Дикпиковая дама (СИ)

Пытаясь решить, с кого начать, она размышляла, включать ли в свой «расстрельный список» Гену, можно ли его считать сообщником. Определиться ей помог случай, она заехала к друзьям, чтобы попросить у Валеры байк, и они ей рассказали о неприятной ситуации в казино.
Настю буквально колотило от гнева, когда Саша зашла к ним на кухню.
— Я уже столько ромашки в нее влил, что ей скоро станет плохо, но успокаиваться она не собирается, — вздохнул Валера.
— Что случилось, Насть? — спросила она, садясь рядом.
— Потому что не ромашку надо, а водку! — кипятясь, бросила Настя мужу.
— Понял, щас будет водка! Не кипятись, Фрось! — Валера тут же кинулся к бару, наполнил жене стопку, и та опрокинула ее в себя, даже не поморщившись. — Гена — мудак, извращенец ебаный! — прошипела она.
Саша от Насти редко слышала откровенный мат и поняла, что дело серьезное.
— Что он сделал? — спросила она, хотя уже подозревала, что что-то совершенно дерьмовое.
— Наша новенькая девочка — Лиза, сегодня поделилась, что Гена приставал к ней, лапал, — Настя едва не рычала. — И выяснилось, что он ко многим девчонкам приставал. Тварь недотраханная. Они все боялись рассказать, одергивали его, насколько возможно, но некоторые позволяли… всякое, — она передернулась, вспомнив откровения в гримерке.
У Саши прошел холодок по позвоночнику, и она положила ладонь Насте на плечо.
— Я не удивлена… Гена и ко мне приставал.
— Чего? — Настя вскинулась, глядя на Сашу с неожиданной яростью. — Когда? Какого хрена ты, блядь, молчала?
— А как я об этом должна была сказать? — спросила Саша. — Привет, ребят, меня тут изнасиловали, и Гена на полном серьезе предложил добавить?
За пару секунд до этого Валера достал чашку, чтобы и Саше налить чаю. Новость произвела эффект разорвавшейся бомбы, точнее, расколотившейся вдребезги чашки.
— Чего? — в один голос спросили супруги. Правда, Настя уже буквально рычала, а голос Валеры, наоборот, прозвучал непривычно и неожиданно жалобно.
Саша тяжело вздохнула, собрала осколки чашки и достала еще одну рюмку.
— Надеюсь, за руль никому не надо, потому что под чай я это рассказывать не могу, — сказала она.
— За руль у нас только ты собиралась, мать, но придется отложить, уж не обессудь, — Валера достал третью рюмку, бутылку коньяка и пачку сыра, чтобы их сразу не развезло. — Фрось, настругай, — попросил он, наполняя рюмки.
Настя зло принялась кромсать сыр, пока Валера доставал то, что у них еще завалялось в холодильнике, что пошло бы на закуску, и, наконец, они сели и выжидающе уставились на Сашу.
— Сказала «а», говори теперь и «б», — проговорила Анна в ее голове. Саша решительно опрокинула рюмку, не дожидаясь тоста, и зажмурилась от крепости.
— Вы знаете, что меня поставили на счетчик, — сказала она. — Деньги я нашла, но вот про проценты мне сообщили постфактум. Вариантов не было, они угрожали моей семье. Они… Гена сторожил дверь, Кощей держал руки, а Либерман… трахнул меня прямо там, на своем столе в кабинете, — проглотив комок в горле, сказала Саша.
— Блядь! Блядь-блядь-блядь! — не в силах подобрать что-то более конструктивное, выругалась Настя. Она попыталась налить себе еще, но от шока, злости и бог знает чего еще руки у нее ходили ходуном.
— Ты какого хрена молчала? — забрав у нее бутылку и наполняя рюмки, тихо спросил Валера, которому проще было себе член отгрызть, чем без согласия заняться сексом. — Это же… летом еще было?
— Потому что о таком очень трудно рассказывать, даже полгода спустя, — ответила Саша, с силой потерев лицо. Она опустошила вторую рюмку и выдохнула, содрогнувшись всем телом. — Я неделями в себя приходила, думала, с ума сойду. Не отмоюсь от этой дряни и грязи…
— То, что эти мрази и уебки прикасались к тебе, не делает грязной тебя, — прошипела Настя и, тоже хлопнув еще одну рюмку, притянула Саша в свои объятья. — Мы… мы должны с этим что-то сделать!
