Некомандный игрок (СИ)
А ветеран все бубнил, — «Теперь всегда, когда надо построиться вставайте именно так. Вы должны привыкнуть к своим товарищам справа и слева, подстроиться под их стиль боя, чувствовать их. Лишь тогда вы сможете действовать слажено, и вся эта толпа, что я вижу перед собой превратится в лид».
С этим понятно. Я еще раз глянул на соседей, поймал на себе такие же оценивающие взгляды.
— Как дела, Фритьеф? — к нам шагал Сигмунд с каким-то малым. Возрастной, пожалуй, постарше Хельми будет. По виду тоже не новичок.
— Да вот, вроде сколотил строй. Неплохо получается — по краям две секиры, чтоб фланги закрывать, в центре хольдов поставил.
— Не следовало бы в центр с плохим оружием ставить, — раздался голос из строя. Бо́лли! Умника из себя строишь?
Фритьеф, мнение которого только что публично подвергли сомнению, скривился. Сигмунд наоборот, нахмурившись уставился на своего советника.
— Кого ты там в центр поставил?
— Помнишь Бьярни, что меня чуть не загонял, — хмуро ответил Фритьеф, — ему там самое место.
Сигмунд подошел вплотную к Фритьефу, о чем-то тихо переговорил. Потом добавил чуть громче:
— Нашел я тебе бойца для центра, знакомьтесь — О́йвинд.
Пришедший с ним малый кивнул.
— Я хольд из лида Шрама, — чуть замялся, с усмешкой поправился, — теперь уж из лида Сигмунда, — и тут же пояснил, — не смог вовремя добраться, вот Шрам с ребятами без меня и ушли. Теперь буду с вами.
— Чем владеешь, О́йвинд? — прогудел ветеран.
— Щит, копье. Есть шлем. Кольчугой пока не обзавелся.
— Хорошо, — кивнул Фритьеф, — вставай тогда на место вон того, с дрыном вместо копья. А ты, Бьярни…
Со спины приблизился Сигмунд. Что он там шептал было не слышно, но жест братца выдал, типа: «Сплавь его куда-нибудь с глаз долой».
— Бьярни, иди на левый край, — Фритьеф окинул нашу компанию, — Поменяйтесь с Си́ндри местами. Вот теперь ваши места.
— Кстати, у меня хорошая новость, — поделился Сигмунд, — О́йвинд знает хорошего кормчего, вечером приведет.
— Ну теперь можно и корабль забирать! — расцвел улыбкой во всю пасть Фритьеф, — Завтра тогда к Кроку и отправимся.
— Ну что, — я обвел взглядом стоящих справа и слева Бьярни и Си́ндри, — будем вместе воевать?
От Бьярни реально разило запахом давно немытого тела. Но каким-то образом отмечать это вслух я не стал.
— Будем, — неожиданно подал голос стоящий самым левым Снор, — а ты, парень какому богу славу возносил?
— Когда? — я удивился.
— Ну, когда только пришел. Сказал: «Слава богу». Какому?
Во дела! И что делать? Отшутиться? Но тут я вспомнил сагу, рассказанную давным-давно Эгилем, чуть ли не в одно из первых моих появлений у Гунара. Сагу о Вёлунде, боге-кузнеце.
— Вёлунду!
— Ты кузнец что ли?
— Нет. Я стрелок!
— А что тогда не Уль? Ну или Тор, или Один?
— Очень уж мне нравится, как Вёлунд отомстил семье обидчика: грохнул сыновей, обрюхатил дочку и улетел на крыльях, что сам сделал!
Снор, а затем и Си́ндри с Бьярни заржали.
Глава 4 «Всё ты врешь!»
На следующий день было решено забирать корабль. Еще с вечера, посмотрев в лихорадочно горящие глазенки Калле, Йорген пробормотал что-то про «третий день» и «ничего важного» и махнул рукой: «Езжай с братом».
Ну это-то ожидаемо, а вот увидеть буквально трясущегося от предвкушения ветерана я не ожидал. Нет, он, конечно, держался и старался не показывать виду. Но до самого отбоя его прямо распирало от кипучей деятельности. Будто и не гонял нас по песку пляжа до одури, будто и не носился чуть ли не быстрее нас, стараясь быть одновременно везде: спереди, чтоб углядеть щель меж щитами, с боков, чтоб контролировать линию, сзади… Ну не знаю, чтоб наверно видеть не сачкует ли кто?
