Реверсивный самоубийца (СИ)

Признаться, этот её вскрик нёс какой-то странный оттенок.
— Здесь твоя сила не работает, — покрутил я тапок в руке, чувствуя, что ветер в моём внутреннем мире усиливается. — Ты здесь никто.
Ещё один шлепок ознаменовался новым вскриком женщины. Она не могла понять, откуда приходил удар, но это не мешало ей пытаться найти источник боли и попытаться защититься от него.
Её сила была по-настоящему страшной: она влияла на сознание. Любая сила, влияющая на сознание, по своей сути ужасна, и у меня были даже мысли, что от воздействий этой могущественной мозговой иллюзионистки пострадал даже сам её «хозяин», однако это уже его не спасёт.
Ни его, ни его подчинённую.
— Ещё раз попытаешься применить свои навыки, и получишь.
— К-кир-сан, я…
Шлепок.
— К-кир-сан!!!
Шлепок.
— К-кир…
Шлепок.
Шлепок.
Шлепок.
Мой отец мне наглядно показал мне, что ничто так хорошо не учит, как армейский ремень или тапок. За неимением ремня буду использовать только тапок, который потенциально может разъесть душу жертвы удара. И ведь это не всё. По факту, Рена сейчас получала не только от тапка, но и находилась в недружелюбном для неё месте, которое само по себе должно было её подавлять.
Домен злого Бога Пустоты, сука.
— К-кир-сама…
Шлепок.
Шлепок.
Шлепок.
— Ты говоришь только тогда, когда я тебе это разрешаю, — медленно отчеканил я, чувствуя, как внутри меня всё ещё теплится злоба. — Сейчас ты начнёшь последовательно отвечать на мои вопросы. Попытаешься соврать — твою душу разъест тапок; попытаешься вилять — твою душу разъест тапок; попытаешься недоговаривать или нарушить мои правила — от тебя не останется и памяти.
…что-то как-то угроза тапком звучит не слишком брутально, но как-то похер.
Кажется, женщина потихоньку начала действительно понимать своё положение. Честно говоря, я ожидал любой реакции, но…
— Я… я поняла, м-мой жестокий хозяин… Я… я приму любое наказание…
Женщина улыбнулась так, как может улыбаться только конченная мазохистка.
Кажется, я выронил тапок, полностью сбившись с настроя.
В мой внутренний мир неожиданно постучались. Сильно так, настойчиво. Впервые чувствовал настолько злобный оттенок энергии. Я удивлённо поднял голову на чёрное небо, мысленно не став сопротивляться входу нового посетителя. Догадывался ли я, почему шляпка попросила перед сном надеть её на голову?
Естественно, догадывался. Но того, что произошло, я совсем не ожидал.
На песке появилась совсем не шляпка, а женская фигура в белом платье.
Крайне недовольная женская фигура.
— Так вот чем ты занимался, пока я пыталась дотянуться до твоей души! Дурак-дурак-дурак-дурак…
Полностью проявившаяся женская фигура начала недовольно топать ногами по песку.
Мой рот против воли открылся.
— Шляпка?..
Женщина фыркнула, воплотив на голове ровно такую же шляпку, которую обычно… то есть, раньше носила Айра и в которой я, как эталонный фрик, уснул.
— Я похожа на шляпку, дурак?— приподняла шляпку женщина, фыркнув из рта самым настоящим потоком пламени. — Ты забыл, как меня зовут⁈ Азура!
Я моргнул.
Несмотря на поведение злобной лоли, она выглядела лет на двадцать пять-тридцать. С белыми, практически белоснежными длинными волосами и самыми настоящими белыми впадинами вместо глаз, злобная «тёща» умудрялась создавать эффект той самой мифической, неземной красоты. Ещё и голос отдавал чем-то странным, резонирующим с самим миром, будто каждый звук, который она произносила, был руной, на которые реагировал кое-как даже мой сон. Словно дополняя картину, на голове Азуры красовались четыре длинных рога, которые украшал длинный белый хвост.
Передо мной была настоящая «драконодевочка».
— И что ты здесь забыла? — проигнорировал недовольство материализовавшейся (почти) шляпки, облокотившись на шезлонг.
Погода постепенно нормализовалась. Среди туч виднелись проблески синевы, приливы и отливы моря тоже постепенно успокаивались.
— Ты ещё спрашиваешь, чудовище…— пробурчала шляпка, скинув с ног рассыпавшуюся светом лёгкую обувь. — Так и знала, что ты будешь делать с этой китсуно что-то извращённое. Ты даже и не скрываешь свои странные наклонности!
 
