Неукротимый босс (СИ)

— Придумай, как научиться двери закрывать!
У меня сейчас пар из ушей от возмущения повалит! А ему хоть бы хны!
— Одно удивляет. Если ты замок не можешь проверить, как ты так смог втишняк букет протащить, чтоб никто не увидел? Он же огромный!
Лицо Камиля на глазах меняется.
— Какой букет? — уточняет настороженно.
— Который на столе у меня лежит!
Я осекаюсь, понимая, что Камиль видимо не при делах.
— Не от тебя цветы, — заключаю упадническим голосом. Класс! А я уж губу раскатала!
— В этот раз, — ударяет интонацией и складывает руки на груди, — не от меня.
— Ясно.
— А ты уже от всех подряд цветы принимаешь?! Прикольно!
— Я думала, они от тебя. Но даже если нет. Мне выкинуть их, что ли?
Я сама не знаю ответа на этот вопрос. Очень горько признаваться самой себе, но мне цветы больше ни от кого не нужны… и это открытие потрясает. А не заигралась ли я?
— ДА! АЛИНА! ДА! ВЫКИНУТЬ!!! — неожиданно Камиль выходит из себя и повышает голос. Я раньше такого не видела. Впервые он позволяет себе перейти на крик.
— До завтра, — поправляю юбку, убеждаясь, что шов на месте, и приглаживаю волосы, — Камиль Абдулаевич.
— Это кто-то из посетителей?!
— Понятия не имею.
Тихонько прикрываю дверь, не дожидаясь, пока Камиль ответит на прощание. На душе кошки скребут. Я должна радоваться. Разве не этого я хотела, когда допустила его до себя? Просто немного отвлечься. Легкая, ни к чему не обязывающая связь не должна приносить столько сожалений и горечи. Но отчего-то я чувствую именно их…
  
Глава 16
 
Мысли только о нем. На душе кошки скребут. Как-то так глупо получилось. Ссора на пустом месте…
Мужчина за весь день не позвонил ни разу. Такого уже давно не было. Он всегда набирал вечером. Могла ли я ответить или нет — уже другой вопрос. Да и на работе периодически мы успевали обмениваться шутливыми смс. А тут… непривычная тишина. И, что самое ужасное, это режет по живому. Я неосознанно жду от Камиля хоть весточку, постоянно поглядывая на телефон, но… экран не радует приятными уведомлениями.
Руки чешутся набрать его номер, но… что я скажу? Он ведь сам вспылил! Я цветов от других не просила, даже не принимала! Мне просто принесли их в кабинет, который я днём почти всегда оставляю открытым. Я ничего предосудительного не сделала! Чем можно объяснить эту эмоциональную вспышку, я так и не поняла.
Когда я после вчерашнего недоразумения вышла из кабинета Камиля и спустилась вниз, меня перехватила Света и с бледным лицом сообщила, что меня искал один из посетителей. А перед тем была доставка цветов на мое имя. Меня не смогли найти и просто отнесли букет в кабинет.
Я между делом бросила короткое оправдание своего отсутствия: мол, проверяла два новых зала, на что Света сказала, что заглядывала и меня там не нашла.
— Значит, плохо искала. И не нужно принимать за меня цветы, мало ли, что я потом должна буду?!
Я бы и не подумала оправдываться, но девушка застала Камиля за таким занятием… что мне сразу захотелось создать себе хоть какое-то алиби.
— Мам! — малыш зовёт меня и лепечет что-то на своём неразборчивом детском языке.
Он только недавно начал говорить новые слова. Больше молчал.
— Что, мой хороший?
Артём тычет пальчиком в сторону и показывает, что ручка на кухонном гарнитуре съехала в сторону. Резьбу, что ли, сорвало? Надо как-то закрутить обратно… ненавижу всю эту мужскую работу. Я вообще не понимаю, как женщина может вбивать сама гвозди, собирать мебель, полки приделывать. Блин, мне даже лампочку самой стремно менять. Но… а как иначе? Больше ж некому.
Артём воодушевленно крутит наполовину отлетевшую ручку. А я глажу его по голове, борясь с желанием затискать малыша. Неожиданно оживает мой мобильный, а Тёма, громко пища, указывает на источник шума.
Свирепо полосую экран недовольным взглядом. И сердце замирает.
Камиль!!!
— Алло, — стараюсь говорить ровно, но волнение одерживает верх, и я даже не дышу в трубку.
— Не спите ещё?
Когда Камиль интересуется, как дела, чем я занята или что-то в таком роде, он частенько имеет в виду нас с Артёмом.
 
