Реверсивный самоубийца (СИ)
Понял.
Кёко перспектива сдохнуть от одного моего неосторожного взмаха рукой совсем не пугала. Мне даже казалось, что она хотела этого. Новый опыт на пути воина, собака.
— Я закончила!
Крик довольной Рин как-то на общем фоне терялся.
Мы вышли на чистую поляну. Девушка тут же обнажила свою катану, направив на меня.
— Погоди, — остановил я уже хотевшую на меня страстно наброситься девушку.
Кёко терпеливо спрятала меч.
— Вы хотите…
Барышня открыла рот, поняв, что я начал беззаботно раздеваться. Её лицо, что было видно даже под светом луны, немного покраснело. Скинув с себя рубашку, удивлённо осмотрел своё тело.
Кожа (или её подобие?..) словно светилась. Не сильно, но я почувствовал себя одним из самых страшных видов вампиров в мироздании.
Аж холодок по спине прошёл.
Уже вскоре я облачился в своё приводящее в ужас одеяние подпиваса пустоты, оставшись в одних штанах и тапочках. Им-то точно ничего не будет. Если бы не выглядел в них, как тот самый подпивас, то и не переодевался бы. Увы, моё собственное подсознание слишком любит подставы.
— Делай, что хочешь, — размял я шею, понимая, что в этом нет никакого смысла. — Руби, коли, дроби. Мне самому интересно, что получится. Если случайно прибью — Айра тебе поможет.
На лицо девушки вылезла широкая улыбка. Щечки так и заалели, так и заалели. Совсем не стеснялась Рин и Айры, что с подозрение косились на нашу новую соратницу.
Девушке особое приглашение не нужно было: она пулей сорвалась на меня. Ради интереса не стал как-либо отвечать и просто застыл на одном месте, следя за каждым движением барышни. Она двигалась безумно быстро; расстояние срезала до меня практически мгновенно, что, вроде бы, должно вызывать какие-то эмоции, но — нет. Я понимал, что при желании смог бы без всяких проблем голой рукой поймать лезвие катаны.
Кёко буквально разрубила меня этой бедной катаной пополам. До эволюции моё тело абсолютно спокойно выдержало бы такой взмах, но сейчас лезвие её клинка прошлось по мне так, будто я состоял из масла.
Вопреки тому, что моё тело разрезали, туловище не упало. Даже лёгкого дискомфорта не было, зыбучий мешок со странными костями моментально склеился. Даже синяя изолента не понадобилась. В голове щёлкнуло: структура моего тела напоминала в первую очередь даже не песок из моего сна, а тот, с которым я игрался в песочнице во время очередной эволюции. Нужно будет сегодня посмотреть, изменилось ли что-то внутри меня.
А то уже правда немного переживал за Азуру. Как ни странно, не только моя девочка-волшебница будет горевать по поводу её исчезновения, но и я сам уже успел привыкнуть к ней.
— Интересно…
Дотронулся до своего горла, сам не заметив, что вновь включил голос какой-то стрёмной херни.
Кажется, перемены во мне Кёко обрадовали только больше: её улыбка стала шире, в эмоциях поднялся такой коктейль, что мне даже немного некомфортно стало.
…на самом деле, нет.
Практически до самой ночи барышня истязала моё тело. Пожалуй, такие… многозначительные фразы я подбирал совсем не просто так, ибо чем больше меня резали, чем больше проявлялась разница между нами — тем возбуждённее становилась поехавшая супер-японка. До определённого момента я не сопротивлялся, пытаясь в полной мере осознать и подчинить собственное тело, и у меня даже пошли какие-то продвижения, но потом мне надоело бездействовать.
Мне достаточно было одного мимолётного желания. Мне не нужно было брать в руки ультимативное орудие в виде тапка, не нужны были холод или пламя пустоты. Достаточно было того, что Кёко находилась в «Области Пустоты». Сама по себе область, что ни говори, была довольно пассивной. Я мог с помощью неё делать многие вещи, но она существовала где-то за гранью. Новая же моя способность, «Проявление Пустоты», могла похвастаться совсем другим.
Когда Кёко вновь попыталась на меня напасть, поднялся ветер. В нос ударил запах моря, и даже звук был такой, будто рядом с нами был прилив моря.
