Дорога на закат (СИ)

Кровать жалобно крякнула, под тяжестью еще одного тела. Участливое лицо дяди склонилось надо мной, и прохладная рука легла на лоб.
— Быстро. Слишком быстро, — констатировал Видящий. — Тебе бы проваляться еще минимум до завтра, — и чуть помолчав, приказал: — Ану-ка выпей. Это поможет быстрее восстановить силы.
Онри поднес к губам чашку с теплым травяным отваром. Я была так слаба, что даже не смогла различить какие именно травы были в питье, но послушно сделала несколько глотков. Желудок тут же взбунтовался так, что мне нечеловеческим усилием удалось подавить рвотный позыв. Я сделала несколько глубоких вдохов и медленных выдохов.
Несмотря ни на что, меня была крупная дрожь. Меня знобило и все суставы выкручивало так, что я взвыла бы, если на это можно было набраться сил. Но все, что я могла — стонать и мысленно проклинать — оборотня, дядю, свой дар и магию в целом.
Что-то подсказывало, что у меня лихорадка.
— Спи. Тебе нужно восстановить силы. Спи, дитя, — прошептал стихающий и отдаляющийся голос Онри.
Кажется, я хотела возмутиться, но сильный поток чужой магии прошелся по телу, погружая в сон без сновидений.
  
Глава 8
 
Запах жареных яиц и свежей зелени наполнял комнату. Я потянула носом, еще не успев открыть глаза. Изголодавшийся желудок тут же отозвался на него нетерпеливым ворчанием. Я потянулась, широко раскинув руки. В теле и голове чувствовалась приятная легкость и даже подумала, будто все что со мной произошло, было просто страшным сном, вызванным переизбытком впечатлений и лихорадкой. Не надо было накануне купаться в холодной речной воде. Так и знала, что водные процедуры вылезут мне боком.
Правда оказалась беспощадной. Я была в чужом, совершенно незнакомом и даже каком-то подозрительном доме.
Проклятье!
Это что значит мне все это не приснилось? Значит и правда был оборотень, кошмар, потеря сознания…
Ужас!
Я поднялась на локтях, чтобы осмотреться, с удовольствием отметив, что полна сил и ни боли во всех членах не чувствую, ни голова не стремится унестись вскачь, под ритмичное «ух-ух-ух!», от которого закладывало уши.
Ну ладно! Дом не странный, с этим я погорячилась.
Обычный такой охотничий домик. Кажись, в глубине леса, судя по запахам трав, которые после дождя, отдавали свои ароматы охотней обычного, и заливистым трелям лесных птиц.
Все это, вместе с прохладой, врывалось в приоткрытое окно.
Дом казался уютным. Полностью из дерева, с минимумом мебели. Две кровати. Письменный стол с аккуратно расставленными принадлежностями для письма в правом углу, между кроватей и придвинут к самому окну.
Большой дубовый стол, грубой работы, несколько стульев, шкаф с посудой и книжные полки. Возле стены был средних размеров очаг, у которого суетился мужчина и вертелся большой черный охотничий пес.
Оба были заняты готовкой. Точнее один готовкой, а второй дегустацией. Собака увлеченно обнюхивала все, что лежало на столе, тычась носом в тарелки и сковородку. Хозяин негромко отчитывал его и щелкал по носу. Но это не останавливало голодную скотину и она принималась за то же дело с другой стороны.
Я, конечно, не редко видела в деревне псов цепных, злых и нервозных, псов сторожевых, настолько преданных своему делу, что страшно было и мимо пройти, псов охотничьих, которые носились сворой по лесам в угоду хозяину загоняя добычу.
Но этот был какой-то, не такой как все и это видно было сразу. По размерам он был больше похож на сторожевого пса. Настолько большой, что в холке доходил хозяину до средины бедра. Удивительной чистоты масти. Редко кто мог добиться в чистокровных зверях такой чистоты окраса с таким здоровым ухоженным блеском. Не поджарый, как обычные гончие, но с красивыми обвислыми ушами. Скорее битый. Под короткой шерстью, угадывались крепкие мышцы и сила волкодава. Я даже поежилась, когда представила эту тушку в деле. И, несмотря на добродушное виляние хвостом и щенячью непосредственность, в псе чувствовалась реальная, почти осязаемая угроза.
 
