.
— Агент Карри, рад видеть вас, — сказал папа, который понятия не имел о моих делах с этим мужчиной.
Насколько было известно моим родителям, Карри просто был тем самым агентом, который спас нас из подвала Рогина Хаваса. Я не видела никаких причин порочить их хорошее мнение об агенте из-за своей неприязни к нему.
— Я рад видеть, что вы оба пошли на поправку.
Карри улыбнулся и пожал им руки, а потом он представил Агента Вилли Райана. Я уже встречала Райана и, в отличие от его партнера, он мне понравился.
Агент Карри отослал офицера полиции допрашивать кого-то другого, а потом повернулся ко мне.
— Судя по всему, ты тоже хорошо приспосабливаешься к своему новому положению.
Я подавила желание закатить глаза.
— Можно подумать, у меня был выбор.
— Я слышал, что новорожденному фейри требуются месяцы на адаптацию к железу в городе, — он проницательно изучал меня. — А тебя, похоже, оно вообще не беспокоит.
Я пожала плечами. Агентство ничего не знало о камне богини, и я планировала оставить всё как есть.
— Мы, Джеймсы, очень стойкие. Посмотрите на родителей. Они закончили реабилитацию на несколько месяцев раньше, чем считали доктора.
Папа улыбнулся мне.
— Джесси преуспевает во всём, за что берётся.
— Не могу не согласиться, — Агент Карри огляделся по сторонам. — Вы все были здесь, когда начался шторм?
Мама кивнула.
— Мы посещали могилу сына, и… — её голос сорвался, а слёзы наполнили глаза.
— Вашего сына?
Впервые со дня нашей первой встречи с Агентом Карри деловитая маска соскользнула с его лица, явив удивление. Полагаю, его копание в биографии моих родителей было не настолько глубоким. Когда он последовал за мной на кладбище в декабре, я подумала, что он знал, что я ходила на могилу брата.
— Калеба, — сказала мама, собравшись с чувствами. Она указала на яму в нескольких метрах от нас. — Вон его могила.
Оба агента повернулись и посмотрели на то, что осталось от могилы, и Агент Райан подошел и заглянул внутрь.
— Сюда попала молния. А куда пришёлся первый удар?
Я указала на надгробие, которое взорвалось.
— Затем была статуя. После этого мы побежали и упали на землю.
— Тогда мы отсюда и начнём, — сказал Агент Карри. — Я рад, что с вами всё в порядке.
Папа кивнул.
— Нам очень повезло.
Агенты попрощались и пошли заниматься делами. Несколько мгновений я провожала их взглядом, а потом повернулась к родителям.
— Я готова ехать домой. А вы?
Мама покачала головой.
— Нам надо позаботиться о могиле Калеба. Мы не можем оставить её в таком состоянии.
— Сотрудники кладбища сделают это, — сказал папа. — Нам не стоит им мешать, пусть каждый делает своё дело.
— Ты прав, — она ещё раз взглянула на яму и печально улыбнулась мне. — Я больше не хочу ехать в тайский ресторан. Как насчет того, что я приготовлю мясной хлеб и картофельное пюре на ужин?
— Так даже лучше.
У меня громко заурчало в животе, и папа рассмеялся. Я почувствовала легкость, когда печаль в глазах мамы сменилась на старую искорку.