Неравная Любовь (СИ)
Он был очень чувственным и нежным полностью заполняя меня внутри. Мой стон окутал комнату, а ногти впивались в кожу мужчины. Дронов делает резкий толчок, погружаясь ещё глубже, от чего внутри меня взрываются фейерверк. Мужчина низко порыкивает. Мое тело требует ещё. Кричит о том, что ему нужно больше! Тогда Саша ускоряется и нас окутывает волна оргазма. Пусть буду жалеть. Пусть буду плакать. Но я так тосковала по этому чувству. Я люблю Дронова всем сердцем и жизни без него не представляю.
— Я скучал, — Лежа в кровати шепчет Саша и гладит меня по голове, пока я удобно устроилась на его груди. — Так рад, что мы все решили.
— Если бы послушал меня сразу, то нам бы не пришлось жить пять лет без друга друга.
— Мы оба виноваты. — Вскидываю брови вверх и смотрю на Сашу. Что, снова начинается? Песня та же, пою я же! На мое выражение лица, мужчина искренне смеётся. — Шучу, милая. Я очень сильно перед тобой виноват.
— Молчи, Дронов. Просто молчи и не порти момент.
Тут мой телефон издаёт противную мелодию. Жалею тысячу раз, что не выключила его раньше. Смотрю на дисплей и вижу номер мамы. Время первый час ночи, что-то произошло. Она обычно никогда так поздно не звонит. Сердце начинает колоть, от неприятного предчувствуя. Так всегда было, когда в семье появлялись проблемы. Только не снова, пожалуйста. Отвечаю на вызов.
— Что случилось?
— Вика. — Слышу истерический крик мамы в перемешку со слезами.
— Что? Что, мам?! — Перехожу на крик от волнения. Начинает всю трясти.
— Пропала! Несколько дней назад! Не знаю, что делать. — Все это мама говорила через всхлипы и вой.
— Я выезжаю. Дома буду к утру.
Кладу трубку в то время, как Саша уже натянул на себя джинсы и взял в руки свитер. Он поможет. Всегда помогал. Он ведь все может, да?
25 — глава
Заходим домой и к нам тут же подлетает зареванная мама. Глаза красные и сонные, на часах шесть утра и женщина явно, ещё не ложилась спать. Она удивляется Саше, но ничего не говорит кроме приветствия.
— Рассказывай по порядку, ладно? — Осторожно начала я. — Пытайся сохранять спокойствие и ничего не упустить.
— Пару дней назад Вика отпросилась у меня с ночёвкой к подружке. Она и раньше ходила, я и подумать не могла… на следующий день написала, что останется ещё на несколько дней. Якобы надо школьную газету делать и к экзамену готовиться. — Всхлипывает. — Я вчера ходила в магазин, время было уже десять вечера и встретила Алёну. Ту самую подругу, у которой должна была быть Вика, — Тут мама снова заливается приступом плача. Обнимаю женщину поглаживая рукой по спине. — Алёна говорит, что Вики не было у неё. Как же я виновата!
— Шшш, — Тяжело вздыхаю. — Помнишь, она раньше тоже уходила? Это же Вика, она всегда была такой.
— Вдруг что случилось? Телефон недоступен! На связь не выходит. Я в полицию заявление написала, но это все. Они ее не найдут, Настя. Не найдут! — Мама билась в истерике да такой, что мне пришлось насильно впихнуть в неё успокоительное. Что за черт! Почему в нашей жизни в очередной раз происходит такое?
— А ещё вот, — Чуть успокоившись, мама протягивает мне снимок узи. Смотрю на него и вижу головастика. — Я не зря спрашивала тебя про то, беременна ли ты.
— Этот снимок Вики?
— Раз не твой, то не бабушкин же, Насть. — Мама всхлипывает. — Может она сбежала с отцом ребёнка? Почему не сказала?
— Очевидно боялась меня, потому что в четырнадцать залететь, это перебор! — Злилась и очень сильно. — Пусть только попадётся мне на глаза!
— А если я ее больше никогда не увижу? Мою маленькую девочку!
Сердце болело за маму. Я дала ей немного снотворного, чтобы та поспала. При этом пообещала, что найду подругу Алёны и все выясню. Бабуле ничего не стали говорить, ее сердце слишком слабое, чтобы вынести такое.
— Чертовщина какая-то. — Садясь за стол сказала я. Саша поставил передо мной чашку с кофе.
— Я сейчас позвоню определенным людям, попробуем что-нибудь решить. Так же подключу Мишу. Не переживай, мы ее найдём. Россия большая, но для меня это не проблема.