— Вставай, раз не спишь. Накрывай на стол, — раздался ровный низкий голос.
— Доброе утро! — сказала я мужской спине.
— И тебе.
Как-то он не очень расположен к общению. Ну, тем лучше. Меньше вопросов — меньше неловких ситуаций. Я и сама пока не понимаю, что случилось и как быть дальше.
Я осторожно поднялась с кровати, все еще сомневаясь в своей дееспособности. Но — нет! Жива и даже, кажется, абсолютно здорова.
Из одежды на мне были штаны и зеленая рубашка. Все чистенькое и даже не мятое, за что стоило бы поблагодарить Онри. По крайней мере, хотелось надеяться на то, что их не стирали вручную и мне не нужно краснеть при одном взгляде на мужчин.
Шлепая босыми ногами по доскам пола, я подошла к большому шкафу, едва не заработав косоглазие, пытаясь разглядеть лицо такого "многословного" и жутко гостеприимного хозяина дома.
Было жутко интересно, кто же это такой. Не спрашивать же напрямую.
Неловко как-то! Хватит и того, что я тут провалялась, гарх знает сколько.
Я выбрала тарелки средних размеров и вилки. Расставила их на столе.
Считая, что свою посильную лепту в организацию завтрака ваша покорная слуга внесла, хлопнулась на стул и начала буравить взглядом спину невозмутимо болтающего в казане деревянной ложкой мужчины. Ну, может хоть так уделят мне должное внимание.
Я была привычна к тому, что меня уважают, сторонятся, боятся, наконец. Но этот меня просто игнорировал. Даже не смотрел не меня. Как-то некрасиво с его стороны.
Неизвестный типчик, вместо того, чтобы угрызаться совестью за неподобающее поведение, весело насвистывал себе под нос незамысловатою мелодию. Одет он был по-домашнему просто, в коричневую рубашку и того же цвета, но немного темнее штаны. Со спины едва можно было сказать о его внешности. Но ростом он был выше меня почти на голову. Поджарый, в его теле чувствовалась гибкость и сила, несмотря на очевидную худобу. Светлые волосы коротко острижены. Ну вот и все, в принципе, что удалось о нем узнать.
Мда. Весело.
— А где… магистр Лосс? — спросила я, дабы хоть как-то завязать разговор.
Не совсем понятным было кто этот парень и я решила выбрать официальное обращение. И сама не заметила, как затаила дыхание. Ну же оборачивайся.
— Наверное, скоро должен быть здесь. После вчерашнего инцидента, он остался без лошади, а это порождает некоторые сложности. К тому же стоит обследовать место стычки и отчитаться перед советом. Думаю, они скоро пришлют кого-нибудь, чтобы привести в порядок дорогу и ту часть леса, которая теперь похожа на место битвы двух каменных троллей.
Все это он говорил, не поворачиваясь ко мне, словно рассказывал сковородке, и я досадливо закусила губу. Пока до меня не стало медленно доходить то, о чем говорил молодой человек.
Совет… Раскуроченная дорога… Оборотень… Кровища…
Пережитый страх сжал горло так, что я едва смогла вдохнуть. Стало еще противней когда я, наконец, поняла, что потеряв контроль над собой могла не только сама отправиться к предкам, но и прихватить с собой магистра и этого незнакомца.
Демоны. Может разревется? Показать, так сказать, всю глубину раскаяния?
Мокрый собачий нос ткнулся в ладошку и я вздрогнула. Не сказать, что боялась собак, просто старалась не сильно к ним приближаться. Мало ли что у них на уме. Но почему-то этот влажный нос и карие, почти человеческие, глаза располагали к себе.
Я потрепала его между ушами. Собака в благодарность лизнула меня просто в лицо. Не ну так не честно! Я тут самобичеванием собиралась заняться. И что теперь? Я как-то невесело улыбнулась и снова запустила руку в шерсть уже на холке псины.
 
— Дрог перестань слюнявить нашу гостью, а то вышвырну тебя под дождь, — принялся угрожать парень.
Сковородка с яичницей и поджаренным беконом хлопнулась на мокрую доску- подставку, от чего та недовольно зашипела.
Аромат исходил такой, что пришлось приложить немалые усилия, чтобы не подтянуть сковородку к себе поближе.