— Идти в полицию нельзя, они ясно дали понять, что тогда пострадает моя семья, — объяснила Саша, обнимая ее и вздыхая.
 
— Значит, нужно обойтись без полиции! — довольно решительно заявила Настя. — Мне срать на их финансовые махинации, но это… Господи, мне кажется, я выцарапаю Кощею глаза, когда увижу его.
— Я думала, как можно с ними разобраться… и при этом самой не сесть, — вздохнула Саша. — Но пока толкового плана не придумала. И думала, стоит ли включать в список Гену… ведь технически он ничего мне не сделал. Но он такая же мразь, как остальные…
— Неописуемая мразь! — с отвращением в голосе подтвердила Настя.
— Может, все же стоит сказать, что кое-какие идеи и задумки у тебя есть? — предложила Саше Анна, глядя на нее с зыбкой поверхности коньяка в ее рюмке.
— Я думала, может… Гену как-нибудь припугнуть? — вздохнув, сказала Саша, поглядев на Валеру и Настю.
— Было бы неплохо, — идея Настю явно заинтересовала. — Подкараулить возле дома? Только надо выяснить, где он живет, но это несложно, нужно только добраться до компа кадровички.
— Подкараулить и что дальше? — спросила Саша.
— Девки, вы какие-то мягкотелые, честное слово, — сказал Валера. — Я вот думаю только о том, как Гене яйца отрезать.
— И сделать из них брелок! — вполне кровожадно предложила Настя.
Сказалось, конечно, количество выпитого — понемногу они все включились в процесс, генерируя идеи все более жестокой расправы для каждого, так что вечер затянулся.
И Саша осталась ночевать у них, а утром едва могла что-то вспомнить из-за совершенно ужасного похмелья. Голова болела так, что она мечтала о топоре.
— Блядский боже… — простонала она, пошатываясь и заходя на кухню.
— В общем и целом поддерживаю! — Настя отсалютовала ей огромной чашкой с кофе, второй рукой подпирая голову.
— Садись, пьянь, — хмыкнул Валера от плиты. Он явно был пободрее, сказывалась комплекция.
— Как будто я вчера одна пила, — ответила Саша. Настя придвинула к ней бутылку минералки и две таблетки нурофена для начала.
— Почему одна? — удивилась Настя. — Мне тоже хреново. Только вот эта скотина бодр и весел, — она дернула подбородком в сторону мужа.
— Опыт и вес, дамы, от этого никуда не деться, — сказал Валера, ставя чашку с кофе перед Сашей.
— Ты не устаешь меня поражать, — заметила Анна, теперь уже с темной поверхности кофе в чашке Саши. — Но мне понравились идеи, которые генерирует твой мозг под воздействием алкоголя. Как и твоих друзей.
— Даже интересно, ты тоже страдаешь от похмелья? — спросила ее Саша, сделав глоток кофе и ощущая, как потихоньку отступает головная боль.
— Разумеется, нет, — голос Анны прозвучал почти саркастично, и все же ей было жаль Сашу. — Тело ведь твое. Ох, ладно… Налей себе стакан воды. Коснись губами, но не пей, — инструктировала она по мере того, как Александра выполняла указания.
И, стоило ей коснуться поверхности воды губами, Анна вытянула в нее энергетику боли.
— Только не пей, вылей, — повторила она.
— Ты чего, Саш? — удивился Валера, когда она вылила стакан воды.
— Да с похмелья прям из-под крана налила, не подумала, — оправдалась Саша, ощущая себя гораздо лучше. — Ты так со всем можешь? — спросила она Анну.
— Боюсь, нет, — честно ответила Анна. — К примеру, я, пожалуй, могу обезболить травму, но не смогу остановить кровотечение. Ну и что-то серьезное исправить мне не под силу, вроде опухоли или чего-то такого.
— Ладно, все равно лучше, чем совсем ничего, — решила Саша. — Мне пора ехать. Я напишу, когда придумаю, как наказать Гену, идет? — предложила она Насте и Валере.
— Байк я тебе сейчас все равно не дам, — строго предупредил Валера, провожая ее до двери. — В твоем алкоголе слишком мало крови.
— Да я в курсе, я и не прошу, — рассмеялась Саша, целуя его в щеку на прощание. — Зайду за ним завтра.
А к завтрашнему дню и к ее приходу Настя, вполне воскресившая в памяти события вечера, успела выяснить адрес Гены и на всякий случай поделилась с Сашей этой информацией.