Милосердие (СИ)

Поэтому Рик не придумал ничего лучше, чем ревизия собственного гардероба и чистка обуви. Когда все было готово, он бездумно смотрел новости и мял в руке эспандер. Обед с бобовым супом, газета на веранде, короткий разговор по телефону с Карлом — дело шло к вечеру, когда внезапный звонок вырвал мужчину из вязкой дремоты.
— Рик Граймс? Это твой психотерапевт Ниган.
— Да, я вас слушаю, — не видя смысла изображать дружелюбие, старший лейтенант даже не удосужился прочистить горло. Голос звучал глухо и устало.
— У нас сегодня первая консультация, солнышко. Проснись и пой, — низкий смех и фамильярность ничуть не удивляли. — Я сейчас сброшу адрес, жду тебя через полчаса. Не опаздывать.
— Хорошо, сейчас буду, — повесив трубку, Граймс кашлянул и просмотрел СМС. Мужчине показался забавным и вместе с тем несколько раздражающим тот факт, что психотерапевт жил близко от него. Все тот же загородный район — достаточно проехать несколько кварталов до нужной улицы. Будет смешно, если они пересекались в продуктовом каждое воскресенье или получали утреннюю газету от одного и того же разносчика.
Надевая плотную хлопковую рубашку, Рик попытался представить человека, который будет решать его дальнейшую участь. Голос показался немного грубым, даже хамоватым. Скорее всего, мужчина немного его старше. Возраст и манера держаться рисовали довольно странный образ. Однако придумать кого-то, кто вписывался в спокойную жизнь пригорода хуже, чем сам Граймс, было невозможно.
Темно-синий Форд Рика аккуратно припарковался у въезда. Помедлив, мужчина окинул взглядом дом: чуть больше и старее, чем его собственный. Широкая веранда, вместительный гараж. У побитого крыльца растут пышные кусты, высокий виргинский дуб бросает тень на газон. Оправив куртку, Рик выходит и спокойным шагом приближается к входной двери. Постучать он не успел: створка резко открывается, а он все так и стоит с занесенной рукой.
— Ну что же ты встал, дружище, проходи. Я чертовски рад тебя видеть, Рик Граймс, — не обращая внимания на неловкость гостя, психотерапевт хлопает его по плечу и вталкивает в дом. Не давая опомниться, он тут же ведет Рика в кабинет и указывает на кресло. Стоило Граймсу сесть, как к нему тянется широкая рука. Пожав ее, лейтенант кивает, только сейчас находя возможность поздороваться.
— Как ты уже понял, я — Ниган. Чувствуй себя как дома, располагайся. Сюда ты будешь приходить часто, — блеснув зубами, психотерапевт подает ему кофе и садится напротив.
Между ними застыл маленький квадратный столик. Бумаги и подшитые папки сползают с него до самого пола. То тут то там покоятся стопки документов, записи, исписанные и оттого пухлые ежедневники. Ниган напевает нехитрую мелодию и берет в руки несколько скрепленных бумаг. Листая их, он будто забывает о своем пациенте.
Пользуясь моментом, Рик неуверенно делает глоток кофе и быстро окидывает кабинет взглядом. Комната кажется обжитой: два больших окна открывают вид на улицу и соседние дома, пространство заполнено ровными книжными стеллажами. Несколько разномастных деревянных тумб со всякой ненужной мелочевкой вроде пустых коробок из-под сигар и мини-пластинок. Громоздкий письменный стол в самом дальнем углу, торшер с зеленым плафоном и видавший виды секретер. Однако не смотря на «одомашненность» интерьера, Рик ощутил, будто находится внутри фикции: личных вещей тут практически не было. Ни фотографий, ни любимого кресла, ни окурков в пепельницах. Было видно, что здесь не живут. Было даже сложно поверить, что Ниган здесь работает один на один с собой.
— Спасибо за кофе, — голос прозвучал бесцветно. В ответ психотерапевт лишь рассеянно кивнул и надел очки в черной оправе. Доктор — ведь эти специалисты имеют степень? — выглядел слишком заинтересованным бумагами. Пытаясь заполнить эту паузу, Граймс удобнее расположился в глубоком кресле. Отстукивая указательным пальцем ритм по подлокотнику, он рассматривал человека напротив. Ниган был выше него, его зачесанные назад темные волосы и борода кое-где отливали сединой. Свободная белая футболка, мягкие штаны с манжетами и босые ноги. Казалось, будто Рик нагрянул к нему слишком внезапно и застал за каким-то домашним занятием.
