Все эти миры

Госпожа Кэмпбелл кивнула. Мы распрощались и разорвали связь.
Я заглянул в архивы и быстро нашел чертежи, по которым Говард создавал истребителей «купидонов». Их можно было переделать так, чтобы они годились для охоты на существ размером с осу. Я отправил чертежи в очередь заданий для принтеров, чувствуя что-то вроде облегчения. С одним делом разобрались.
  
19. Нападение на города
 
Марк. Сентябрь 2215 г. Посейдон
– Они это сделали! Честное слово, они это сделали! – Винни двинулся на меня, размахивая телефоном, словно оружием. Винни не был особенно мощным, но почему-то выглядел неудержимым монстром, когда переходил в режим яростного марша.
– И этим ты хочешь сказать, что… – Кел оторвал взгляд от планшета; он работал над новой моделью рыболовецкой системы.
Мы – десять людей или около того – сидели или лежали на кольце из травы, которое образовалось по периметру летающего города Амхора. Большинство жителей – те, кто мог себе это позволить, – выполняли свою работу, сидя в шезлонгах или даже на одеялах. Система циркуляции воздуха была спроектирована так, чтобы поддерживать под куполом комфортную температуру весеннего дня. Кроме того, нас выручало то, что фибрекс, в отличие от обычного стекла, не задерживал ультрафиолетовые лучи.
Жизнь – ад, но мы пытались стойко переносить все невзгоды.
Винни рухнул на траву и бросил телефон на стоявший рядом столик.
– Совет объявил нас дезертирами и запретил все контакты с нами. Он конфискует все наше имущество, до которого может дотянуться, и выдал ордера на наш арест.
На самом деле это не стало для меня неожиданностью. Более того, по моим расчетам, к подобным действиям Совет должен был перейти на месяц раньше. Если бы члены Совета обладали хоть каплей ума, то прямо сейчас они бы пытались ликвидировать главную угрозу – меня. Я проверил потоки информации – и точно: меня отключили от всех каналов, которые были связаны с патрулированием, мониторингом, обороной и инфраструктурой.
Черт. Значит, теперь я не могу собирать информацию, необходимую для работы Совета, чинить его сломанную технику, управлять его процессами… плак-плак. Я ухмыльнулся, и Кел вопросительно посмотрел на меня.
– Кажется, меня только что выгнали с работы, – сказал я, пожимая плечами. – Значит, самому увольняться уже не нужно.
– Что будем делать? – спросил один из техников, занимавшихся планированием, – светловолосая женщина по имени Фрида.
– Ничего, – ответил я. – За последние пару месяцев я четко объяснил Совету, что мы, и особенно я, не собираемся наносить первый удар. Но если он попытается добиться своего с помощью насилия, то ему придется иметь дело со всеми Бобами. Вероятно, все ограничится юридическими маневрами и угрозами.
– И экономическими санкциями. Совет прекратил торговать с нами, разорвал все контакты, – сказал Кел, пожимая плечами.
– А от чего именно они нас отрезали, Кел? – Дену оперся на локоть и посмотрел на Кела. – У нас одна треть населения планеты, но мы производим половину пищевых калорий. Большинство технических специалистов переехали в города еще в первый месяц. Производство находится за пределами планеты, и пока у нас такой же доступ к нему, как и у них…
– Возможно, это уже не совсем так, – сказал я, и все повернулись ко мне. Я пожал плечами. – Только что я проверил все данные: похоже, Совету удалось взять под охрану склады материалов в точках Лагранжа.
Я попытался взмахом руки создать изображение и лишь затем вспомнил, что я не в ВР. Поэтому я отправил картинку на планшеты нашей группы.
– Видимо, именно поэтому они отреагировали так медленно – они потратили это время на то, чтобы занять нужные позиции. Мои беспилотники видят, как силы безопасности Совета захватывают склады. И, – добавил я, качая головой, – похоже, что они также контролируют автофабрики в точках Лагранжа.
– И Бобы допустят, чтобы Совету это сошло с рук? – спросил Кел, сурово глядя на меня.
Я усмехнулся.
– В этой системе Бобы состоят из меня одного, так что угроза не очень велика. Да, у меня есть противокорабельные снаряды, но они годятся только для полномасштабных боевых действий. У меня есть «бродяги», но мне бы не хотелось жертвовать ими в ходе партизанской войны. У меня есть принтеры, но на подготовку автофабрики уйдет время, и еще больше времени – на то, чтобы возобновить добычу сырья.
 
