Некомандный игрок (СИ)
— Давай пляши!
Черт!!! Ну это слишком! Я нанимался в грабители, а не в садисты!
— Это же ребенок, Бо́лли, отпустите его!
— Жалко стало маленького каннибальчика? А ты возьми его себе, парень. Привези домой, подари жене… А потом он ночью убьет всю твою семью и сожрет!
Блин, да, я же забыл, огры — каннибалы. Но… Чёрт, ребенок же!
— Все равно, Бо́лли, я с детьми воевать не нанимался.
— Ах, какие мы жалостливые! Да если бы в прошлой деревне Регин вовремя не очнулся, сейчас все бы варились в их котлах, а этот мелкий гаденыш плясал вокруг и выпрашивал у мамочки кусочек… Кусочек орка!!!
Огрик вскрикнул, чьё-то копье оставило длинный порез на его ребрах. Прореха в рубахе окрасилась кровью. В круг, расталкивая орков ворвалась огриха, схватила, обняла, запричитала, попыталась закрыть собой.
— Где добро, тварь? — подбежавший Ролло схватил ее за волосы, поднес к ее лицу глиняную миску с зерном. — Это всё? Всё?
И он высыпал содержимое миски ей на голову.
Со стороны раздался визг свиньи. Тут же прервался. Через минуту из-за ближайшего дома вышел улыбающийся Бьярни с тушей на плечах.
— Я из-за какой-то сраной свинины плыл сюда через море? Из-за нее?
Ролло с размаху отвесил оплеуху женщине, та заголосила еще сильнее.
— Заканчивай представление, Ролло, — крикнул Фритьеф, — уходим.
— Ща! Пусть только эта тварь скажет, где у них добро! Должно же здесь быть хоть что-то ценное!
— Ролло оставь ее, пойдем, — краем глаза я видел, как парни, кто нагруженные, кто нет, потихоньку потянулись к кораблю.
— Ладно, — глядя обезумевшими глазами на сжавшихся в пыли огров, Ролло, наконец, поднялся на ноги.
— Подержи, — он сунул мне небольшой мешок, и принялся поправлять одежду.
Я взял. Копье, чтоб не мешалось перекинул подвесом через голову, щит уже висел за спиной.
— Пошли, — парень подхватил свое копье, и мы вдвоем потопали по улице, догоняя уходящих.
— А-йя-йя-йя-а! — с каким-то безумным воплем от предпоследнего дома к нам метнулась фигура.
Бросив мешок, и понимая, что копье перехватить не успеваю я схватился за топор, но Ролло меня опередил. Развернувшись навстречу очередной огрихе, мчавшейся на нас с чем-то напоминавшим заостренную щепку, он встретил ее прямым пинком.
— Ах ты тварь!!! — Ролло с маху пнул упавшую еще раз.
— Ролло, оставь ее. Пошли! — нам махал рукой Фритьеф, ушедший уже метров на двадцать вперед.
— Довольна?! — склонившись над упавшей выкрикнул Ролло.
Та подняла голову, что-то выкрикнула на своем наречии.
— Что?!! Что ты сказала мне, тварина?! — взбеленился парень.
— Ролло, пошли, нас зовут, — я засунул топор снова за пояс, подобрал мешок.
— Погоди! Сейчас я им тут устрою!
Прислонив копье к дому, Ролло нырнул в низкую дверь и вскоре выскочил с факелом в руках. Только тут я сообразил, что еще мне показалось странным в этой деревне — крыши из соломы. И Ролло принялся поджигать солому факелом!
— Ролло, уймись, идиот!
— А-йя-йя-йя-й — завизжала женщина, вскочила и бросилась оттаскивать парня.
Но крепкий орк одним небрежным движением откинул ее назад. Крыша уже занималась, языки пламени, перемежаясь со столбом белого дыма уже поползли вверх, к коньку, охватывая все большую и большую площадь. На секунду я засмотрелся на огонь.
— Ну вот, будут зна…
Как будто выпадая из забытья я опустил взгляд. Лишь один миг мозг пытался переварить увиденное: Ролло согнувшись схватился обеими руками за живот с удивленным, каким-то обиженным лицом. И огрская женщина, воткнувшая ему в живот его же копье!
Через миг тело действовало на автомате — правая рука, уже выпустившая злосчастный мешок сама нащупала топор за поясом. И следующий миг, с подшагом я обрушил лезвие на голову женщины.
— Асгейр! — донесся до меня вопль Фритьефа, — Беги-и!
