Наемник «S» ранга (СИ)

Добравшись до ночного клуба, прошёл мимо десятка шумных тачек, из которых на максималках играл музон. Рядом танцевали молоденькие девчата в коротких юбках. В руках алкоголь, у многих сигареты. Смех, девичьи довольные визги и споры доносились по всему кварталу с ночными заведениями. Возле Сальвадора, на углу улицы стоял чёрный ауди. Подойдя к нему, открыл заднюю дверь, закинул сначала сумку, затем и кейс, после ввалился на заднее сиденье. Внутри пахло молочным шоколадом и вишнёвым соком, а из динамиков доносится медленный трек, как в фильмах две тысячи тридцатых — старьё короче.
— Вернулись, господин? — обернулась ко мне брюнетка с прямой чёлкой. Юнона — мой личный телохранитель, секретарь, помощница, буквально няня, воспитавшая с пелёнок. В пиджаке и юбке, максимально строгими, сидела за рулём ауди и ела шоколадку.
— Как видишь, — хмыкнул я.
— Ой, какие мы серьёзные, — улыбнулась она.
— Вообще-то, перед тобой наёмник ранга S. — чуть задрал я нос.
Да, она была в курсе. Единственный человек, который знал о моём секрете. Я долго думал посвящать её или нет, но решил рассказать. Иначе исчезать из дома не вышло бы на постоянной основе, а так Юнона стала для меня отличным прикрытием — постоянно покрывала от семейных вопросов. Ну и побухать со мной могла. Мы были, наверное, ближе чем просто телохранитель и объект охраны. Даже не знаю, как описать наши отношения... Лучшие друзья? Может, поэтому я находился во френдзоне? За столько лет мы так и не переспали. Хотя она и была огонь, да и романов не имела. Это я знал точно.
— Да-да, как я могла забыть, простите.
— Хватит ёрничать. Выполняй свои обязанности. Пора выезжать.
— Уже, — хмыкнула брюнетка и запустила электромобиль. Через несколько секунд мы выехали с квартала ночных тусовок и направились по улицам ночного Бронса.
— Завтра у вас вылет в Нью-Тейко. Через два дня первый день занятий, готовы? — взглянула Юнона в зеркало заднего вида, поймав взгляд моих алых глаз.
— А ты как думаешь?
— Думаю, для вас это самое ужасное что может быть.
— Тц. Не хочется говорить это, но ты права. Снова учёба.
Юнона улыбнулась. Похоже, ей нравилось наблюдать за моими страданиями.
— Завтра я приготовлю для вас торт наполеон.
— И колу.
— И колу, — кивнула она.
— Какая ты добрая. Что-то случилось? — не понимал я её порывов угодить.
— Завтра у вас день рождения.
— А. Ясно.
— Вы всегда так недовольны, когда наступает ваш день...
— Я просто думал, что ты хочешь приготовить мне торт, потому что, наконец, поняла и приняла свою любовь ко мне.
— Этого никогда не произойдёт, мой молодой господин, — усмехнулась Юнона и отвела от зеркала взгляд.
— Да я уже и не надеюсь, — хмыкнул я. — К тому же, ты всегда рядом, это меня вполне устраивает.
— Говорите так, будто я какая-то вещь, — надула губы брюнетка.
— Да. Моя личная вещица. Незаменимая.
— Ваш отец приказал мне остаться и не сопровождать вас в Нью-Тейко.
— Чего? — вскинул я бровь. — Он с ума сошёл?!
— А ещё сказал, чтобы я прекратила подтирать вам зад и угождать во всех вопросах. — нейтральным тоном говорила Юнона. — В академии вы станете жить в общежитии. Слуги, телохранители и прочая обслуга на территории учебного заведения запрещена.
— Плевать. Поступлю в другую академию, — отмахнулся я от такой нелепой проблемы.
— Но, господин, приём документов на поступление окончился ещё два месяца назад.
— Это не проблема. Заплачу ректору любого универа, возьмут с распростёртыми.
— Не выйдет, — помотала головой Юнона. — В Нью-Тейко лишь одна академия.
— Тогда перелёт отменяется, — пожал я плечами.
— Ваш отец этого не допустит.
— Сбегу из дома.
— Вы же знаете, это невозможно с вассальной печатью.
И я умолк. Чёртова родовая печать! Взглянул на запястье. На нём высечена магическая печать. Я уже отрезал руку, когда уезжал в летний лагерь. Но когда отрастил новую, печать проявилась вместе с рукой. Целую неделю приходилось ходить с культяпкой, пряча её от глаз детишек и воспитателей, и всё зря. Печать оказывается действует на астральном или духовном уровне, так что избавиться от неё самостоятельно не так и просто.
 
