Игры Бездушных. Живая улика (СИ)

Лицо Дмитрия на мгновение искажается то ли непониманием, то ли страхом. «Нет, Скиф, твоё разыгравшееся воображение играет с тобой в злую шутку. Данной вампирской особи не свойственно испытывать ничего кроме пугающей немой ярости, ему не свойственно щадить, будь в этом уверена, Анна, и никогда об этом не забывай.» Наконец опускаю взгляд и направляю его себе пряма под ноги.
— Думаю, ответ очевиден. Нет смысла больше за ней гоняться и пытаться вернуть её себе, Багира — просто оставь низкосортную в покое, — с торжественными нотками констатирует Барс, разворачивается ко мне, подходит и увлекает за собой обхватив одной рукой за талию. А я не дышу, покорно следую за Барсом, и каждой клеткой своего тела чувствую, сейчас что-то страшное да случится. Невольно оглядываюсь назад, но ничего не происходит.
Дмитрий остался стоять на том же месте, просверливая меня своим пугающим, тяжёлым взглядом, игнорируя все попытки Роксаны сдвинуть его с места.
Мы вскоре оказались на лестничном пролёте, и я наконец выдохнула, убедившись в том, что Багира за нами не пошёл. Ноги стали ватными, в теле ощущалась сильная слабость от перенапряжения. Чёрт! Это было чертовски тяжело и страшно, мать вашу, очень страшно…
Мы наконец вернулись с Виктором в ложе, и мне захотелось тут же сесть на стул, что я, впрочем, и сделала: плюхнулась на стул с такой усталостью, слабостью в ногах и с сухостью в горле. В голове была просто полная каша, шею почему-то вновь сильно жгло. А я невольно и с опаской направила свой взгляд туда, где ещё мгновениями ранее сидел сам Багира и молила Богов, чтобы он не возвращался на своё место.
— Умница, низкосортная, я не сомневался в твоём выборе, — наконец соизволил обратиться ко мне Барс, но его слова донеслись до меня каким-то отдалённым эхом.
Я продолжала сидеть, уставившись перед собой и молить, молить о желанном, молить о том, чтобы больше не увидеть Дмитрия, ни в противоположной ложе ни, возможно, когда-либо ещё в своей жизни.
Время шло, вот уже и оркестр заиграл, и второй акт вскоре начался, а Багира всё не появлялся. Уровень вновь нарастающего напряжения постепенно начал сходить на нет, и в глубине моего сознания уже во всю селилась надежда. Возможно, Багира всё-таки понял и принял своё поражение? Возможно, он наконец решил оставить меня в покое? Дай Боже, чтобы и Роксана этому хоть сколько поспособствовала.
— Эй, ты в курсе, что второй акт уже начался? — вырвал меня из раздумий возмущённый голос Барса. — Пропустишь всё самое интересное.
С каких это пор Виктора начало волновать увлечена ли я оперой или нет? Наконец, оторвавшись от противоположной ложи я направила свой взгляд на сцену, но так и не смогла вникнуть в суть происходящего на сцене, поскольку мысли мои вновь начали уноситься за пределы настоящего: и что же теперь со мной будет? Оставит ли Виктор меня себе или всё-таки решит в итоге отдать Константину? Что ещё я могу предпринять для пущего убеждения всё-таки не отдавать меня никому?
Слегка повернула голову в сторону Барса, попыталась вновь его просканировать, мысленно воззвав к кровной связи, и каким-то седьмым чутьём мне удалось на секунду уловить настроение бездушного. Оно уже не отдавало таким арктическим холодом и отчуждённостью. Пожалуй, можно было бы сказать, по ощущениям бездушный был даже относительно доволен, только вот чем?
Чёрт! Сдавил неприятный спазм в районе паха. Я только сейчас поняла, насколько сильно я всё это время, включая и саму встречу с Багирой, хотела в туалет, поскольку низ живота буквально уже распирало от переполненного мочевого пузыря и сейчас, когда я находилась в относительной безопасности, мне просто катастрофически сильно захотелось его опустошить.
Не спрашивая разрешения у Виктора, резко поднялась со стула, чем удивила и близ сидящих бездушных, и уже было хотела рвануть с места, как Виктор тут же схватил меня за руку.
— Ты куда направилась? — сухо спросил бездушный и сжал запястье до боли.