Мгновенный взгляд на ветерана. Поклажа у ног, в правой руке секира, левая вытянута и указывает мне за спину. Обернулся.
— А-а-а-а!!!
С дальнего конца деревни на нас неслись пятеро здоровенных мужиков-огров. И лишь один с сучковатой дубиной. Еще один вскинул в замахе что-то напоминавшее каменный топор, а вот у троих были здоровенные копья!
Ролло, с копьем в брюхе и женщина с раскроенной головой еще только-только начали падать, а я уже рвал подметки сапог в сторону корабля.
* * *— Кнуд! — Сигмунд театрально выкинул руку вперед, — Правь к дому. Скинем все что взяли, и пора уже нам навестить людские поселения! Пора нам сходить в Вестлёнд!
Наконец вопли энтузиазма прокатились по всему длинному кораблю. Парни довольно переглядывались, перебрасываясь радостными репликами.
— Песком потри, — негромко посоветовал Фритьеф, не подавшийся общему порыву, — не переживай, отмоются.
— Думаешь? — спросил, разглядывая темно-коричневые ободки вокруг ногтей, — А я вот, не уверен.
Помолчал немного, не поворачиваясь спросил:
— Скажи Фритьеф… Вот ты недавно про славу говорил. А в чем слава убивать землепашцев и их женщин?
— В этом нет славы, Асгейр, — ветеран тяжко вздохнул.
— Так зачем…
— Затем, — не дал он мне договорить, — затем, что люди, это не огры. Если бы мы сразу пошли на берега людей… — помолчал немного, взглянул на меня. — Если бы мы от Бьёрке пошли сразу в Вестлёнд, то, боюсь, к этому времени команды у нас уже не осталось.
— Все равно… — я тяжко вздохнул, — каннибалы или нет… Но они такие же крестьяне, каким буквально вчера были большинство из нас. Черт, да чем же мы лучше тех же чёрных?
Последние слова я почти выкрикнул в лицо Фритьефа. На нас стали оборачиваться.
— Мы лучше, Асгейр, поверь мне. Когда-нибудь ты это поймешь.
Часть 2 Глава 14 Жди нас, Вестлёнд!
— Что это, там, впереди?!
Дренги как один подорвались, выскочили на нос корабля. Я, признаться, тоже не усидел на месте, и, чтоб развернутый поперек корпуса парус не загораживал обзор, присоединился к остальным.
Да-а-а… Было на что посмотреть. Там, впереди, куда наш «дракон моря» рвался полным ходом, заканчивалась сплошная облачность, под которой я жил с момента «попаданства», а остальные — всю жизнь. Просто тянулась-тянулась, как низкая крыша над головой, и заканчивалась. Не истончалась, растворяясь в небесной синеве, не лохматилась, протягивая длинные лоскуты. Как обре́зали ножом: здесь — низкий, грязно-серый «потолок» над головой еще есть, а вот там, чуть дальше — уже нет. «Там» только голубизна бесконечно высокого небесного свода, яркое солнце и вереницы белоснежных кучевых облаков.
— Офигенно, — выдохнул под нос.
Господи, как же мне этого не хватало!!! Даже в груди защемило.
— Мы увидим Асгард? — неуверенно и даже немного испуганно пробормотал Фре́ир.
— Не переживай, не увидишь, — Снор, восседающий по-турецки под самой мачтой передвинул фишки на доске. — А я вот так!
— По крайней мере, не при жизни, — поддержал его Бо́лли, сидящий напротив в такой же позе, не отрывая взгляда от игрового поля. — Хороший ход, дружище!
— Глаза поберегите, дуралеи, — проворчал расслабленно облокотившийся на борт Ойвинд, вытянувший ноги поперек палубы. — Вы такого яркого солнца за всю жизнь не видели, будете долго смотреть, потом слезами умоетесь и глаза болеть будут.
Кстати, сообразил я, а он прав! Даже выход из темного подъезда на залитую солнцем улицу доставляет массу неудобств, а тут парни, всю жизнь прожившие в условиях низкой освещенности. Интересно, как поведут себя наши, отлично видящие в темноте глаза на таком ярком свете?
Глаза повели предсказуемо: слезы, боль и невозможность открыть больше чем на миг.
— Не переживайте, к вечеру пройдет, — успокаивал восседающий на своем месте Кнуд. — Постарайтесь смотреть сильно сощурившись, а по возможности вообще не смотреть. И чего-нибудь холодного приложите, только морской водой не смачивайте, еще сильнее жечь будет.