Тогда это казалось хорошей идеей (СИ)

Краем глаза он заметил меня. Одна перчатка легла на грушу, чтобы та не раскачивалась. Он просто смотрел на меня, его плечи поднимались и опускались с каждым вздохом. Его взгляд как пытка. Мучил. В его глазах ошеломляющее отвращение к самому себе и боль. Я почувствовала себя так, словно мне дали пощёчину, и чуть не сделала шаг назад. Лицо горело, голова шла кругом. Да пошёл он к чёрту за это. Я не заставляла его целовать себя так сильно, что на губах остались синяки. И я не заставляла его заниматься со мной сексом на полу. Всё это по его инициативе. Нельзя сказать, что я не была добровольным участником, но я не заставляла его заниматься этим. И у него хватило наглости смотреть на меня так. Я с трудом сглотнула, сдерживая слёзы. Я не буду плакать. По крайне мере, пока.
— Не беспокойся, Пит, — проговорила я. — Это останется нашим маленьким грязным секретом.
Затем я развернулась и ушла.
Глава 9
Семь лет назад…
— Я представляю себе юрту.
Пит сморщил лицо.
— Юрту? И эта твоя великолепная идея, которая не давала тебе спать полночи, серьёзно?
— Да! Подумай об этом, — ответила я. — Главная комната с большим шестом посередине и куполообразная крыша. Это будет потрясающе.
При дневном свете его участок был зелёной гаванью с возвышающимися деснами и соснами Буня. Под ними росли банксия (прим. растение семейства протейных. Представляет собой кустарник или деревья, высотой около двух метров с длинными зелёными листьями, формой напоминающих птичье перо, и крупными красными соцветиями). Внизу, где земля была более тёмной и влажной, росли несколько тропических растений, таких как болотные лилии, стрелиции и бромелии.
Он почесал щетину.
— Не уверен, что я хочу жить в юрте. Разве они не сделаны из козьей шкуры или чего-то подобного?
— Мы будем использовать дерево, — ответила я. — Ни одна коза не пострадает при строительстве этого дома.
— Хорошая новость. Деревья гораздо легче достать.
— Кухня, гостиная и комната отдыха будут в одной комнате посередине. — Я махнула рукой в качестве демонстрации. — С обеих сторон будут идти коридоры со спальнями, ванными комнатами и ещё чем-нибудь. Веранда, идущая воль задней части дома, чтобы отдыхать.
— И всё это мы построим из дерева? — Он склонил голову, глядя на землю. Очевидно, он ещё не понял мою идею. Дурак.
— Да.
Он взял палку и начертил грубую схему на земле рядом с пеплом от вчерашнего костра. В такие дни было слишком жарко, чтобы сидеть в его сарае. Особенно, когда на улице дул лёгкий ветерок. Мы уже были на пляже и пообедали с его последней девушкой. Моника, Мелисса или как-то так. Но я думаю, мы вернулись бы туда, если бы жара не спала. Чёрт, почему мой отец не построил бассейн. Просто потому, что не хотел присматривать за ним весь год, чтобы я могла пользоваться им, когда приезжаю на шесть недель. Такой эгоистичный мужчина.
— Ты же построишь бассейн, да? — спросила я.
Кивок.
— Отлично.
— Я думал, привезти с собой старый дом, — сказал он. — Отремонтировать его, как сделал твой отец. Это будет проще.
— Но моя идея лучше.
Он моргнул.
— Но я тот, кому придётся выполнять всю работу.
— Но это наша мечта.
— Это твоя мечта, детка. Я просто хочу выбраться из этого сарая.
Я посмотрела на него с самым грустным выражением на лице с ноткой разочарования. Он вздохнул.
— Дай мне подумать. Ничего не обещаю.
— Хорошо, — я улыбнулась. — Я сделаю пару набросков.
— Я серьёзно. Ничего не обещаю.
Утро воскресенья. Настоящее…
Когда я выкатила чемодан, он сидел за кухонным островком, размышляя над чашкой кофе. Дай мне сил. Хитклиф вёл себя ещё хуже. Мне бы хотелось, чтобы Пит остался в своей комнате. Было бы очень мило с его стороны не затягивать дело. Но нет.
