Остаться до рассвета (СИ)

Девушка облизала отчего-то пересохшие губы, совершенно не замечая, как реагирует на это новоиспечённый муж.
— Буду рада принять вас, господин Вейсдгар, — выговорила она.
— Лорд Вейсдгар, если уж официально, — с небрежной улыбкой поправил юноша. — Но для семьи — просто Арви. Точно не помешаю? Всё же вы только-только поженились и наверняка желаете как можно больше времени проводить наедине. Мне как-то неловко, Бьордхард, я могу в гостиницу, к своим парням…
— Ни в коем случае! Твои комнаты на третьем этаже уже готовы, ты нас нисколько не стеснишь, правда, дорогая?
«Лорд!», — пронеслось в голове Виррис. «У Зоратта сестра, вышедшая замуж за аристократа?»
— Правда, — вслух подтвердила девушка. — Вы нисколько не стесните Бьо…нас. И мне будет…приятно поближе познакомиться с роднёй мужа. Признаться, я о его семье ничего не знаю.
— О, благодарю вас, тётушка Виррис! Обещаю, я обременю вас собой ненадолго: максимум через пару недель мне необходимо вернуться на родину. А с семьёй мы вас с удовольствием познакомим заочно, правда, Бьордхард?
Муж Виррис ответил кривоватой ухмылкой.
— Поедем домой? — негромко спросил он.
Новобрачная растерянно кивнула.
Глава 4.
Газетчиков и художников возле здания Ратуши не наблюдалось: господин директор уладил этот вопрос заблаговременно, скромную заметку о бракосочетании должны были поместить в два издания позже. Если гости и удивились отсутствию прессы, то вида не подали.
Виррис не помнила, как во главе свадебной вереницы экипажей ехала в новый, пусть и временный, дом. Не обратила внимания, в какую из карет усаживал её Бьорд, отметила только с долей удивления, что лунноволосый юноша Арви с посадкой в салон замешкался: лошади шарахнулись от него, так что вознице пришлось приложить усилия, чтобы успокоить животных. Не видела сидящего напротив мужа: мыслями унеслась далеко-далеко. Насколько радостные и улыбчивые лица гостей окружали её, насколько замечательные и, не исключено, что самые искренние слова звучали в их адрес, даже пожелания долгой счастливой жизни от госпожи Каннелии, знающей о роли Виррис в истории с запертым даром Элге, настолько паршиво было на душе невесты, теперь уже жены. Из царства невесёлых дум её выдернуло осторожное прикосновение к руке: Бьорд оповестил, что они приехали, и девушка сдвинула в сторону шторку на окошке.
Директор обитал недалеко от своей Школы: в центре Леавора располагалось несколько десятков дорогих особняков, один из которых принадлежал её мужу. Вир смотрела на величественное, с налётом мрачности дымчато-серое здание в три этажа, окружённое небольшим садиком, и не представляла себя в этих стенах. Створки ворот приветливо распахнулись, пропуская новую хозяйку, и лошади бодро процокали по расчищенной дорожке к самому крыльцу. На верхней ступеньке лестницы топтались слуги, с любопытством вытягивая шеи — невесту хозяина до сего дня никто не видел. Возглавлял штат долговязый мужчина средних лет, с узким лицом и сильной проседью в густых чёрных волосах.
— Это Берг, мой дворецкий, незаменимый во всех домашних делах, — тихонько пояснил Бьорд.
Он подставил девушке локоть и медленно повёл в дом, а под ноги им ложились белые лепестки, задевая подол платья и мыски обуви. Красиво.
А потом на них полился серебристый мерцающий свет, и Виррис удивлённо подняла глаза. Нет, не свет, снежинки. Крупные, хрустальные и переливающиеся, они наполнили воздух тихим звоном, в котором угадывалась нежная мелодия. Драгоценной россыпью они оседали в волосах, на плечах, касались лица Виррис, и она не ощутила холода и влаги, наоборот, этот мерцающий белый снег согрел её вспыхнувшим лучиком радости. Девушка покосилась на Бьорда, поймала его беглую понимающую улыбку, и быстро обернулась. Лорд Вейсдгар медленно шагал следом, держа открытые ладони перед собой, и озорно улыбался молодожёнам, а снежинки всё сыпались и сыпались, лёгкие, завораживающие.
— Лорд Вейсдгар тоже маг? — спросила Виррис у мужа.
Тот кивнул, подставляя ладонь падающим звёздочкам, они садились на пальцы и не таяли.
 
— Арви стихийник, вода и лёд, — пояснил Зоратт не без гордости.
— Сын вашей сестры?
— У меня нет сестры, — весело ответил муж.
Виррис приподняла платье, поднимаясь по ступеням.
