Пираты в Сомали. Повстанец (СИ)

  
Пираты в Сомали. Повстанец
   
Глава 1 Пролог.
 
Мамба умирал. Умирал медленно и мучительно, тщетно цепляясь остатками сознания за ускользающую реальность. Старость брала своё. Вместе с вождём на роскошном ложе под тяжёлым, надёжно скрывающим его от чужих глаз золототканым балдахином умирал и дух Ивана Климова. Ему не нравились такие проявления роскоши, но любимая жена настояла…
Мамба сделал всё, что мог. И пока его имя гремело на просторах Африканского континента, империя была жива. Но непримиримые противоречия медленно, но верно раздирали её изнутри.
Все с нетерпением ждали его смерти, чтобы наброситься друг на друга, мечтая отхватить кусок побольше да пожирнее. Мусульмане и копты, католики и православные… Все против всех. Не остались в стороне и новые «верования», вернее идеологии. Пустили корни в империи. Он всеми силами боролся как с фашизмом, так и с коммунизмом, но сейчас чувствовал: едва ослабнет тяжесть его длани на головах неразумных, как верноподданные тут же вцепятся друг другу в глотки.
Африка не та страна, где жизнь легка и проста. Легко и просто здесь лишь умереть, а жить тяжело. Сын Георгий радовал, дочери Слава и Мира выполняли возложенные на них миссии, но и врагов стало намного больше. Впрочем, Мамба и так сделал всё возможное. Всё, что позволила ему судьба.
К сожалению, он не пророк, и грядущее ему неведомо. Одно ясно: Мамба оставляет свою империю на пороге большой войны. Она не сразу коснётся его страны, но обязательно коснётся.
А ему так хотелось успеть добиться ещё чего-то, так не хотелось уходить… Рано! Но слишком много ран он получил в своей жизни, много воевал, а еще больше потерял. Вождю больше не помогали ни эликсиры, ни заговоры, ни обряды, ничего… Эту битву ему не выиграть. Бой окончен: старость победила. А жаль…
Созданная им Конфедерация Африканского союза грозила распасться ещё при его правлении, однако он смог удержать её от этого. Но что значат усилия одного человека и одного правительства, когда все заинтересованные в его ослаблении европейские страны постоянно вливали деньги в революционеров? И на просторах континента, как грибы после дождя, раз за разом появлялись новые общества и революционные ячейки.
Шайки пустоголовых болванов! Они хотели свободы, бесплатных благ и равноправия, воюя против кровавого режима тирана и деспота Иоанна Тёмного. А тайные общества креста и орала против Чёрного Мамбы. Все хотели всего и желательно даром. Мамба, сколько мог, развеивал их претензии. Но, каждый раз, получая очередные транши или обещания заморских пособников, послушные марионетки принимались покупать оружие и готовить вооружённое восстание.
Ну, что же, пусть они теперь на себе прочувствуют всю мнимость свободы. Их ждёт хаос.
Накануне Мамба вызвал к себе своего сына Георгия и, помимо бумаг и прочего, оставил единственное наставление ему:
— Сын мой, не пытайся остановить весенний пал. Пусть горят окраины конфедерации, пусть они берут свободу, сколько захотят. Не допускай никого в центр, удержи Египет, Эфиопию и всю Центральную Африку. Удержишь их, вернёшь и всё остальное. Не сразу, постепенно. Свобода — вещь хорошая, но это не бурная река вседозволенности, это, прежде всего, ответственность. Запомни мои слова и формируй свою элиту. Элиту, которая будет преданна лично тебе. Но знай: преданность и предательство ходят рука об руку. Мои военачальники — это мои соратники, а у тебя должны быть свои. Те, кому ты сможешь доверить жизнь. Держи свои уши и глаза открытыми. Лесть приятна и красива, но она, как фальшивая монета, ничего не стоит, поэтому всегда смотри в глаза. Глаза — зеркало души, в них ты увидишь истинные мысли их носителя. Я оставил тебе эликсиры правды. Они для тех, кто не выдержит твоей проверки, если ты в ком-то сомневаешься, воспользуйся ими. Все рецепты сожжены, ибо велика вероятность того, что зелье обратят против тебя. Лаборатории будут уничтожены, а кадры последуют за мной. Покуда жив — интригуй! Не будешь ты плести интриги, строить заговоры станут против тебя. На этом всё. Всё, что я хотел сказать тебе, я сказал. Будь смелым, решительным, справедливым, однако оставайся циничным, холодным, расчётливым. А теперь иди, мне надо ещё подумать, что я упустил...
 