Отожравшийся осколок Королевы Драконов упала в песок, начав в нём «резвиться», словно маленький ребёнок. Происходящее всё больше напоминало редкостный сюр, вызывая у меня даже в моём сне сильную мигрень.
— И почему я раньше не попыталась дотянуться до твоего домена… Я была такой глупой… Кто бы мог подумать, что здесь так просторно и спокойно… А я думала, что здесь одна пустота будет, ах…
Злобная шляпка улыбнулась так широко и счастливо, что я даже начал сомневаться в том, у кого более больная улыбка — у особы, которой в жизни явно БДМС не хватило, или той, у кого происходил перманентный БДМС психики невинных людей. Забыла стоп-слово, собака.
— Дурак, мне нужно больше солнца, — вновь подала голос шляпка.
— А ты не охренела⁈ — шокировано уставился на женщину я. — Ты сейчас вылетишь отсюда, дура!
Дура с материализовавшимися фильтрами, млять.
Какого хера происходит вообще⁈
— В шляпке темно, дурак, — лениво пробормотала женщина, свернувшись в песке калачиком, начав засыпать прямо на глазах. — Глупый, глупый дурак… Пожалуйста…
Молча подобрал с песка тапок. Из ткани, коричневого оттенка. Самый обычный, скучный, ничем непримечательный тапок. Не считая всепоглощающего чувства пустоты, естественно.
— Последний раз спрашиваю: что ты здесь забыла?
Кажется, мой вопрос поставил драконодевочку в тупик. Она оттолкнулась очень гибким и сильным хвостом от песка.
Видя мой удивлённый взгляд, женщина поправила шляпку, умудрившись смутиться.
— Дурак, из-за твоего домена я чуть не забыла!
При виде тапочка в моей руке лисодевочка постарше рефлекторно отползла от меня, впрочем, и не пытаясь скрыть интереса в глазах.
Сука, да что ж такое. У моей лисодевочки какой-то пунктик на сомнительные отношения, друга конченная мазохистка. Куда я попал…
Не собираясь пояснять что-либо, Азура подошла к лежавшей в песке Рене, подняв ту за шкирку, словно маленького котёнка.
Как-то запоздало я понял, что злобная шляпка была под два метра ростом, возвышаясь надо мной на добрую голову. На фоне миниатюрной рыжей суки она казалась особенно высокой.
— До этого я чувствовала что-то странное, но не могла понять, что, — начала без задней мысли буквально внюхиваться в застывшую лисодевочку постарше Азура, то и дело хмурясь. — Признавайся, извращенка. Когда ты последний раз взаимодействовала с частицей моей души⁈
Рена с мольбой уставилась на меня.
— Х-хозяин, могу я…
Я потёр глаза, проигнорировав рыжую суку. Развалился на шезлонге, надев солнцезащитные очки. Во сне, что удивительно, продолжала потихоньку улучшаться погода.
— Делай с ней, что хочешь. Только не уничтожай полностью душу: нам её потом ещё допрашивать.
Беловолосая женщина наклонила голова. Едва выглядывавшие белые глаза под шляпкой загорелись странным огнём. Злобная взрослая лоли-тёща широко улыбнулась зубастой улыбкой.
Возникли предположения, как мог умереть счастливчик, покоривший сердце шляпки.
— Ты хочешь отдохнуть перед своим походом, ленивое чудовище? Не боишься, что опоздаешь, дурак?
Мне пришлось потратить секунд пять на то, чтобы сформировать ответ. В голове мысли были вполне конкретные: зуб за зуб, глаз за глаз, лисодевочка за лисодевочку и ещё охренеть как много всего сверку.
— Ему очень повезёт, если я не опоздаю.
Если моим слабым местом была нежная лисодевочка, то его слабым местом была его раса.
Пора была встряхнуть этот мир по-настоящему. Мне как-то резко стало насрать на любую конспирацию и мнения Богинь.
  
Глава 43
 
Атмосфера в подземном королевстве тёмных эльфов была по-настоящему мрачной. Не то, чтобы у тёмных эльфов была какая-то другая атмосфера, но сейчас она была, пожалуй, даже слишком мрачной.