Герой моих грез и кошмаров

Но слухи поползли со страшной силой. Принц… виновен принц. Правящий род допустил ошибку, за которую придется платить простому люду в первую очередь…
Не представляю, как король удержал страну еще и от гражданской войны?..
Дни шли за днями. Облетели цветки на чар-вишне, а я и не заметила. Очнулась, когда на ветках появились зеленые плоды.
Я все так же работала под началом главного целителя. Он кричал, срывая голос, а я понимающе кивала и молча готовила ему стимулирующее зелье. И лорд Илфаер быстро успокаивался. Его бывшие помощники признали, что я хорошо влияю на начальство.
А я просто думала о том, что на третьем этаже в магической коме лежит дорогой мне человек. Любимый мужчина, ненаглядный – в полном смысле этого слова, ведь я так и не увидела его лица. Не узнала цвет глаз, форму бровей и носа…
Впрочем, не важно, какая внешность под радужно переливающимися бинтами. Хоть нижняя часть лица и тело не пострадали, в области глаз наверняка останутся страшные шрамы.
И все же боги благоволили Велдону. Одного пациента нам так и не довезли – скончался от ожогов по всему телу после неудачного «Запирателя миров».
Велдон… Как же я хочу, чтобы он очнулся и снова мог видеть!..
Увы, как ни присматривалась, а изменений в области глаз не замечала. Зато свечение магических каналов становилось сильнее. Даже если Велдон никогда не будет видеть, магия поможет ему ориентироваться в пространстве, сделает самостоятельным. Главное, чтобы он проснулся.
А он все не просыпался, и я порой приходила в отчаяние, хоть лорд Илфаер и заявил, что паниковать рано – магическая кома длится порой не один месяц.
– А вы все сидите возле этого несчастного, – с иронией произнес Рутшер.
Ох, я и не заметила, как он подкрался…
– Чем же он так зацепил?
Я пожала плечами, сделав вид, что не смутилась из-за его внезапного появления. Начну суетиться, оправдываться – и он что-то заподозрит. Впрочем, он и так догадывался, что я неравнодушна к Велдону – несколько раз ловил меня после дежурства у его постели.
Вот и сегодня Рутшер будто знал, где меня искать.
На мое плечо опустилась ладонь целителя. Слегка сжав его, он предложил неожиданно:
– Джемма, пойдемте домой, я провожу.
Я растерялась. Это что еще за прихоть? Или я настолько измученно выгляжу, что коллеги начинают переживать?
– Немного побуду здесь и пойду в таверну матушки Урсулы. Есть дома нечего. – Я деликатно постаралась увильнуть от «щедрого» предложения.
– Я с вами, – быстро заявил Рутшер. – Сегодня день пирогов, наберу себе на завтрак.
И что тут скажешь? Пришлось идти ужинать с бывшим куратором.
Он внезапно оказался неплохим, когда перестал за меня отвечать. Внимательный, всегда старался поддержать, даже ободрить после череды тяжелых операций.
Когда лорд Илфаер заявил, что будет ходатайствовать о повышении моего статуса и досрочном, без экзаменов, окончании университета, Рутшер единственный восхитился идеей, назвав ее правильной. Внезапно у меня нашлись недоброжелатели, которые считали, что я просто выскочка с железными нервами, бессердечная и оттого выдерживающая вздорное начальство и все операции на ногах.
Если бы они только знали, как порой мне было плохо! Видеть искалеченные тела молодых, некогда сильных мужчин – невероятно тяжело, невыносимо. Хотя нет, пусть лучше никто не знает, как я плакала по ночам вместо того, чтобы спать.
В таверну шли молча. Рутшер умел быть ненавязчивым, и я бы радовалась его дружбе, если бы не знала, что он страстно любит азартные игры. Это перечеркивало все положительные впечатления. Дед учил не доверять игрокам, и эту мудрость, в отличие от других, я все же усвоила.
Вот и сейчас за массивом чар-вишен уже желтела черепичная крыша таверны, а Рутшер косился в сторону серых палаток, временного воинского формирования. Офицеры часто устраивали вечера с картами, и целитель был там завсегдатаем.
Подозреваю, если бы не я, он не пошел бы в уютный трактир с хлебосольной хозяйкой, а повернул бы к друзьям по игре…
– Кстати, давай перейдем на «ты»? – неожиданно предложил Рутшер. – Можешь называть меня Дереком.