Георгий низко поклонился и, облобызав руку отца, ушёл, а Мамба с грустью констатировал, что одними словами дух и крепость моральную не передашь. Всем хорош его сын: красив, кудряв, смугл, но взял от него лишь природные гены, а не ум. Что ж, значит так суждено. Не все соратники Мамбы умерли или захотят уйти вслед за ним. Кого-то уберут, но кое-кто останется, чтобы помочь сыну.
Пришёл тот день, настал тот час, 
И дух вождя покинул нас, 
Чтоб воссиять на небесах, 
Навек запомнившись в делах! 
Здесь не принято скорбеть по усопшим. В сопровождении подданных, распевающих под бой барабанов гимны во славу ушедшего вождя, тело Мамбы перенесли в тайную пещеру горы Килиманджаро, ставшую ему последним пристанищем. Вход в пещеру был замурован вместе с частью похоронной процессии. С телом вождя остались лишь самые преданные люди, добровольно выпив смертельное снотворное зелье. Ещё часть погибли почти сразу, подвергнувшись нападению диких аборигенов, что ещё жили в этих местах. Остатки процессии полегли от заранее заготовленного яда, подсыпанного в питьё верным соратником Мамбы, с честью выполнившим возложенную на него миссию.
Медленно, со скрежетом закрывались каменные врата в пещеру Иоанна Тёмного. Внезапно яростный грохот огласил окрестности горы. Со скал бешеным камнепадом сыпались глыбы разной величины, безжалостно погребая тела соратников Мамбы. Но один из них так и не достиг земли. У этого камня оказалась другая цель.
Старые боги решили, что не след пропадать душе человека, который сделал для них так много. Змееподобный просуществовал несчётное количество лет и не собирался отпускать на покой так понравившуюся ему душу. Былая слава и меркантильность жаждали, чтобы ставленник жил и дальше во славу ЕГО имени. Среди сыпавшихся с горы камней притаился особый волшебный камень и, зацепившись за него, душа Иоанна Тёмного пролетела через века и расстояния и точно попала в темечко незнакомого негра.
«Бац!» — и каменный осколок резко впечатался в затылок невысокого негра племени дир. Осколок оказался небольшим, потому как изрядно уменьшился в процессе полёта. Негр закачался, глаза его закатились под лоб, и он рухнул наземь. Голова треснулась о булыжник, выбив на краткое мгновение душу аборигена. Однако этого мига вполне хватило, чтобы тело лежащего без сознания сомалийца стало новым пристанищем для Мамбы, бывшего когда-то Иваном Климовым.
  
Глава 2 Сомали.
 
Иван Климов, он же Мамба, он же Иоанн Тёмный, он же попаданец из двадцать первого века открыл глаза и, если бы сумел, то отпрянул, но упирался затылком в землю. Радостные белозубые улыбки на некоторых иссиня-чёрных рожах с лёгкостью можно было принять за оскал кровожадных каннибалов. Мамба повернул голову и среди длинных хламид разглядел выжженную солнцем саванну. Вокруг снова была жопа, обычная африканская задница, во всём своём гнетущем великолепии. Вдалеке виднелись шатры кочевников, притулившиеся к высоким, напоминающим сухую акацию деревьям, чьи остовы резко выделялись на фоне бесконечно голубого неба. 
А вот почва была неестественного красного цвета. Редкие кучки кустарников и другая чахлая растительность рваным ковром устилали равнину до горизонта и мало отличались от колера земли, то приближаясь по цвету к вину, то вспыхивая рябиновым огнем. 
— Что за хрень опять со мной случилась? — произнес вслух Мамба и тут же застонал от раскалывающей голову боли. — Ммм...
Со стороны это выглядело, словно прибитый камнем негр, лежащий в окружении своих соплеменников, очнулся и поднял голову. Откуда прилетел камень, был ли это камень или банальная пуля на излёте — неизвестно. Никто не задавал себе таких вопросов.