Видимо, он только принял душ, так его волосы были мокрыми и зачёсаны назад. Переоделся в свежие шорты-карго и футболку, с какого-то тура старой группы. Мягкий старый хлопок сидит на нём очень хорошо. Не имеет значение, я смогу это сделать. Я даже надела свой счастливый сарафан с травой и божьими коровками, потому что именно так мало он влиял на моё настроение, мою жизнь и всё остальное. Шанти и папа уже оправились в аэропорт, чтобы уехать на Бали. Больше мне здесь нечего делать. Ничего меня не останавливает.
 
Выйти за дверь, сесть в машину и уехать. Вот мой план. Чёрт. Я собиралась установить новые рекорды скорости для женщины, которая тащит чемодан. Кто-то должен засечь время.
Но всё же, обо всём по порядку. Я прочистила горло, стараясь вести себя достойно, но, вероятно, потерпела неудачу.
— Я собиралась написать тебе, — сказала я и кивнула в его сторону. — Вчера мы забыли о защите.
Его глаза расширились.
— Я на таблетках и сдаю тесты регулярно. Полагаю ты тоже?
— Э, да, — ответил он, выглядя немного шокированным. — Сдаю.
Приятно знать.
— Дерьмо. — Он покачал головой. — Я даже не подумал…
— Я тоже. Мне и в голову не приходило, пока сперма не потекла по моей ноге.
Его брови сошлись в одну невыразительную линию.
— Ты собиралась написать мне об этом?
— Что? Предпочитаешь телеграмму?
— Предпочитаю взрослый разговор.
— Я бы тоже, но видимо, мы уже прошли это, — сказала я, сжимая ручку чемодана. — Если мы вообще делали это с самого начала, в чём я сильно сомневаюсь.
Он поднёс чашку ко рту, но по какой-то причине поставил обратно на стол, не сделав ни глотка. Отодвинув стул, он подошёл ко мне. Из чистого инстинкта выживания, я вытянула руку и сделала шаг назад. Однако он не остановился. Вместо этого он вплотную подошёл к моей руке, и она прижалась к его груди.
— Ты плакала.
— Нет.
— Адель, — сказал он ужасно нежным голосом.
— Хорошо, может быть. Но это не твоё дело.
— Думаю, моё.
— Давай согласимся не соглашаться. — Я расправила плечи. — Мне пора.
— Нет.
— Увидимся в следующий раз, Пит. Это было по-настоящему. — Я попыталась обойти его, но этот ублюдок схватил меня за плечи. Я ударила его в грудь двумя руками, но с таким торсом как у него, ему было всё равно. Я бы пнула его в голень, если бы чемодан не мешал.
— Нам нужно поговорить, — сказал он.
— Этого не произойдёт.
— Послушай меня…
— Иди к чёрту, Пит. — Я била его руками по груди, отказываясь сдаваться. Всё снова накапливалось, хотя никуда и не исчезало. Обида, ярость и боль, которую он причинил. Все глупые чувства, которые я должна была отпустить много лет назад. Они теснились на кончике моего языка, готовые вырваться наружу. — Честно, я устала от твоего дерьма. Твой экзистенциальный страх или что там ещё за чертовщина в твоей голове. Ты такая дрянь, знаешь это? Ты хотел меня прошлой ночью. И ты начал это. Но в итоге я чувствую себя полным дерьмом и с меня хватит, слышишь меня? — Он оттолкнул чемодан и притянул меня ближе. Не останавливаясь, пока не прижал меня к себе. Я игнорировала слёзы, надеясь, что они закончатся. В любом случае, я была слишком расстроена, чтобы заботиться об этом. Этот идиот мог думать всё, что ему заблагорассудиться.
— С меня хватит, — повторила я, слегка задыхаясь. — Я поеду домой и…
— Пожалуйста не повторяй план о каждом доступном мужчине, — сказал он, уткнувшись мне в макушку, его голос громыхал в груди. — Не уверен, что выдержу это.
— Мне всё равно, что ты выдержишь, придурок. И прекрати меня раскачивать — я не грёбанный ребёнок.
— Как скажешь.
— Не успокаивай меня, мудак.
Он не удосужился ответить, и я не стала снова говорить. Похоже, у меня закончились оскорбления и болит горло. Я прижалась к нему, плача навзрыд. Как я ни старалась успокоиться и взять себя в руки, внутри всё время что-то поднималось. Снова всхлипы, икота и боль. Я хотела просто злиться, но всё выливалось в слёзы. В какой-то момент моего нервного срыва, он взял меня на руки и отнёс на диван, усадив к себе на колени. Всё ещё крепко держа. Постепенно слёзы прекратились и всё стихло.