— Отец меня ненавидит, раз собирается отнять тебя, — пробурчал я упадническим настроением, мысленно отыскивая вариант решения проблемы.
— Может вам и правда пора начать самостоятельную жизнь? Без меня. — Юнона больше не смотрела в зеркало заднего вида и следила лишь за дорогой. Мы остановились на светофоре.
— Я же сказал, ты — моя. И ни отец, ни кто-то ещё не заберёт тебя.
— Звучит как признание, — печально улыбнувшись, произнесла она. — Так по-ребячески.
— Считай как хочешь. Я уже говорил о своём отношении к тебе. — я сделал паузу, потом продолжил. — Нужно решить проблему академического запрета. И вообще, ты уверена, что присутствие телохранителя запрещено правилами академии?
— Так сказал господин Брэдли.
— Я не доверяю ему, — пожал я плечами.
— Но он же ваш отец, — прокряхтела Юнона.
— Который ни разу не поздравил с днём рождения? Он даже пир закатил по поводу моего выпуска из школы, чтобы не со мной отношения наладить, а похвастаться перед дружками, типа я не такой дебил как все считали.
Юнона вздохнула. Ясно что сказать ей было нечего. Отец, да и матери вместе с отпрысками терпеть меня не могли. Как и говорил, имидж придурка и разгильдяя я создал прекрасный, как произведение искусства. Лишь Юнона знала, что я притворщик.
— Приехали, господин, — произнесла брюнетка, когда мы остановились возле ворот поместья. — Вы так и не выпили алкоголь по дороге. Или сегодня не станете прикидываться пьяницей?
— Хм. Давай сюда, — буркнул я.
Юнона передала распечатанную бутылку виски. Я ливанул чутка на ладонь, разбрызгал капли по одежде. Сделал пяток крупных глотков.
— Ну и дрянь, — потёр под носом, передав вискарь.
— Простите, колу не взяла.
— Хрен с ней. Короче, в кейсе три с копейками миллиона. Трёшку переведи на счёт моей айти-компании от анонимного пожертвователя, на остальные купи себе чего-нибудь. Какое-нибудь платье там или трусики.
— Господин. Кхм.
— Ладно, можешь без трусиков. Если тебя так возмущает нижнее бельё.
— Я просто вспомнила кое-что. — скривила губы Юнона, взглянув снова в зеркало.
— Я был молод, — сглотнул я, припоминая как стащил её нижнее бельё, а она спалила. Было неловко, конечно. — Теперь это в прошлом.
— Я недавно убиралась в вашей комнате.
— Чёрт. Значит ты нашла? — прикрыл я сокрушённо глаза. Мой тайник с самым настоящим сокровищем из серии трусиков Юны. Похабно. Но по-мужскому смело. Да, я собрал их в количестве тридцати двух за все проведённые года в этой жизни.
— Нашла.
— Я не буду извиняться.
— Вы просто избалованный подросток. И это так мерзко. — она не ругалась. С каким-то холодным лицом говорила спокойно. Юнонка может быть той ещё стервой, но я привык держать всё под контролем.
— Ты ничего не понимаешь в мужской романтике, — хмыкнул я. Вот такой бессовестный я чел.
Мы въехали на территорию поместья и остановились подле особняка. Двухэтажный, протяжённостью в сотню метров. Здесь могло жить порядка трёхсот человек, но живёт всего тридцать, включая прислугу.
— Ладно, отложим тему нижнего белья на лучшие времена, — произнёс я. — Не забудь, что мы были в клубе Сальвадор.
— Это вы не забудьте, — хмыкнула Юнона.
— Ага. Я пошёл. То есть поплыл, — и скорчив лицо в фальшивом пьяном угаре, выбрался из ауди. В лицо подул прохладный ветер. Покачиваясь, я потопал в дом...
  
Глава 2
 
— С возвращением, господин, — поклонился пожилой дворецкий, стоило мне войти в дом.
Выглаженная форма, военная выправка и пышные усы. Звали этого бодрого деда Арчибальд. Эспер и страж особняка, который в одиночку может соперничать с наёмниками А-ранга из моей организации.