Дьявол всегда рядом со мной (СИ)
Глава 11
11.1
Седьмой класс мы закончили без происшествий, однако я все чаще стала за собой замечать, что наблюдаю за Кириллом, и он кажется, со слов девчонок, наблюдал за мной.
В июне мама отправила Лильку в лагерь, а я отказалась. Что там делать среди незнакомых людей, ко всему прочему у меня была навязчивая идея гулять у себя на районе. Конечно, я отрицала тот факт, что просто искала повод увидеть Соболева. Зачем он мне нужен. Однако за все три месяца мы с ним ни разу не пересеклись. Зато с Танькой виделись часто. Она жила недалеко от нас, как и Ната. Наши мамы даже пару раз выбирались вместе с нами на озеро, и вот это было по-настоящему забавно.
С лагеря Лилька вернулась загорелая, а еще мне показалось, что она стала выглядеть взрослей. Майки в обтяжку подчеркивали ее осиную талию, короткие шорты и юбки оголяли худенькие ножки, а длинные темные волосы сестра все чаще носила распущенными. Она научилась подводить глаза и накладывать тональный крем. Рядом с яркой Лилькой я себя чувствовала гадким утенком. И наши приоритеты резко разъехались. Я решила, что буду больше заниматься, раз уж внешне природа отыгралась на мне, а сестра мечтала выйти замуж за богатого и красивого принца.
Первого сентября мы все вернулись в школу. Стоял на удивление жаркий осенний денек, солнце припекало уже с самого утра. И это был первый раз, когда я позволила Лильке поколдовать надо мной. Она нанесла мне тональный крем на лицо, наложила светло-розовые тени, но совсем немного, чтобы мама не заметила. Выдала свою старенькую блузку с рукавами-фонарями и v-образным вырезом, которая облегала мою тоненькую талию, и черную юбку с запахом, выше колен. Волосы вытянула утюжком, первым нашим общим средством, которое мы купили на отложенные деньги в копилке.
— Какие же у меня взрослые дочки, — изумился папа, рассматривая нас обоих. Лилька накрутилась, подвела слегка глаза, одела черные шорты выше колена и белую рубашку, подчеркивающую ее пышную грудь. Она выглядела очень эффектно, как звезда из какого-нибудь глянцевого журнала.
— Лиля! — Крикнула мама, откладывая фартук в сторону. — Ты зачем глаза накрасила?
— Ма, первое сентября! Выпускной класс, — покачала головой она, крутясь перед зеркалом.
— Тебе еще три года, до «прощай школа», иди, давай, умойся! — Фыркнула мама, но сестра ее не послушала. Схватила сумку (да, теперь она ходила с кожаной большой сумкой, как огромный пакет) и выскочила за дверь.
— Куда? — Только и успела крикнуть родительница, как Лильки и след простыл.
Возле школы я встретила Таню и Нату, они тоже выглядели отлично. Ната чуть похудела, а Танька подстригла волосы. Правда, ростом обе были повыше меня. Но это никогда не мешало нам ходить вместе.
— Хорошо выглядишь, — воскликнула Филимоново, разглядывая мой прикид. Я лишь молча ей улыбнулась. Но про себя подумала, что нужно обязательно найти Кирилла. Пусть видит, что все с возрастом становятся краше. А не только его старшеклассницы. Тоже мне взял моду общаться с ними. Не знаю почему, но меня это очень раздражало.
— О! Девчонки! — Крикнул Артем, размахивая рукой. Он чуть вытянулся, но в весе явно не прибавил. Кто-то из мальчишек похудел, кто-то набрал мышечную массу, а кто-то остался таким же.
— Все пришли? — Спросила классная, минут через двадцать. Мы стояли на улице под самым солнцепеком. Ни один листик не шелохнется, как назло. От распущенных волос было еще жарче. Да и блузка мне казалось теплой. Скорей бы прошла линейка и в тенек.
— Нет, — выкрикнула я из толпы. — Соболева нет.
— Он через две недели приедет, — ответила без особого интереса женщина и побежала к завучу, что-то сообщить.
— Твою ж… — тихо выругалась я и потянулась в карман за резинкой.
— Ты чего? — Спросила Ната удивленно. А я и сама не знала, почему злюсь. И зачем вообще так вырядилась.
11.2
После линейки мы собрались в классе, и учительница озвучила рассадку на этот год. К моему удивлению, пересадили всех, кроме нас с Кириллом. После учительница подозвала меня и спросила, нормально ли вижу доску на последней парте, может все же пересадить поближе. В отличие от многих девочек, я оставалась мелкой.