…Лорд? Лорд Вейсдгар? Почему тогда Бьорд не пользуется этой приставкой? Почему он — Зоратт?..
Снежинки с ладони её мужа целёхонькими посыпались на землю.
Слуги принарядились по случаю свадьбы хозяина, а саму Виррис приняли так радушно, что она растерялась. И их поздравления в адрес Бьорда, такие безыскусные, простые, но искренние, на несколько мгновений тронули и её сердце. Вот этого поборника законности, свидетеля её позора и унижения, в доме, похоже, любят. Кругленькая как ватрушка женщина в белом передничке поверх тёмно-серого платья, с цветком в подколотых волосах улыбалась хозяину материнской улыбкой и смахивала набегающие слёзы. Дворецкий Берг держался солиднее, но в глазах сквозила теплота. Племянник прислуге едва кивнул и небрежно сбросил на руки подскочившему лакею тонкое пальто.
Бьорд обратился к собравшимся, с просьбой дать им с женой несколько минут, прежде чем они возглавят маленькое торжество, и увлёк девушку в коридор, к подножию деревянной лестницы. Гостей проводили в украшенный зал с накрытым столом.
— Я покажу вам дом, некоторые его помещения, чтобы вы уже сейчас могли хоть немного ориентироваться.
И быстро провёл по этажу, объяснив, где находятся те или иные комнаты, потом повёл на второй этаж, где показал спальни: её и свою. Двери располагались напротив.
— Ваши вещи уже здесь, большую часть разобрала ваша горничная, а какие-то оставили нетронутыми как очень личные.
— Благодарю, — сухо отозвалась Виррис, стоя на пороге своей новой спальни. — Могу я, в таком случае, попросить несколько минут, чтобы привести себя в порядок?
— Разумеется, — улыбнулся муж. — Горничная сейчас явится и поможет вам. Я подожду вас здесь.
Он указал на открытую маленькую библиотеку, без дверей, огороженную перилами. Возле высоких книжных шкафов с открытыми полками располагались кресла и небольшой столик.
Девушка, скупо кивнув, переступила порог своей новой комнаты. Несколько минут передышки в этом спектакле, именуемом свадьбой, несказанно её обрадовали. Не дожидаясь горничную, сняла с головы ненужную теперь вуаль и поискала взглядом, куда бы её пристроить. Спальня была очень просторной, просто огромной — она давно отвыкла от таких помещений, выдержанной в светлых тонах с вкраплениями малинового и цвета шоколада — необычное для женских покоев сочетание, но, если смотреть беспристрастно и объективно, выглядело благородно. Виррис шевельнула пальцами, призывая магию, и повела ладонью вдоль мебели и стен: судя по всему, интерьер сменили совсем недавно. Получается, специально для неё.
Осматривая дом, Вир не могла не отметить преобладание тёмных цветов в интерьере, и удивилась такому выбору. Предпочтения Зоратта или его бывшей супруги, она ведь тоже когда-то жила здесь? Коридоры и комнаты к их странному, совместно-несовместному празднику всё же украсили, хотя убранство мало спасало общую мрачность коридоров и лестниц: тёмное дерево, тёмные стены с узорами цвета состаренного золота, тёмное обрамление светильников. Виррис любила воздух и свет. Жилище Зоратта оказалось достаточно просторным, но вот света в нём не было совсем, не считая её комнат, и эти таящиеся по углам тени будили тягостное чувство. «Поменяю», — решила Виррис. «Если его разрешение ещё в силе — поменяю».
В комнаты вошла девушка в таком же белом фартучке поверх платья, с веточкой живых цветов, приколотой к воротничку, поклонилась новой хозяйке; Виррис сунула ей в руки вуаль и пошла осматривать помещения дальше. Два широких окна напротив двери, справа от входа гардеробная от стены до стены, изящная кровать с высокой спинкой, украшенная резными столбиками и балдахином, пара кресел рядом, прикроватные столики в один уровень, напротив — ширма и рядом с ней туалетный столик с большим трёхстворчатым зеркалом. Между столиком и дверью невысокий стеллаж с книгами. Картины на стенах. Письменный стол-бюро в простенке между окнами, у левой стены — каминная полка и огороженный решёткой очаг, сейчас незажжённый. Одна только спальня размерами выходила больше, чем весь второй этаж в их с Элге домике. Две двери справа от камина. И всюду цветы. Элге любила весенние первоцветы и фрезии, тогда как Виррис предпочитала холодные надменные… Орхидеи. Белые, тёмно-фиолетовые с золотыми прожилками — её новая спальня утопала в этих цветах. Вот как он узнал, этот невозможный человек, неужели сестра проболталась?