Кроль на короне (СИ)
Клея ничего не поняла, но согласна закивала в ответ.
— До Взрыва люди покупали одежду в магазинах. И делали её на специальных фабриках. Многие технологии того времени утеряны. Знаешь, тогда большая часть работ выполнялась механизмами. А люди наблюдали за ними и поправляли, то есть «отлаживали», если случались ошибки. Не знаю, остались ли ещё те, кто помнит весь процесс от создания материала до конечной формы изделия, — рассказывая это, Буруга сгущал психонергию в своих руках. — Сейчас всё иначе. Старый мир рухнул. На его руинах появился Раснас, где властвуют энергии. Вот человеческая мысль, тоже энергия. А человеческая душа — что-то вроде звёздного ядра. Она основа наших нынешних тел. Генерируемая в ней психонергия может принять любую форму, схему которой ей продиктует энергия мысли.
— Брехозуб? — Клея вспомнила, как хозяин несколько дней рассказывал ей множество историй. Часть из них — воспоминания о мире до Взрыва, остальное — о Раснасе.
— Хочешь сказать, я много болтаю? Нет, малышка, никакой брехозуб меня не кусал. Просто не могу молча смотреть на… Забудь! — Буруга едва не выронил образовавшийся в руках плотный шар. — В общем, смотри сюда, маленькая.
Держа плотный психонергический сгусток в одной руке, он начал вытягивать из него тонкую нить. Клея смотрела как, он скручивает её в искрящийся жгут и наматывает на большой валун.
— Показываю медленно, поэтапно, потому что в этом основа создания носильных вещей, — Буруга щелчком создал над камнем небольшой мираж. — Видишь, маленькая моя, сперва скручиваем прочную нить, а после создаём полотно. Правильнее говорить «плетём». Вот здесь нужно выбрать.
На мираже появилось три варианта: прямое, круговое, узелковое. Буруга выбрал первое. Теперь вариантов стало больше: полотно, сатин, атлас, ажур, сарж, жаккард… и к каждому прилагались схемы из кубиков, рисунки с продолговатыми элементами, движущиеся картинки в виде развевающейся на ветру ткани.
— Возьмём сатиновую технику, полотняная слишком простенькая. Потом сама с ней разберёшься, — Буруга вытянул схему сатина. Затем взял конец намотанного на валун жгута и как-то хитро протащил его через все «квадратики».
Она не уловила движений хозяина и просто таращилась на плоский прямоугольник, парящий над валуном. Буруга дёрнул его за нижний край, превратив в длинное полотно. Клея невольно ахнула.
— Вот так, маленькая, — хозяин погладил ладонью, получившийся у него серый кусок ткани. — А сейчас самое весёлое. Подберём фасон, расцветку и пустим наш сатинчик в работу.
На мираже стали появляться женские фигурки, одетые в различные наряды. Буруга шустро перебрал их, приговаривая «не то».
— Во! — наконец воскликнул он. — Выкройка «Пустынный странник». Как раз подойдёт для девчушки, только что вернувшейся из Диких Земель. Здесь половина чужаков такое носит, так что на тебя никто смотреть не будет.
Женская фигурка в мираже «раскрылась» новой схемой. В ней Клея ничего разобрать не смогла. Какие-то кривые и прямые линии соединились между собой, образуя различные геометрические фигуры.
Как и минутой ранее, Буруга просто подтянул к схеме край полученной ткани и протащил через выкройку. Именно так он назвал геометрическую схему.
— Готово! — хозяин предстал в серо-зелёном женском одеянии. — Извини, не умею работать с чужой психонергией. Поэтому тебе придётся повторить всё, что я только что сделал.
Клея от неожиданности издала странный звук, похожий на икоту. Весь процесс создания одежды сейчас представился ей чем-то чудовищно сложным и непонятным. А вид хозяина в явно неподходящем ему наряде лишь веселил.
— Не бойся, маленькая, я буду подсказывать, — с воодушевление Буруга приобнял Клею со спины, взяв её руки в свои. — Закрой глаза и почувствуй внутри… тёплое, нет, горячее ядро. Вот здесь в солнечном сплетении.
Он приложил обе руки Клеи к месту между животом и грудью. И в самом деле внутри нашёлся сгусток пламени, свернувшийся в комок.