— Мне что, для того, чтобы сходить поссать, в очередной раз предупреждать кого-то надо? — с такой нетерпеливой злостью прошипела в ответ, так как готова была в любой момент справить свои нужды прямо на месте. — Женская уборная находится рядом с нашей ложей, далеко ходить не надо, — попыталась вырвать запястье из руки Виктора. — Да пусти уже, Барс, я не шучу, так и знай, заставлю тебя почувствовать себя крайне неловко перед твоими сородичами, когда сделаю это прямо здесь.
— Пошла вон, — скривил наконец от брезгливости лицо бездушный. — Только без глупостей, низкосортная. Сразу возвращаешься сюда после того, как справишь все свои дела, усекла? — почти угрожающе добавил.
— Мне только и остаётся как просто усечь, — прыснула напоследок и я наконец метнулась к двери, чуть вновь по пути не подвернув ногу. «Да чтоб их, эти туфли!»
Буквально в несколько шагов преодолела небольшое расстояние до женской уборной и быстро зашла вовнутрь. Чисто, красиво и настолько, казалось, стерильно. Метнулась в одну из кабинок, припустила трусики, присела и поскорее справилась с природными нуждами, тотчас почувствовав блаженное расслабление внизу живота. Вышла из кабинки совсем новым человеком и даже настроение чуточку поднялось. Подошла к белоснежным безукоризненным раковинам, вымыла руки и подняла взгляд.
Едва уловимо улыбнулась своему довольно изящному образу. Должна признать, бездушная постаралась на славу. Пусть даже Барс и видит под тонной, как он изъяснился, косметики третьесортность, однако чужие взгляды, блуждающие по моему образу говорят о том, что я являюсь чем-то более интересным и достойным, чем третьесортная простушка.
Надменно вскидываю голову, и мой взгляд невольно опускается к печати на шее. Тотчас замечаю, что кожа в районе второго бледного рисунка, который, по сути, гласит о моей принадлежности Багире, явно покраснела и немного воспалилась, а сам рисунок стал ещё более бледным.
Что это? Неужели я права? Багира принял поражение и наконец отступил?
Внимательнее присмотрелась к орнаменту и заметила, что значительная его часть и правда потеряла очертания. Настроение с неимоверной скоростью взметнулось вверх, разрешив гормону счастья буквально овладеть моим разумом. Вот оно счастье, вот она моя первая победа над моим мучителем, преследователем. Пусть хоть в усмерть теперь устрелиться, но более я не его игрушка.
Разворачиваюсь и резво подхожу к двери, но резко у самой двери останавливаюсь.
Ладонь замирает в нескольких сантиметрах от дверной ручки. А меня в этот момент омывает волной такого всепоглощающего страха, что я словно скульптурное изваяние замираю на месте, вновь забывая как дышать. К затылку подбирается уже знакомый холод. «Нет, только не он! Только не Багира! Пусть это будет всего лишь минутным наваждением.»
Секунда-две, и я волей-неволей выхожу из оцепенения. Обхватываю своей теперь уже трясущейся рукой дверную ручку и медленно тяну на себя дверь.
Кто бы ещё сомневался! Багира, мать его! Это он! Словно вестник смерти, объявившийся на пороге, хотя какой там вестник, он и есть сама Смерть, разрушающая, до костей и разума поглощающая Смерть.
Мысленно вновь вывожу себя из секундного оцепенения и цепляюсь за мизерную соломинку, собственно, да, как утопающий. Резко пытаюсь захлопнуть дверь перед самым носом бездушного, но тут же претерпеваю поражение…
========== Глава 23 ==========
Нога Дмитрия молниеносно быстро оказывается на пороге, а в следующую секунду он уже пинает дверь, да так, что дверь буквально не слетает с петель, а я резко отскакиваю назад едва не теряя равновесие.
— Я буду кричать, — предупреждаю Багиру, выставляя перед собой руки. Сердце вот вот готово вырваться наружу. — И… и Виктор, он быстро почувствует опасность и явится за мной, — невольно начинаю пятиться назад.
Саркастическая ухмылка заметно касается уголков губ бездушного, хотя, в глазах Багиры читается всё та же тьма, тяжёлая, ничего хорошего не сулящая. А напряжённая поза хищника гласит о решительном намеринии в любой момент прыгнуть на добычу, то есть меня.