— У меня зрение, как прицел! — Отрицательно покачала головой, потому что сидеть ни с кем другим мне не хотелось.
— Вот как? Ты скажи честно, Ариночка, я же пересажу. Просто Кирилл… — вдруг оборвала себе классная, прикусывая нижнюю губу.
— Что Кирилл? Он не хочет со мной сидеть? — Нервно спросила я.
— Наоборот, — замахала она руками, внимательно всматриваясь в меня. — Он мне звонил, сказал, что вернется через две недели с этого их военного или какой он там… в общем с лагеря. Его туда уже второй год подряд отправляют на все лето. И в разговоре попросил меня оставить вас вместе сидеть.
— Правда? — Улыбка сама выскочила на лицо, и я покраснела.
— Да, я бы не согласилась, но вы не шумите, замечаний не получаете. Но… мне вот что интересно.
— Что?
— Вы… с Кирюшей… встречаетесь? — Выплюнула классная, и уставилась мне в глаза, выжидая ответной реакции.
— Ч-что? Нет, что вы… мы… мы не… — замахала я руками, но скрыть смущение никак не могла. В конце седьмого класса девочки одолевали меня тем, что Соболев постоянно пялиться и я типа ему нравлюсь. А теперь еще к ним и учительница присоединилась. С ума сойти можно. Сердце учащенно забилось, щеки полыхали, а внизу живота приятно пекло. Какие-то новые и непонятные чувства медленно закрадывались ко мне, но к удивлению, это были приятные ощущения.
— А? Ну и славно. Уроки важней, милая. А влюбится еще успеется.
На этом наш разговор был закончен. Девчонкам, которые меня ждали на улице, я не стала рассказывать ничего. Очередной повод для шуток со стороны Таньки, которой до сих пор не нравился Соболев. Она называла его Дьяволом, и мечтала, чтобы он однажды покинул нашу школу. Чем была вызвана эта неприязнь, я не знала. Но и поделать ничего не могла.
Две недели без Кирилла прошли быстро. Я все чаще зависала над уроками, а еще ходила в библиотеку. Там однажды на меня чуть не упала полка с книгами, и мальчишка с девятого класса доблестно принял удар на себя. Его звали Коля Сорокин. Чушь выше меня ростом, с обаятельной улыбкой, большими серыми глазами, вздёрнутым носом и слегка полноватым телосложением. После этого случая, мы с ним стали пересекаться каждый раз, когда я оказывалась в библиотеке. Он шепотом рассказывал мне про книги, которые уже успел прочитать, и на прощение протягивал любезно конфету. Конфетки были вкусные: круглые, политые глазурью, а внутри то с орешками, то с сухофруктами. Отказываться было неудобно, поэтому я с радостью принимала презент, и по пути домой съедала вкусняшку. Девчонки даже начали подшучивать, что, мол, Сорокин глаз на меня положил. Но я, как и всегда, отмахивалась. С Колей было интересно разговаривать, он был начитанным и умным парнем, а еще, судя по всему, очень воспитанным. Мы пересекались часто: возле школы, на переменах, в буфете, но в эти минуты обменивались короткими диалогами. Большая часть разговоров приходилась, конечно, на библиотеку. Однако общение наше продлилось недолго.
Через две недели, когда шел сильный дождь, я, как и всегда пришла пораньше. В коридоре потрусила зонтик, и подошла к зеркалу, поправить косичку. Утром Лилька мне заплела колосок, а вот глаза я ей не дала накрасить. Уж больно мама ругаться часто стала на сестру за косметику. И пока я закалывала волосы, торчащие в разные стороны от влаги, не заметила знакомую фигуру за спиной. А ведь стоило бы.
— Привет, ромашка! — Послышался радостный голос Соболева. Иногда мне даже казалось, что я узнаю его из тысячи. Резко обернулась и замерла. Лицо Кирилла загорело и стало смуглым, плечи еще больше расширились, да и ростом кажется, одноклассник стал выше. Белая майка облегала спортивные руки и подтянутую грудь, а темные джинсы обтягивали жилистые ноги. Прическа чуть изменилась: виски выбриты, а с одной стороны вообще какой-то узор появился, похожий на музыкальную ноту. Челка падала на лоб, слегка закрывая изумрудные глаза. Не могу не отметить, что Кирилл с каждым годом хорошел.