Ты мое дыхание (СИ)
Отца давно не было, а его цепкие, сильные руки я вряд ли когда-то смогу забыть. Как и свою реакцию в те моменты. Но кто бы мог подумать, что самое ненавистное действо из моего прошлого стану практиковать самостоятельно в такие вот моменты, как сейчас.
Я сцепил зубы и выкрутил кран на полную мощность. Вода была не просто ледяной — она жалила, колола тело сотнями крошечных игл. С меня будто соскребали кожу, хлестая по оголенным нервам. Это было ужасно, нестерпимо до одури, но при этом оставалось единственным моим спасением и от бессонной ночи, и от того безумия, что охватило меня из-за Романовой.
Надо было прийти в себя. Появиться в офисе не измученным и полуживым и не бросаться на каждого встречного, не будучи в состоянии справиться с переполняющими меня эмоциями. Я хотел полностью владеть собой. Своим телом и, что гораздо важнее, своими мыслями. Особенно, когда снова увижу это девчонку. Чтобы мог думать не о ее соблазнительном теле и не о том, что и как хочу сделать с ней, но что она для меня — лишь инструмент к достижению цели. Не больше. А все, что случилось ночью, — это ошибка, которая больше не повторится. Я приложу для этого все усилия.
Хорошо, что она ушла. Разумеется, я прекрасно слышал осторожные крадущиеся шаги в коридоре и то, как девушка старалась беззвучно закрыть дверь. Наивно считала, что я сплю крепким сном? После того, до чего она довела меня на кухне?
Что ж, если и так, то разубеждать ее я точно не собирался. И лишь после того, как щелкнул дверной замок, поднялся и отправился в душ.
Не знаю, сколько прошло времени прежде, чем в голове прояснилось. Усталость ушла, и вместе с ней холод уничтожил желание. Я наконец-то позволил себе добавить теплой воды, постепенно приходя в себя. А выбравшись из кабины, остановился перед зеркалом, мрачно рассматривая собственное отражение. Как отец в детстве, я добился сейчас того, к чему стремился: был бодрым даже без кофе. И ни о каком сексе с абсолютно временной девицей в моей жизни больше не думал. Но как прежде я мечтал долго-долго не видеть отца после подобных экзекуций, чтобы случайно не сказать ему ничего лишнего и не выдать своей злости, так теперь мне хотелось подольше не встречаться с Романовой. И ничего не вспоминать. Ни позднего приключения, ни дурманящей ночи у меня на кухне, ни моего вынужденного отрезвления. Так что лучше бы этой девице не шляться снова по подворотням и не терять ключей. По крайней мере, у меня на глазах.
Мое столь раннее появление в офисе несказанно удивило и охранника, и Веру. Секретарша уставилась на меня так, будто увидела живого призрака.
— Вы не заболели, Матвей Николаевич? — на ее хорошеньком личике отразилось такое искренне беспокойство, что я не сдержал улыбки.
— Вера, где логика? Если бы я заболел, то остался бы дома.
— Но вы так рано сегодня!
— ну а почему ты не думаешь, что я решил проверить, во сколько ты приходишь на работу? Может, вы все расслабились, пока меня нет. Доверяй, но проверяй, знаешь ли.
Вера вздохнула, укоризненно глядя на меня.
— Чтобы проверить, кто и когда приходит, достаточно посмотреть записи в журнале. Ну или, в крайнем случае, камеры, если вы сомневаетесь, что дежурный точно все записывает. Зачем было тащиться лично в такую рань? И ведь наверняка не позавтракали даже!
Удивительно, она была меня младше на десяток лет, но рядом с ней я частенько чувствовал себя провинившимся школьником. Или нашкодившим внуком, которого отчитывает серьезная, но заботливая бабушка. Почему так происходило, для меня оставалось загадкой.
