Паутинщица (СИ)

— Милые ребята, — усмехнулся я, — осталось разобраться, какое место в этой иерархии занимаете лично Вы.
Сюзи вновь проигнорировала мой сарказм и невозмутимо продолжила.
— Но все же Вершители предпочитают искать детей с определенным даром.
— Зачем искать? — не понял я, — Магически одаренных детей много…
— Так, да не так, — досадливо возразила Сюзи. — Стихийников много, и их дар очевиден. Но для вершителей не интересен. То, что ищут Вершители, без их помощи и не обнаружится никогда. Дети будут считаться не магическими, лишь иногда удивляя окружающих необычными проблесками интуиции, пониманием чужих проблем и умением найти их корень. Такие часто идут в психологи и делают успешную карьеру. Писатели, композиторы, дознаватели-тоже часто не раскрытые Вершители. Хотя вот талантливым дознавателем в Братстве могут и заинтересоваться, несмотря на возраст.
Сюзи остановилась, перевести дух, и заправила за ухо выбившуюся из прически прядь волос. Из чего я сделал вывод, что мы подходим к сути вопроса.
— Талантов, интересных Вершителям, несколько, — задумчиво продолжила она, глядяв пространство за моей спиной, — паучники, ключники, морочники, предсказатели и шагающие. Причем дар предсказателя у нас наименее востребован.
— И ты паучница, — уточнил я.
— Да. Паучники-это основа клана Вершителей, его база и опора. Талант паучника-основополагающий. Поэтому символ Вершителей-золотая паутина.
Сюзи достала из-под блузки небольшой кулон в виде паутины.
— Я получила его после того, как сдала экзамен первой ступени.
— И в чем именно заключается ваш дар? Вы кого-то ловите в свои сети? Лишаете воли? Заставляете принимать нужные вам решения?
— Нет, — серьезно ответила Сюзи, — это уже не наша задача. Хотя клану это по силам.
— А что делают паучники?
— Мы видим паутину.
Объяснила называется.
— Я тоже вижу.
— Где? — неподдельно удивилась она.
Где-где… Я демонстративно оглянулся. Ну где-нибудь здесь же есть паутина! Что, нет? Так хорошо убираются? Вот гады! Теперь Сюзи смотрела на меня с превосходством взрослого над ребенком.
— Я вижу паутину жизни.
— В смысле, судьбу? — пытался сориентироваться я.
— Нет. Я не прорицательница. Паутина-не судьба, паутина-это ты сам. Все, что делает тебя тобой и все, что держит тебя на этом свете: твои чувства, интересы, привязанности, желания, мечты, способности…Все. Понимаешь? Все это составляет твою паутину, ниточку за ниточкой. И эту паутину мы можем увидеть.
Глядя на паутину, я могу точно сказать, любит ли человек родителей, есть ли у него склонность к путешествиям, на сколько он одарен. Человек уже рождается с паутиной. Его способности и черты характера заложены изначально, а значит, отражены в паутине. И вместе с тем, паутина продолжает формироваться всю жизнь.
— И в чем подвох, — настороженно спрашиваю, понимая, что это далеко не конец рассказа.
— Паутину можно не только увидеть, — осторожно формулирует Сюзи.
— Но и…, -подталкиваю я.
— Паутинщик может усилить какую-либо нить. На пример, укрепить здоровье или линию счастливой семьи.
Сюзанна вновь остановилась, чутко следя за моей реакцией.
— А можно нить ослабить, или порвать совсем: лишить ребенка дара, развести его с неугодным человеком, сделать непоседу и искателя приключений угрюмым затворником.
— А еще, — сказала она тихо, — паутину можно совсем разорвать.
— И что случится тогда?
— Человек, с оборванной паутиной, начинает соскальзывать за грань, становится «скользящим».
Тишина, установившаяся в кабинете, была зловещей, и я, попытавшись скинуть наваждение уточнил, — то есть…
— Любой паучник может стать убийцей. И его преступление останется безнаказанным, поскольку увидеть его смогут лишь другие Вершители, да и то не все.
Сюзанна помолчала, давая мне осознать сказанное. Я и осознал. Проникся, так сказать. Получается, эта вот фея так запросто сообщает мне, что может отправить на тот свет кого угодно, и ей за это ничего не будет. Да и пусть отправляет. Мне то что? Я махнул рукой, давая сигнал продолжать.
 
