Самый эльфийский поцелуй

Например, из-за бриллиантов. Я не большой специалист по драгоценным камням, но уверена, что стоят они дорого. Отравил элву, получил сокровища.
Чем не повод?
Я замерла посреди комнаты, кусая губы от досады.
– И где эта Нэнна?
Служанка так и не вернулась.
Всё еще ищет конфеты? Или уже на полпути к границе?
«Ох, Катька, дура ты. Надо было нажать на служанку и всё у неё выведать, а ты поверила!»
От бессилия я даже ногой топнула.
Жаль, это не помогло.
«Как же всё сложно!»
А может, виной тому смазливый ректор, с которым Катриэль связывает довольно интересная история? В один прекрасный момент Артэо решил отомстить Катриэль за позорный отказ. Взял и убил вредную элву, которая к тому же чем-то его шантажировала. Узнать бы еще чем.
Кроме того, Артэо не только ректор, а еще и элв, то есть эльф. He стоит забывать о проклятом желании и чокнутой фее. Может, она решила, что зеленоглазый блондин и есть моя судьба.
Интересно, это является основанием для того, чтобы вычеркнуть его из списка подозреваемых?
Нет, торопиться не будем. Может, тут элвов как собак нерезаных, куда ни плюнь и так далее. А я уже уши развесила.
Вспомнив про свои новые уши и их размеры, я нервно хихикнула.
Плохо то, что список подозреваемых можно писать до бесконечности. Катриэль была высокомерной стервой, которую все ненавидели и которой многие желали смерти.
А кто-то просто превратил желаемое в действительное.
И какой способ интересный выбрал – яд. Явно плевок в сторону Катриэль. Убить элву её же собственным оружием. Попахивает личными мотивами.
Только легче от этого не становилось.
Но беспокоило не только это. Элва, конечно, стерва и симпатий даже у меня не вызывала, но она была мастером своего дела. И страшно этим гордилась.
Тогда почему Катриэль не проверила конфеты, прежде чем съесть? Откуда такая беспечность?
Ответ напрашивается только один: Катриэль знала, от кого эти конфеты, и доверяла этому человеку… или элву. Вроде так и было.
Я напрягла память и постаралась вспомнить содержание той глупой записки. Какой-то короткий, бессмысленный стишок.
Может, это шифр?
От этих мыслей и подозрений разболелась голова и слегка замутило.
А еще болезненно заныл желудок, напоминая о том, что завтрак был пропущен.
«Интересно, чем питается Катриэль? Надеюсь, не пылинками или росинками. Я бы не отказалась от хорошего куска прожаренного мяса.
Вот только где его достать? Из комнаты мне выходить запретили».
Может, попросить кого-нибудь?
Я перевела взгляд на дверь, за которой была ванная комната.
– Та домовушка! Люля!
Делать нечего. Надо пробовать.
Я вошла в ванную и сразу направилась к стене. Секундное замешательство, чтобы набраться смелости. Не просто так пришла – домовушку вызывать.
Только потом трижды постучала, не забыв выкрикнуть:
– Эй!
Тишина.
«Ах да, надо же имя назвать!»
– Люля! Мне нужна помощь.
Результат все тот же.
– Люля! – снова произнесла я, медленно покружившись на одном месте. – Вы меня слышите?
– Тута я!
Голос раздался откуда-то сверху, заставив меня испуганно подскочить и осмотреться.
– 3вали?
Домовушка расположилась в верхнем правом углу у самого потолка. Просто зависла в воздухе, и все.
Я сглотнула.
«Как бы поскорее привыкнуть к такому и не выглядеть при этом дурой».
– Да. Люля, вы не могли бы принести мне поесть? – попросила я и сопроводила это максимально дружелюбной улыбкой.
– Будет сделано! – отозвалась Люля и исчезла.
«Отлично, а мне пора двигаться дальше».
Я вернулась в спальню и вышла на середину. Осмотревшись, попыталась понять, что теперь.
Вариант был только один – обыск.
И я сразу перешла к его реализации.
Первым решила осмотреть комод.
В верхнем ящике были какие-то разноцветные тетради. Судя по всему, конспекты с уроками.