Я вдруг вспомнил о том, что Вера тоже появилась в моей компании благодаря протекции Олега Евгеньевича. Я тогда долго не мог найти секретаря. Перебрал множество кандидатур, но так и не смог выбрать кого-то подходящего. Одним не умели работать, другие просто искали богатого покровителя, третьи были не способны держать язык за зубами. Почти отчаявшись, я позвонил любимому преподавателю, и юная девочка, которую он прислал ко мне на следующий день, оказалась настоящим сокровищем. Мало того, что она не ставила перед собой цель соблазнить меня, так еще и с работой справлялась значительно лучше и быстрее всех моих предыдущих секретарш вместе взятых.
Может, и с Романовой теперь все получится так же? Я остыну, забуду о случившемся инциденте, и у нас получится сработаться? Тем более, у меня есть Психé, с которой мы скоро встретимся. В это все очень хотелось верить.
— Матвей Николаевич? — оказывается, Вера до сих пор была рядом и настороженно рассматривала меня. И, судя по выражению лица, увиденное ей не очень-то нравилось.
— Я сделаю вам кофе, — она не спросила, а уведомила меня, — и возьму что-то в пекарне, раз уж вы решили работать с самого утра. Никуда не годится так о себе не заботиться!
Никто другой даже не посмел бы разговаривать со мной подобным образом. А ей я почему-то позволял. Как еще одной девице позволил пробраться в мою голову. Может, Олег Евгеньевич не просто так помешан на своих древностях, а еще и приколдовывает потихоньку? Оттого его протеже так странно действуют на меня.
От этой мысли меня разобрал смех. Еще больше озадачивая своего секретаря, я махнул ей рукой.
— Иди, Вера. Беги в пекарню, вари кофе, но постарайся не действовать мне на нервы. А то я уже не знаю, что и думать по поводу моего послушания тебе.
Девушка прыснула и покачала головой.
— Скажете тоже: послушания. Вот угробите себя таким отношением, что тогда делать?
— Придется тебе тогда меня спасать, — усмехнулся я в ответ и скрылся в своем кабинете. Шутки шутками, но сейчас мне надо было заняться тем, что имело значение большее, чем кофе, завтрак и все остальное. Я должен был написать Психé и наконец-то уговорить ее на встречу.
Глава 17
Зря я взялась за чтение этой книжки прямо во время лекции. Ох, зря. И так после прошедшей ночи была в полном раздрае, а книга только добавила смятения. Я чувствовала себя как перед экзаменом, сложным и очень серьезным, к которому я не готова. Не просто что-то не доучила, а вообще имела весьма скудные знания по предмету, который нужно сдавать.
Что я знала об отношениях с мужчиной? То, что видела в фильмах, читала в любовных романах. Ну и то, что навыдумывала сама, вдохновленная перепиской с Амуром.
Но ведь это все были только мои фантазии. Что, если бы я заявилась на экзамен к Рогачеву и начала делиться с ним своими собственными соображениями по поводу его предмета? Да, возможно, весьма оригинальными соображениями, но двойка мне точно была бы обеспечена. Потому как его совсем не вольные измышления интересуют, а конкретные знания по конкретным темам.
Я много слышала красивых историй про то, что сердце подсказывает в самый нужный момент, как правильно себя вести и что делать. Что никакая техника не заменит страсти и любви. Но одно дело, когда это звучит в теории, а другое — когда нужен реальный результат, а ты не знаешь, как этого результата добиться.
Как должна была поступить нормальная соблазнительница, когда потрясающий мужчина находился в буквальном смысле у ее ног? Когда он просто источал страсть? Если и трепетать, то уж точно не от страха, как это случилось со мной.
Рядом тихонько хихикнула Инга, толкая меня под столом.
— Я смотрю, книжка тебя заинтересовала. Ты только постарайся не делать такое выразительное лицо, особенно когда увидишься со своим шефом. А у тебя все на лбу написано. А в женщине должна быть загадка, ты же наверняка слышала эту прописную истину.
Я кивнула, хотя мне было совсем невесело. Слышать-то слышала, но, похоже, как раз во мне эта самая загадка напрочь отсутствовала.
Подруга придвинулась ко мне ближе и прошептала в самое ухо:
— А ну-ка перестань!
Я непонимающе взглянула на нее и тоже шепотом уточнила:
— Что перестать?