Кот Тихон возвращается домой

– А вот мне совсем не смешно, – подала голос Марыся. – Когда этот паук ко мне приблизился, я чуть не умерла от страха.
– С пауками всё просто, – размышлял вслух Тихон, – они появлялись в нашем музее. Как и мыши, они боятся сильных запахов: каштана, петрушки, аниса, апельсина, чеснока, не важно…
– Только мы забыли запастись каштанами перед плаванием, – перебила его Нора.
– А ещё они панически боятся яркого света обычной лампочки и воды! – продолжал Тихон.
– Хорошо, с этими разобрались, а с остальными что делать? Мы даже не знаем, сколько их и какого они вида. Тихо, кто-то идёт, – шепнула Нора.
– Привет, туристы! Проголодались? Вот, давайте, налетайте. Ну что вы такие кислые? Ну, подумаешь, вас захватили пираты!
На пороге трюма появился то ли кролик, то ли заяц. Бодрый и весёлый. Он затащил воду, еду.
– Ну чего вы? – скакал по трюму то ли кролик, то ли заяц. – Не то принёс? Ну, простите. Я ж не знаю, кто что ест. Не разобрался пока. Вот, притащил всего разного. Ой, какой же я осёл! Вы же связаны! Гоша постарался? Да уж, он может. Ну сколько раз ему говорил, чтобы сильно не мотал свои узлы. Ой, я вам сейчас страшный секрет открою. Наш Гоша на самом деле любит плести макраме. Ну, это такое творчество. Из ниток всякие узоры выплетает. Вот, видите сумку? Это Гоша сплёл. Правда, суперсумка? А ещё из бисера плетёт браслеты, кольца, ожерелья. Вообще, с ума сойти. Я ему сто раз говорил, что пора бросать это пиратское дело. Вернулся бы к нормальной жизни, плёл бы браслеты и сумки, прославился. Стал бы этим… модельером… что ли… А я бы по подиуму вышагивал с его сумками и браслетами. Говорят, что сейчас в модели берут даже не идеальных зверей. Я с ума схожу от Глории! Все её показы смотрел. Она выходит на подиум, и все падают от восторга. У неё такая харизма! Как? Вы не знаете, кто такая Глория? Она великая крольчиха – модель. Мой кумир! Переболела стригущим лишаем, и теперь у неё по всему телу проплешины. Новая шерсть не отрастает. Но она звезда! Может, и меня возьмут, а? Как думаете? Ну, нет у меня одного глаза, и что? Всё прошу, чтобы Гоша сплёл для меня накладку на глаз, как у настоящего пирата. Только модную, расшитую бисером. Да, я не представился. Меня зовут Косой. Ну, как зайца, только я кролик, а не заяц. В питомнике думали, что я стану миниатюрным кроликом, а я вырос до размеров зайца. Да ещё слепой на один глаз. Это тоже с рождения. Вот меня и изгнали. Хочу себе псевдоним придумать для подиума. Хью или Джек, может, Аполлон. Аполлон звучит, правда? Так, что-то я разболтался, а вы всё ещё голодные. Гоша! Гоша! Ну распусти ты свои путы, наконец!
– Что ты кричишь на весь корабль? Если Зена тебя услышит… – в трюме появился Гоша. – И я сто раз просил при пленниках называть меня Брюсом, а не Гошей!
– Прости, дорогой, я опять забыл. Давай, распусти свои узлы. Они прекрасные, просто удивительные. Не перестаю восхищаться твоим талантом. Ты просто мастер. Такие изящные путы. Сам готов в них попасть и выйти на подиум. Вот этот узел просто шедевр. Ты сделал его в новом стиле, я не ошибаюсь? Невероятно, я просто в восторге.
– Да, сделал узел с изнаночной стороны, – паук показал на петлю на лапах Тихона.
– Ты превзошёл сам себя! Сплети мне костюм из таких узлов! – воскликнул Косой. – И повязку на глаз! Ты мне обещал!
– Хорошо, сплету, – паук был смущён потоком комплиментов.
– Гоша, ты гений, не перестану тебе это повторять! – Косой прыгал вокруг паука.
Гоша распустил узлы, а кролик поставил миски с едой поближе, чтобы пленникам было удобнее.
 
– Что тут происходит? – на пороге вдруг возник Сапсан.
– Ничего не происходит, – ответил поспешно Косой. – Гоша показывал мне новые узлы. Можешь не переживать: от узлов в Гошином исполнении невозможно избавиться, как ни пытайся.