 
От подобного не отказываются, если не боишься прослыть гордячкой. И я кивнула.
– Давайте, но не обещаю, что у меня сразу получится.
Рутшер отмахнулся от предупреждения и поинтересовался:
– Ты какие любишь пироги? Я обожаю рыбные и с вареньем из чар-вишни.
Я вдохнула пряный аромат выпечки, которым Урсула заманивала гостей, открывая в теплую погоду двери и окна.
Голодный желудок взбунтовался – нечто неприятное послышалось в знакомом запахе.
– Рыбные пироги не берите сегодня – кажется, в их начинку попала протухшая тушка…
Я не договорила – бросилась к кустам. Меня вывернуло наизнанку, и выпитый на работе укрепляющий чай быстро совершил дерзкий побег.
– Джемма!
Бестактный Рутшер коснулся моего плеча.
– Тебе плохо?
Кроме тошноты и дрожи, был еще легкий стыд, что нашелся свидетель моей минутной слабости.
– Хорошо мне! Не видите? – простонала я, не поднимая головы. – Отойдите, пожалуйста, мне дурно.
– Вообще-то, я целитель, – для чего-то напомнил Рутшер обиженно.
Не спрашивая разрешения, он положил прохладную ладонь мне на шею сзади. Освежающая волна прошла по телу, предотвращая череду спазмов в желудке.
– Тебе легче?
Целитель начал вести себя слишком фамильярно, но это почти не беспокоило – целителям прощаются нескромные прикосновения, если они по делу.
– Да…
– Ты переработала, – заявил Рутшер сердито. – Я сообщу лорду Илфаеру, что ты нуждаешься в выходном.
– Не надо!
– Ты пьешь одни чаи, забывая полноценно поесть. Неудивительно, что начинает тошнить от нормальной еды! Совсем себя загнать хочешь?
Он отчитывал, а я не слушала. Одна мысль не давала пока. Я переработала? Неубедительная версия. А что, если… Нет, не может быть…
Подчиняясь мягким уговорам, я вошла в таверну и плотно поела. Запах рыбных пирогов не мешал – Рутшер был хорошим целителем.
Товарищем он также оказался заботливым – проводил домой и предложил несколько укрепляющих заклинаний. Я отказалась, не желая открываться перед ним, и он ушел, не обидевшись.
Ранним утром я отправилась на работу, окрыленная новой идеей. Я знала, как вытащить Велдона из магической комы!
Привычно придя на полчаса раньше, бесшумным призраком скользнула в палату и активировала артефакт, создающий «купол тишины».
– Привет, Велдон. А у меня новость… Я согласна пойти с тобой в храм.
Подняв безвольную руку мужчины, приложила ее к своему животу.
– Мы обязаны сходить с тобой в храм, понимаешь?
Оглянувшись на спящих соседей Велдона, я прижалась к его губам быстрым поцелуем.
Воровать счастье по кусочкам… Сладко. Волнительно. Тревожно. И чуточку стыдно. В какой-то момент появляется привкус горечи и самообмана. И мне этого уже мало, хочу счастье законное, свое!
Что ж, у меня были все шансы его получить.
Во многих исследованиях говорится, что порой пациенты в коме все слышат. Я дала Велдону серьезный мотив очнуться. Осталось только подождать.
Перед началом рабочей смены лорд Илфаер громогласно заявил, что у меня сегодня принудительный выходной. Я должна погулять, искупаться в море, выспаться и нормально поесть…
Под завистливые взгляды других младших помощников я покинула лазарет – с главным целителем не имело смысла спорить, он непоколебим, как утес.
– Доброе утро, Джемма. – Дерек Рутшер догнал меня в саду. – Прогуляемся?
Бросив на него быстрый взгляд, я не смогла по-настоящему разозлиться на него за своеволие. Темные круги под глазами выдавали, что и ему не помешает «погулять, искупаться» и так далее. Как и всем остальным целителям Приморья.
– Только сначала позавтракаем, – со вздохом уточнила я.
Рутшер влез не в свое дело – так кажется на первый взгляд, но не стоит забывать, что изначально он был моим куратором, отвечал за мое благополучие, как молодого специалиста. Неудивительно, что он продолжил опекать.