– То есть мы на мели?
– Насколько им известно – да, – ответил я. – Но они понимают, что мы быстро восстановим наши запасы ресурсов. Они должны поставить нас на колени, пока мы не собрались с силами.
– Каким образом?
Я пожал плечами.
– Лишить нас ресурсов – это они уже сделали. Отрезать нас от источников продовольствия; они ошибочно полагают, что это тоже достижимо. Кроме того, им нужно отрезать нас от космоса. Удивительно, что они еще не…
В этот момент сигнал, поступавший от моей «обманки», прервался.
– Вот гадство! Они это сделали.
Все посмотрели на меня. Я криво усмехнулся.
– Они только что меня взорвали!
  
20. Жизнь
 
Говард. Июнь 2219 г. HIP 14101
Наконец-то.
Беспилотник пролетел сквозь верхние слои облаков в атмосфере Одина – никуда не торопясь, словно великое множество его предшественников не сгорело дотла, пытаясь достичь этой же точки. Один был чуть меньше Сатурна, но значительно более активным в метеорологическом отношении, поскольку находился ближе к звезде.
Поэтому адаптация беспилотника, оснащенного двигателем «ВСПЛЕСК», к атмосфере планеты стала довольно сложной задачей.
Пока беспилотник рассекал атмосферу, я внимательно следил за поступающими данными. Атмосфера не была особенно едкой, однако содержащиеся в ней вещества были довольно химически активными. Вариантов для экзотермических реакций тут хватало, и поэтому я надеялся найти тут то, что можно назвать жизнью.
Я понятия не имел, окупятся ли мои усилия, но работать тут было интересно. Вид с беспилотника оказался просто уникальным; через чистые участки атмосферы я мог заглянуть на сотни километров вниз – туда, где цветные массы органики превращались в огромные облака.
И вдруг я заметил ее – группу точек далеко вдали. Я направил на нее беспилотник, и когда расстояние сократилось до пары километров, я уже мог разглядеть цели – огромные кляксы с щупальцами.
Они, несомненно, были живыми существами, похожими на какой-то странный гибрид дирижабля, медузы и кальмара. Длиной они были около пятидесяти метров, и число щупалец у разных особей отличалось. Кляксы двигались, словно единая стая.
На появление беспилотника существа не отреагировали; возможно, он был слишком маленьким, и они решили, что он не опасен. Я облетел их десяток раз, и каждое существо следило за моей траекторией с помощью чего-то, похожего на глаз на стебельке.
Параметры беспилотника в конце концов ушли в красную зону, и мне пришлось повернуть его обратно – изучение машин, побывавших в атмосфере Одина, по-прежнему составляло большую часть моего проекта, и я не хотел терять экземпляр, которому удалось так далеко продвинуться. Пока он летел ко мне на орбиту, я снова и снова прокручивал видеозаписи.
Наконец я выключил файл и, улыбаясь, уставился в пустоту. Бриджет будет в восторге. Ни один биолог не упустит такую возможность.
* * *
– Но это невероятно! – Бриджет просмотрела видеозаписи, и ее глаза, похоже, выпучились навсегда. – Они совершенно точно живые. Они состоят из углерода? В них есть ДНК?
– Скорее всего. Кто знает? – ухмыльнулся я с экрана планшета Бриджет. Тратить время на активацию Мэнни мне не хотелось, и поэтому я просто ей позвонил.
– Господи, Говард! И у тебя целая вечность на то, чтобы их изучить…
– Ты тоже могла бы этим заняться, Бриджет.
– Говард… – Бриджет мрачно посмотрела на меня.
– Прости, Бридж. Да, знаю, я обещал. Случайно вырвалось.