Рядом старинные книги в красивых кожаных обложках. «Зельеваренье. Курс академии», «Основы зелий и практика применения», «Простейшие зелья», «Как сварить зелье. Пособие для начинающих».
Сверху толстый ежедневник, титул которого была украшен выбитым гербом. Именно за ежедневник я и взялась.
 
Дневник?
«Господи, пусть это будет дневник!»
Конечно, глупо было надеяться, что Катриэль вела личный дневник, куда записывала свои пакости.
Но вдруг повезет?
Должно же в этом мире мне хоть раз повезти?!
С замиранием сердца я открыла первую страницу и увидела…
Еще бы понять, что я такое увидела.
Я перелистнула еще пару страниц.
Суть изменилась мало.
Если вспомнить уроки химии в школе, то это похоже на формулы. Только знаки непонятные. Крючки, закорючки, кружочки. С таким же успехом можно было записывать химическую таблицу с помощью египетского языка.
Много исправлений, помарок, пояснительных записок. Например, "пересмотреть расход", "заменить", " пересчитать", "ошибка".
Получается, это рабочая тетрадь Катриэль, в которую она записывала опыты и эксперименты. Значит, здесь должен быть рецепт того яда.
Я захлопнула книжку и прижала её к груди.
«Не стоит оставлять её здесь. А вдруг кто-то найдет?»
Под «кто-то» я, конечно же, подразумевала Эшфорта. Тот точно найдет, если задастся целью. А декан задастся.
«Надо перепрятать! Вот только куда? Может, здесь где-нибудь магический тайник есть? Вряд ли. Иначе Катриэль точно им воспользовалась бы».
Я повернулась к комоду.
«А может, не стоит прятать?»
Вздохнув, я положила дневник назад и принялась изучать тетради.
Почерк Катриэль был ровный и красивый, буквы круглые, с симпатичными завитушками.
Мне до такого расти и расти. Настоящее каллиграфическое чудо.
А еще элва была очень организованной, педантичной и дисциплинированной. Десять толстых тетрадей: желтые, голубые, зеленые, красные и синие – по две каждого цвета. Желтый – это первый курс, голубой – второй и так далее. В каждой лекции списки вопросов, примеры контрольных и прочее, прочее.
Катриэль очень хорошо подготовилась, ничего не скажешь. Если что, можно будет потом всем этим воспользоваться. Тем более что закладки есть. И план работ.
– Еда! – громко произнесла Люля, возникая у кровати с небольшим подносом в маленьких ручонках.
От неожиданности я вздрогнула и слишком резко захлопнула ящик, едва не прищемив себе пальцы.
Медленно повернувшись, я изобразила на лице вежливую улыбку, стараясь ничем не выдать своего волнения.
– Спасибо.
– Кушайте на здоровьице, – улыбнулась домовушка.
Она поставила поднос на столик и исчезла, не забыв подмигнуть напоследок. Именно это заставило тревожно нахмуриться.
«Неужели домовушка обо всем догадалась?»
– Перерыв на завтрак, – пробормотала я, потирая ноющие виски, и села на стул. – Наконец-то нормально поем.
Но радость моя была недолгой.
Зелень. Очень много зелени. Салатик, заправленный кисловатым соусом и украшенный крохотными красными ягодками, с виду напоминающими клюкву. Небольшая сладкая лепешка с нарезанными аккуратными ломтиками фруктами, сверху что-то похожеe на взбитые сливки.
И ни грамма мяса, даже курочки.
«Да, Катя. Ничему тебя жизнь не учит. Уже дважды наступаешь на те же грабли – неправильно формулируешь просьбы!»
Но исправлять времени не было. Придется грызть салатик.
Я подцепила ягодку и уже собиралась отправить её в рот, как следом пришла очень важная мысль.
А вдруг меня снова хотят отравить!
Ягодка до рта не дошла.
Отложив вилку, я сложила руки на коленях и задумчиво уставилась на тарелки.
– Ну и как проверить все это на яды?
Есть хотелось страшно, даже салатик без грамма мяса. Живот болезненно сжимался, а во рту накопилась слюна. Но мозг настойчиво твердил, что доверять никому нельзя. И есть непроверенное не стоит.