Моё нечеловеческое восприятие уловило то, что чуть мне самому не сломало мозг: на одну реальность легла другая. Цвета поблекли, став напоминать те, что были в моём родном мире; в небе поднялись странные тучи, омрачавшие, казалось, весь мир; я почувствовал себя так, будто всё в зоне моей силы принадлежало мне и только мне.
Про песок под ногами и говорить нечего.
Из меня сыпется, собака. Дед.
В глазах Кёко только и успело промелькнуло удивление, как жизнь покинула её глаза и она тупо упала, едва не насадившись на собственную катану. Я только и успел поймать её душу, сам удивившись тому, как случайно её прибил.
Это была мгновенная смерть, без каких-либо подводок, каких-то телесных мук или повреждений. Она просто мгновенно умерла. У меня даже и цели толком такой не было, я просто захотел в ответ ударить, как реальность прогнулась. Или, правильнее будет сказать, на вечеринку пришёл кусок от моего собственного мира, отхватив себе слегка больше прав.
К счастью, перепугавшаяся девочка-волшебница, не без моей помощи, умудрилась достаточно быстро реанимировать слегка сдохнувшую девушку.
— Вот и доигрались… — хмыкнул я, видя растерянность в глазах супер-японки.
— Простой смертный не может победить Бога, — с гордостью заявила Айрочка. — Особенно Бога Смерти!
Мечница ответила не сразу, находясь в лёгкой прострации. Кое-как поднявшись, девушка, дрожа, глубоко поклонилась.
— Спасибо, что показали мне силу, недоступную простым смертным. Я получила просветление!
Рин уставилась на японку с нескрываемым ужасом.
Вскоре мы отправились спать. Мне действительно было интересно узнать, не произошло ли чего с Азурой. В общем-то, я продолжал её чувствовать где-то внутри себя, но её подозрительное молчание действительно вызывало вопросы.
— Значит, с тобой всё хорошо, — приподнял солнцезащитные очки я.
Драконодевочка лежала на моём шезлонге. Тётя Рин делала молчавшей женщине массаж спины. Лисодевочка постарше казалась вполне довольной нынешним положением. Сама же Азура выглядела так, будто была женщиной, которой напомнили, что ей уже за тридцать. Правда, в данном случае драконодевочке напомнили, что ей слегка охренеть как за тысячу.
—…
Азура не ответила. Она даже не смотрела на меня, уставившись куда-то в никуда.
— Что с ней? — покосился на Рену.
Лисодевочка постарше махнула задумчиво хвостом.
— Азуре-доно была слишком удивлена тем, что в детстве вы выглядели таким миле…
Рена неожиданно улетела куда-то в край моего сна. Визг лисодевочки постарше был удивительно громким. Ей бы в певицы, а не сумасшедшие суки. Я перевёл взгляд на продолжавшую молчать драконодевочку.
— Вы видели то, что со мной происходило во время эволюции класса? Я с тобой нянчиться не буду: будешь молчать — выгоню.
— Дурак…
Драконодевочка начала что-то бурчать себе под нос, после чего заняла сидячее положение.
— Итак?..
— Мы видели как тебя, чудовище, так и…«Это». Оно чувствовало нас, но не тронуло. Если бы оно захотело…
Я удивлённо уставился на Азуру. Впервые в её голосе прозвучал настоящий страх, даже ужас.
— Встряска нужна была не только мне, да?
Всё же, у каждого из нас были свои проблемы. Я — обычный усталый офисный клерк, которому какая-то херня промыла мозги; она — осколок, пусть и отожравшийся, сошедшей с ума Королевы Драконов. В какой-то степени, мы оба бежали от проблем, стараясь не задумываться над тем, что делаем. Мне помогла встряска с угрозой жизни для моей лисодевочки.
Азуре же нужно было лично увидеть то, что вызвало столь сильный ужас у местных Богов, хотя, по идее, чувствительной к этой всей хрени она должна быть как бы не лучше самих Богов.
Тяжело бороться с внутренней пустотой. По-настоящему тяжело. Она кажется всемогущей, всепоглощающей и безграничной. Мне искренне казалось, что пустота намного лучше боли и страданий, но…