 
— Рик Гра-а-а-ймс, — он с добродушным видом растягивал его фамилию, наконец-то оторвавшись от чтения. Не смотря на внешнюю приветливость и молниеносное сокращение дистанции, в его поведении скользило нечто, заставляющее воспринимать психотерапевта как соперника. — Ты весьма любопытный тип, черт возьми! Хотя, ко мне другие и не попадают. За какую провинность, точнее, нет, за какую крупную ошибку ты оказался здесь? Признавайся, — Ниган бросил документы к себе на колени и потер руки от нетерпения.
— По рекомендации капитана Брэ…
— Какие к чертям собачьим рекомендации? — Ниган откровенно веселился, сверкая каре-зелеными глазами из-под очков. — Ну так, Рик, где же ты так облажался, а? Не нужно секретов. Ненавижу, когда мне лгут.
Граймс без выражения посмотрел на собеседника. С места в карьер — именно так он едва не поступил с Уолшем. Второй раз такую ошибку лучше не повторять. Явно не с этим человеком напротив.
— А ты не самый разговорчивый тип, я понял. Давай-ка начнем сначала, старший лейтенант Граймс. Так-так-так, значит, ранний брак, дети, служба в академии, потом продвижение до спецотряда и старшего лейтенанта. Я бы сказал, что картину несколько подпортил развод. Хотя он даже добавляет немного романтики в образ, не находишь? — растянув на губах улыбку, Ниган склонился чуть ближе. — Итак, ты у нас не буйный. Может, ты тихоня? Знаешь, есть такие ребята: вроде их не видно и не слышно, а потом в канаве находят десяток трупешников с их легкой руки. Хотя нет, ты точно не такой.
Деланно задумавшись, Ниган опустился на спинку кресла и закинул ногу на ногу. Документы, что, казалось, пару минут назад интересовали его больше всего на свете, шлепнулись на пол. Мужчина впился взглядом в Рика и замолчал.
— Нервы сдали. Думаю, мне просто нужен отпуск, — Граймс посмотрел ему в глаза, непроизвольно отзеркаливая позу. — Мы всегда будем встречаться в это время?
— Я потратил чертов день, чтобы изучить твое личное дело, — неожиданно Ниган рявкнул и снова улыбнулся. Рик уже понял, что все его улыбки не предвещали ничего хорошего. Лучше бы это был сухой допрос. — Когда скажу, тогда и будем встречаться. Каждый божий день, Рик, только ты и я. Надеюсь, твой сынишка Карл не будет против отпустить папочку ненадолго к дяде Нигану, верно?
— Он взрослый и может справиться без меня, — игнорируя выпад, Рик неприятно улыбнулся. Семья всегда была любимым рычагом его психологов. Он знал, что слишком зациклен на доме, детях, роли отца. Однако в каждом человеке есть нечто такое, что уже никогда не изменится.
— Тогда пусть его папочка тоже побудет взрослым и ответит хотя бы на первый вопрос. Почему ты оказался здесь? — Ниган чеканил слова, прекратив улыбаться. Уголки его губ поползли вниз. — Я уже в курсе проблемы, но почему бы тебе не постараться немного и не начать сотрудничать? Я же могу прямо сейчас заполнить все отчеты и просто выкинуть тебя из участка. И твой сладкий домик нечем будет оплачивать, знаешь ли.
— Я повздорил с другим полицейским, — проглотив открытое издевательство, Рик взглянул на Нигана из-под нависших век.
— Да уж, теперь, когда я буду наставлять на кого-нибудь пушку или бить башкой о стену, то тоже назову это «повздорил», — внезапно Ниган громко расхохотался. — Ну ты даешь, Граймс, рассмешил-таки меня.
— У нас произошел конфликт. Уолш увел у меня жену и хочет отнять ребенка. Младшую.
— Но ты не то чтобы против, что Лори Граймс вдруг станет Лори Уолш, верно, Рик? Так что давай не будем про твою гулящую женушку, точнее бывшую женушку. Перейдем к делу. Конфликт, значит. Интересно. А ребенок ему твой на что? Как по мне, бабник вроде Шейна Уолша, который, к слову, едва дотянул на последнем тесте по профпригодности до минимума, не желает даму с прицепом. Так ведь сейчас говорят? С прицепом?