– Зена объявила общий сбор команды. Быстро! – объявил строго Сапсан.
– Да, бежим, бежим, – ответил Косой.
Нора, Тихон, Вениамин и Марыся за это время не произнесли ни звука. Все пребывали в лёгком шоке.
– И что это было? – первой очнулась Нора.
– Ну, теперь мы знаем, что Косой мечтает стать моделью, Гоша плетёт макраме и браслеты, и они дружат. Косой не знал про распоряжение Зены не кормить нас ужином, так что предлагаю для начала просто поесть, – ответил Тихон. – Дурдом какой-то. Ещё один пират – милый кролик без глаза. А страшный Гоша увлечён бисероплетением, как выяснилось. Он мне освободил две передние лапы.
– У меня свободны правая задняя и обе передние, – заметил Веня.
– А меня всю распутал, – сказала Марыся.
– Нора? Как ты? – спросил Тихон.
– Меня не успел, – призналась та.
– Сейчас, потерпи, – Марыся подбежала к миске с едой и начала толкать её к Норе.
Тихон и Веня помогали как могли. Потом Тихон кормил и поил Нору из своих лап.
– Мы всё ещё не знаем про всех остальных пиратов. Нам нужен план, который сработает, – сказала Нора.
– Да, ты права, – признал Тихон.
– Я волнуюсь за Бублика и Владимира Семёновича, – Марыся опять хлюпнула носом. – Им удалось ведь сбежать? Правда? Они в безопасности? Бублик ещё совсем маленький…
– «Белка». Идёт как-то странно, – заметил вдруг Веня, прислушиваясь к звукам. – Что-то случилось с мотором. Они её слишком быстро разогнали. Баржа не выдерживает такой скорости. Если они угробят мою «Белочку», никогда им этого не прощу.
– Сейчас мы всё равно бессильны что-либо сделать. Давайте поспим. Нам всем нужен отдых. Марыся, вернись в свой угол. Пусть они думают, что ты связана. Веня, оберни вокруг лап верёвки, – сказал Тихон.
Ночью его мучили кошмары. То на него спускался паук, то набрасывался сокол. Он проснулся от громкого крика.
– Сони-засони! Просыпайтесь! Завтрак! – посередине трюма стоял Косой и стучал лапой по полу. – Подъём, подъём! Надо подкрепиться! Завтрак сам себя не съест! Ну, смотрите, какую я вам вкуснотищу принёс! О, как вам моя новая повязка на глаз? Гоша гений, правда? Сшил за ночь! Мне так нравится форма. Очень модно. И сидит идеально. Ну что вы такие квёлые? Давайте, надо поесть и отправляться на работу. Если прилетит Сапсан и опять начнёт строить из себя злобного начальника, я не выдержу. Он такой… нарцисс… Только собой и любуется. Что опять не так? Гоша! Ты забыл распутать эту прекрасную кошку! Стоп. Подождите. Я вас знаю. Боже, скажите, что это не вы, иначе я себя никогда не прощу. Нора?! Вы та самая прекрасная Нора из Театра зверей? Гоша, быстро её освободи! Почему ты не сделал этого ещё вчера? Я хочу взять автограф! Перед нами звезда! Это же Нора, как ты мог её не узнать? Представляешь, как на ней будет смотреться-то твоё ожерелье из бисера цвета терракоты? Оно буквально создано для неё, под цвет её глаз. О, это будет восхитительно. Нора, я ваш поклонник. Я смотрел все ваши выступления. Вы невероятны. Не откажите в просьбе: представьте ожерелье Гоши на нашем первом показе! Это станет сенсацией. Нора, здесь сама Нора. Гоша, ну что ты возишься с узлами?
– Что скажет Зена? – спросил тихо паук.
– Какая разница? Ты должен примерить на Норе своё ожерелье. То самое. Ты ведь знаешь, как важна модель для показа. Нора – идеальна. – Косой бегал по трюму, как бешеный кролик.
– Только сейчас они должны отправляться на работу. Показ – в твоих мечтах, Нора – наша пленница, а мы с тобой пока пираты, – заметил грустно Гоша. – Сейчас прилетит Сапсан, и нам всем не поздоровится. Ты же помнишь, как он держал меня над водой и хотел бросить в реку, когда я плохо затянул узлы. Если честно, я больше не хочу его злить.