— Паутину можно не только порвать, но и сплести заново. Не всегда, но можно. И именно этим занимаются целители-паутинщики.
— Вы сейчас намекаете, что…
— Да, лорд Глостер. Вы — скользящий. У Вас нет паутины. Вернее, не было до вчерашнего дня. Паутина выгорела от естественных причин, но я не знаю, почему все нити порвались так легко. И я буду разбираться. Если, конечно, Вы позволите. Пока я даже не приступала к работе.
Я обвиняюще посмотрел на нее.
— И тем не менее, Вы уже знаете, что я, как это Вы сказала? Скользящий?
Сюзанна держалась холодно и спокойно.
— Паутинщица не может не узнать скользящего. Только переступив порог вашей палаты, я уже знала. В присутствии скользящего паутинщики чувствуют тошноту и головокружение, а также запах гари и помутнение сознания.
— Да я чуть в обморок не свалилась, — эмоционально добавила девушка.
— Вид у Вас был вполне цветущий, — протянул я.
-Это морок.
— Вы еще и морочница?
— У меня нет полноценного дара, но азы морочничества мне знакомы.
— И Вы используете их, чтобы дурить головы клиентам!
— Только при знакомстве, — пожала плечами Сюзи. — Это необходимо для первичного установления контакта. Так требует протокол.
— А сегодня?
— Только обычные манипуляции. Они всем доступны.
— У Вас слишком хорошо получается.
— Я же сказала, я тренировалась перед зеркалом.
Вот и пойми ее, толи правду говорит, толи издевается. Тут мое сознание вытащила из разговора важную фразу.
— Вы сказали, что паутины не было до вчерашнего дня?
— Да.
— А вчера..?
— А вчера пришла я, и Вы вспомнили своего кота Макса.
— И?
— И появилась первая ниточка.
  
Глава 7
 
Поскольку все мои документы сгорели, мне сделали новые, и я стала Сюзанной Соул.
Это оказалось школа Вершителей, и там обучались дети, обладавшие нужными способностями. Оказывается, о моем таланте Паутинщицы знали, и за мной приглядывали. Это Вершители отдали меня Хадиже, но она не оправдала их доверие. Видимо, узнав о происшествии с кражей, меня решили срочно вывезти из города. Школа находилась в лесу. Я пыталась сбежать несколько раз, но было непонятно, куда идти. Меня находили и возвращали обратно.
Как сейчас помню тот день, когда я появилась в школе Вершителей…
…Я преданно смотрела на незнакомца в черных одеждах и честно кивала головой на каждое его слово.
— Ты понимаешь, о чем я говорю? — в конце концов усомнился он.
Я поспешила заверить его, что «да, понимаю», и продолжала кивать, молча со всем соглашаясь. И думала лишь об одном: как только он выйдет, как только оставит меня одну, я сразу же убегу отсюда. Убегу и найду Дена.
Я буду бежать столько, сколько потребуется, ночевать можно и под кустом, а есть вообще не обязательно. Я сильная, я смогу. Только выпустите меня отсюда! Мне нужно домой, я хочу к Дену.
Мне вспомнился мой чудесный сон, когда он прижимал меня к себе и баюкал, как ребенка. А мне было так спокойно в его руках и хотелось, чтобы он обнимал меня подольше, а еще лучше, чтобы поцеловал. И я его тогда тоже поцелую.
Ден, правда, злился на меня за что-то, но это все ерунда. Наверняка, он сейчас меня ищет. А когда я к нему прибегу, сразу обрадуется. Главное, чтобы этот черный господин не запер меня в комнате, чтобы ничего не заподозрил. И я принялась еще более преданно таращить глаза и кивать ему с удвоенным рвением.
Господин наконец решил, что с меня уже хватит его драгоценного общества, и покинул комнату, напомнив еще раз, что «мы теперь одна семья». Баран тебе семья, уважаемый! А я твоей семьей становиться не собираюсь. Еще чего!
 
С трудом заставив себя переждать несколько секунд, после того как за господином захлопнулась дверь, я вскочила и схватилась за ручку. Уф, дверь не заперли. Какое облегчение! Выглянув в пустой коридор, я тихонько выбралась из комнаты и с деловым видом пошла вперед, справедливо рассудив, что в конце коридора должна быть лестница. А если есть лестница, значит можно по ней спуститься, а спустившись, поискать входную дверь.