То мы с воплями пытались изображать атаку, несясь по песку, прикрываясь щитами, выставив над головой копья. То сбивались в две и даже три шеренги, чтоб составленными щитами изобразить что-то в виде черепахи: нижний ряд щитов закрывал ноги, средний пояс и грудь, а верхний должен был прикрывать от стрел, падающих сверху. И потом еще, в таком вот виде быстрым шагом кидаться в атаку.
Впрочем, не удалось ни разу — строй сразу разваливался. То кто-то умудрялся наступить на край нижнего щита и брякнуться всем под ноги. То кто-то забывал удерживать щит над головами и кромкой шарашил по соседям…
Ну не давал мне Хельми таких тренировок, не давал! Пусть Си́ндри скажет спасибо, что щит у меня легче, чем у других! Да и не видел этого почти никто. А вот когда Бьярни, который должен был держать низ, грохнулся нам под ноги, из-за чего через него сначала полетел я, а затем сверху в нашу кучу малу присоединился Снор — это видели все. Строй грохнул хохотом. Фритьеф взорвался каскадами ругани, обзывая нас «ластоногими баранами», «беременными овцами» и еще чем-то экзотическим.
Наконец взвыли даже хольды, заявив, что «консильери» увлекся, и что когда засвистят стрелы народ и так собьётся в строй плотненько и как миленькие заячьим скоком домчаться до противника. Ибо жить хотят все, а на тренировке, как ни крути, отсутствует основной фактор — противник, жаждущий нашей крови. Короче все это чушь, и не взаправду.
В итоге пришлось даже Сигмунду вмешаться, объявив, что для первого дня достаточно. До этого наш вождь с независимым и гордым видом возвышался в сторонке, наблюдая как бегают его бойцы. Не знаю, как ведут себя другие форинги, но что-то мне подсказывало: когда засвистят стрелы даже предводителю придется накрыться щитом, прижаться к другим бойцам и переть вперед молясь, чтоб сосед не приоткрыл «окошко», в которое может прилететь. А не стоять в сторонке с наполеоновским видом.
Но я, естественно, придержал свои мысли при себе. Да и умотался так, что, когда после ужина, не находящий себе места, Фритьеф предложил прям сейчас сходить к «этому кормчему» и выяснить что он за фрукт, решил что данное действо может обойтись и без моего участия.
Сигмунд оказался того же мнения.
— Зачем? Ойвинд обещал, что его завтра с утра приведет прямо на пристань.
— Сын, насколько я понимаю, кормчий — это важно, — подал голос Йорген, — может тебе стоит все же сегодня сходить?
Фритьеф кивком показал, что разделяет мнение старшего в семье.
— Пап, я поспрашивал опытных людей на счет этого «Щербатого», — лениво отмахнулся Сигмунд, — говорят хороший кормчий, свое дело знает крепко… Чего спешить? Завтра и увидим его в деле.
— А что за орк? Каков он в жизни? — не унимался одальбонд. — Помнишь, что я тебе всегда говорил: нанимаешь работника, узнай не только что умеет, но и каков он в остальном! Может он вор? А может слишком любит пиво? А может будет на женщин чужих сверх меры засматриваться, рискуя разжечь ссоры с другими мужчинами? Тебе с ним не только в поле работать, но и зиму пережидать… В твоем случае, на корабле одном плыть, — поправился Йорген. — зачем лишние проблемы?
— Пап, ну какие на корабле женщины?… Да мне вот еще по лавкам надо пройтись, припасов в дорогу закупить.
— Это тоже правильно, — согласился дядя, — сходи. Вон, Асгейра с собой возьми, Хрут говорил он торгуется хорошо.
Сигмунда перекосило.
— Можно подумать я плохо торгуюсь! Фритьеф, пойдешь?
— Может все-таки к этому Кнуду сходим? — на всякий случай уточнил ветеран, но посмотрел в лицо форинга и видимо мысленно «махнул рукой». — Ладно, пойдем провиант закупать. Калле, ты с нами?
Этого можно было не спрашивать, подорвался как собачонка гулять.
Ну а я спать завалился, благо дел у меня никаких не намечалось. Тем более после сегодняшнего «боевого слаживания» ноги просто отваливались.
* * *За то, что выспался, я себя похвалил уже утром, когда выяснилось, что до Дубовой гавани мне с парнями топать пешком. Конечно, можно было бы и на лодке, по воде туда час-полтора, но за перевоз нужно платить. Так что на лодке отправятся лишь Сигмунд, Фритьеф и наш новый кормчий Кнуд Хольмсон по прозвищу «Щербатый». Который к тому же опаздывал.