— Спокойно, малышка, потяни тепло за собой, — Буруга медленно опустил её руки к низу живота и немного развёл их в стороны. — Теперь вперёд. Чувствуешь жар?
Клея не смогла ничего ответить. Она ощутила колючее покалывания в кончиках пальцев и немного испугалась. Буруга убрал её руки от живота. Теперь между телом и ладонями образовалось свободное пространство. Однако пустым оно не было. Невидимый огонь плавил воздух внутри него.
— Умничка, маленькая моя, молодец, — Буруга повернул запястья Клеи так, чтобы ладони смотрели друг на друга. — Представь, что у тебя в руках шарик, к которому прилипла паутинка. А теперь крути его. Пускай она как следует намотается. И теперь прессуй ручками, сжимай, дави, как комок земли, грязи, липкой кашицы.
Клея послушно выполнила все указания и вскоре перед ней образовался искрящийся шар из собственной психонергии. От восторга сердце в груди кримпа-девушки затрепетало.
— Получилось! — воскликнула она. — Хозяин, получилось!
— Я же говорил, ты умничка, — порадовался он за неё. — Только не останавливайся. Давай, скрутим жгутик…
Сколько времени прошло на создание одежды Клея не считала. Но когда созданный наряд наконец-то скрыл её наготу, вокруг воцарились сумерки, а тело стало ломить от усталости.
— Держи маску зайчика, — Буруга протянул серебристый предмет и помог закрепить его на лице Клеи. — Теперь, маленькая моя, никто в тебе не разглядит обличье Клементии. А со временем, вдали от старой хозяйки, твоя мордашка изменится. Обязательно изменится!
— Спасибо, хозяин, — от радости Клея начала скакать на месте и вдруг остановилась. — Ой! Что-то там… Ой-ой!
Она обеими руками схватила себя сзади. Одежда давила на хвост, и он начинал неприятно пульсировать.
— Что там? — встревожился Буруга. — Покажи, где?
Он развернул Клею и уставился в то место, за которое она держалась. Потом потёр его рукой, отчего ей стало совсем дискомфортно.
— Прости, маленькая, про хвост-то я забыл. Что же делать? — Буруга тихонько погладил Клею по заднице, стараясь не сильно давить на выпирающей под одеждой хвост. — Хоть он и крохотный, но выкройка на него не рассчитана. Сильно давит?
Клея кивнула. Сейчас она старалась меньше активничать, потому что лишние движения сразу откликались болью в придавленном хвосте.
— Придётся навестить Тороса. Может у него найдутся знакомые ткачи или кто-то похожий. Я такую проблему вряд ли решу, — на лице Буруги не осталось и следа недавней радости. — Идти сможешь, маленькая? Хотя какое тут «идти». Давай, понесу тебя.
Он махом закинул Клею на плечо «хвостом» вверх и побежал. Она не смотрела на дорогу и не пыталась её запомнить. Её мысли крутились вокруг того, чтобы не свалиться на бегу. Даже болезненные ощущения ушли на задний план. Клея немного успокоилась, когда вокруг замелькали каменные стены зданий. Вот и конец пути.
— Торос! Это Буруга! Младилен Буруга! Знаю, поздно, но дело срочное! Открой! Впусти нас! — протараторил хозяин, стуча в маленькую боковую дверь в узком проулке.
— Млад, какого ирода ты так ломишься? Я уже закрылся… — в окошке сверху появилось недовольное лицо оценщика.
— Некогда объяснять, — перебил его Буруга, похлопывая при этом задницу Клеи. — Потерпи, маленькая, сейчас всё исправим.
— Хорошо, не шуми только, — буркнул Торос и сразу раздался щелчок запорного механизма. Дверь открылась. Буруга рванул в темноту коридора и, оступившись, едва не грохнулся вместе с ценной ношей на плече.
— Осторожней, хозяин, — посетовал Клея, затылком ощутив высоту дверного проёма и крепость ступеней, ведущих на второй этаж.
— Ну, где вы там? — зевая выдал оценщик, сверху подсветив коридор из приоткрытой двери. — Поднимайтесь!
— Спасибо Торос! — с жаром выпалил Буруга, как только вся честная компания оказалась в уютной комнате, являвшейся спальней Тороса.
— «Спасибой» не отделаешься, — вяло отмахнулся тот. — Ну, что там у тебя опять приключилось? С ифрэнкой ничего не вышло, так?