— Спасибо. Я в школу пойду, попробую выцепить Алёну, может узнаю от нее что-то.
В этот момент я была рада двум вещам: первое — что мы наконец-то наладили отношения с Дроновым, второе — мы помирились вовремя. Не хочу казаться корыстной, но его помощь нам жизненно необходима.
Алёну я встретила за углом школы. Девочка стояла с подругами и покуривала тонкие сигареты. Детишки…
Девочка сразу согласилась на разговор. Я пригласила поговорить после школы, но она настояла на том, что ничего не потеряет если прогуляет один день. Я противиться и включать мораль не стала, не до этого. Ситуация явно экстренная. Страшно представить, что могло произойти с Викой.
— Алён, — Начала я, когда мы сели за столик и заказали по чашке чая. — Ты же понимаешь почему мы здесь?
— Предполагаю. — Блондинка начала нервно подергивать ногой под столом и перебирать пальцами по столешнице. — Слушайте, я ничего не знаю.
— Нет, ты, кажется, меня не поняла. — Я понизила голос. Не специально, но это произвело на неё эффект. Голубые глаза округлились, девочка вжалась в спинку стула. — Твоя подруга пропала. Ты слышишь? Ты можешь мне помочь? Сказать хоть что-то. Может она говорила какие-то мелочи. Алён, я не хочу вытягивать все из тебя. По-человечески прошу помочь!
— Она меня убьёт. — Тяжело вздыхает блондинка, а затем облокачиваясь на стол приближается ко мне. — Мы с ней неделю назад поругались, — Начала шепотом Алена. — Она мне до этого рассказывала, что в модельное агентство попала.
— Как давно?
— Я узнала месяц назад. Она вроде полгода состоит в нем. Ее парень владелец этого модельного агентства.
— Ее парень? — Во-первых, какой к черту парень? Во-вторых, владелец?! Сколько ему лет?! — Кто он?
— Я не знаю. — Искренне начала говорить Алёна при этом отрицательно мотая головой. Видно, что девочка очень сильно переживает. — Правда не знаю о нем ничего, кроме имени и того, что он владелец агентства. Название агентства тоже не знаю.
— Как зовут?
— Заур. Ему двадцать восемь лет, вроде. И татуировка есть волка на плече. Не знаю, может это как-то поможет вам.
— Какой нахрен Заур?! — Зарычала словно дикий зверь. Я чувствовала, как в венах закипает кровь. — Он отец ее ребёнка?
Алёна в момент побледнела. Глаза забегали.
— Вы знаете о том, что она была беременна?
— В каком смысле была? — Внутри меня что-то щелкнуло. Конечно, меня не радовало то, что моя четырнадцатилетняя сестра ждёт ребёнка, это не нормально! Но чтобы избавляться от маленькой жизни — никогда. Тем более на снимке четко было видно очертания человека. Это была уже полноценная жизнь!
— Ну…мы с ней поругались именно тогда, когда Заур повел ее на аборт. Я говорила, что это незаконно! Что она несовершеннолетняя, нужно разрешение от родителей. Что нужно обо всем сказать семье, но это же Вика. Говорила: «- Заур всё решит!» — Алёна совсем поникла. Начала перебирать пальцы в руках, чуть заламывая их. — Она всегда сама у себя на уме была. Никогда не слушала. А когда к Зауру в модельное агентство пошла, я предупреждала, что может получится так же, как с Гусем.
— Как с кем? Не понимаю тебя, что должно было повториться?
— Год назад у нее был мужчина-фотограф по кликухе «Гусь». Она даже имени его не знала настоящего. Он приезжал к школе на дорогой тачке, забирал ее и обещал снимки, которые попадут на полосы таких журналов как Вог, Эль. Та уши и развесила, а по итогу… — Девушка замолчала, а я с ужасом и страхом в глазах ждала продолжения. Что? Что произошло по итогу?!
— Не молчи. — Только и смогла прошептать. Кровь в жилах уже давно не кипела, а стыла. Я превращалась в онемевшую статую.
— Привез в отель, напоил чем-то и изнасиловал.
Сердце пропускает удар. Из глаз моментально потекли слезы. Почему она молчала? Почему ничего не сказала?! Вика пережила очень сильное потрясение в своей жизни, а мы просто не заметили! Мы не заметили, как происходило самоуничтожение ребенка! И всё, что сейчас с ней происходит лежит на наших плечах! Я не могла нормально дышать. Мне как будто перекрыли кислород. Хотелось рвать на себе клочьями волосы и выть белугой.