— Нет ещё.
— Прекрасно. Я к вам еду. Впустишь?
Аж дыхание перехватывает! Как будто у меня есть выбор…
— Ты ведь знаешь, я не очень это люблю, — начинаю уклончиво.
Конечно, знает. Камиль очень хорошо знает, что я домой никого не вожу. Он был у меня лишь однажды. В тот день, когда я обрабатывала его раны.
— Да я минут на пятнадцать. Надолго не отвлеку, — в трубке провисает напряженное молчание. Ненавижу, когда на меня давят. — Я сегодня улетаю в Штаты. Дня на три-четыре. У меня ночной рейс. Поэтому увидимся ещё нескоро.
Три дня… по сути, это разговор ни о чем. Но я как представлю, что он выпадет из моей жизни аж на половину недели! И сразу становится не по себе. Когда он успел занять такое прочное место в моих мыслях?! И как?! Вот как ему это удалось?
— Если уже собирались ложиться, то я, конечно, всё понимаю. Но хотел бы увидеться. И… извиниться.
Последнее слово он произнёс с заминкой. И очень напряжённо. Как будто осторожничает. Неуверенный Камиль — это что-то новенькое.
У меня щемит в груди. Если я в ответ на его шаг к сближению тоже немножко уступлю, с меня ведь не упадёт?
— Ну так что?
— Нет, ещё не собираемся. Ты можешь заехать.
— Тогда ждите.
И кладёт трубку.
Вот что меня каждый раз умиляет, так это то, что Камиль всегда Артёма имеет в виду. Хотя виделись они на моей памяти раза три, общаясь вскользь.
Через обещанные пятнадцать минут раздался долгожданный звонок в дверь.
— Привет, ребятня.
Сначала в коридор протиснулся букет. Затем Камиль.
Артёмка заметно воодушевился, завидев шелковистые создания, и зачарованно протянул ручки.
А я смотрю на мужчину, не в силах отвести взгляд. Уверена, я все правильно понимаю.
— Это тебе, — протягивает букет. Слишком напряжённо. Думает, что я не возьму. Потому что он был слишком резок. И в этом он, несомненно, прав…
— Спасибо. Красивый, — замечаю между делом. Но до цветов не дотрагиваюсь. — Пойдём на кухню.
Тёмку аккуратно, но настойчиво увлекаю за собой, и он тянется к ящикам с кастрюлями.
Камиль держится немного отстранённо от меня. Кладёт цветы на стол и переключает внимание на Артёма.
Присаживается на корточки и зовёт его по имени, в ответ на что Артём начинает жаться к моим ногам и прятать лицо. Он так со всеми. Первые пять минут, а потом дело идёт повеселее.
— А я и тебе кое-что привёз.
Выходит в прихожую и возвращается с небольшим металлическим самолетиком. Внизу спрятан механизм, который Камиль быстро прокручивает, и самолёт начинает медленно крутиться, а кухня наполняется спокойной мелодией. Похоже на колыбельную. Что-то типа музыкальной шкатулки.
Глаза Артёма мгновенно загораются, и он, неуверенно косясь на Камиля, протягивает ручки и касается пальчиками чудо-техники.
Забирает себе и усаживается на пол, не отрываясь наблюдая за необычным предметом.
А Камиль приподнимается и заглядывает в мои глаза.
— Мне захотелось ему тоже что-нибудь привезти. И… я только сегодня подумал… не знаю, что ему нравится.
— Ты не обязан знать, но, кажется, угадал. Сын в восторге. Кофе будешь? — старательно меняю тему разговора. — У меня корица есть.
— Алин, — я оказываюсь в нежном плену крепких рук, — ты не злись на меня. Я не хотел тебя обидеть. Просто мне бы хотелось, чтобы знаки внимания ты принимала только от меня. А этот гребаный букет реально меня выбесил.
— А мне бы хотелось, чтобы ты сдерживался, а не орал на меня. Даже если есть причина!
Ну обидно же, блин! Зачем вымещать недовольство на мне?!
— Извини, ладно? Я иногда бываю вспыльчив.
Смотрит на меня нежно. С восхищением. А мне так хочется подольше побыть в его объятиях. Да что уж там. Хотя бы одну полноценную ночь провести вместе.