Рыжик в капкане (СИ)

Мне совсем не страшно. В доме, среди его обитателей гораздо страшнее, а это всего лишь собака. К тому же я сама видела, как с ней занимаются.
— Мне даже дать тебе нечего, — виновато улыбаюсь, — только чай, но ты же не станешь его пить. Он с мятой.
— А ты предложи, — из темноты выходит крупный мужчина в высоких ботинках, камуфляжных штанах и куртке цвета хаки, — вдруг согласится.
— Вы думаете?
— Это Рай, а я Дамир, — представляется мужчина. — Ты чего бродишь тут в темноте?
— Воздухом дышу. А его можно погладить? Подпустит? — так хочется потискать что-то доброе, теплое и живое. Ладошки нетерпеливо зудят.
— Рай, свои, — обращается к собаке Дамир. — Ко мне, — дает еще одну команду. Я, не двигаясь, жду, когда собака пройдет мимо меня и встанет возле хозяина. — Сидеть, — звучит еще одна команда. — Давай поприветствуем гостью, как мы умеем?
Рай смешно дергает большими лохматыми ушами, смотрит на хозяина.
— Ну, — кивает ему Дамир, — вперед. Девочка ждет.
Немец подходит ко мне, садится в паре шагов и… протягивает лапу.
— Пожми, — смеется Дамир.
— Здравствуй, Рай, — присаживаюсь на корточки, ставлю кружку с чаем на тротуар и жму холодную, мокрую лапку собаки. — Я Соня, — улыбаюсь ему. — Хочешь чай? — двигаю к нему кружку.
— Афф, — звонко отвечает немец.
Отпускаю его лапу, он наклоняется и пьет мятный напиток, довольно виляя хвостом и дергая ушком.
— Уиии… — тихо повизгивая от восторга, осторожно запускаю пальцы в его чёрную, с коричневыми подпалинами шерсть. — Какой ты классный. Большой такой, мягкий, — урчу от удовольствия.
Рай отрывается от кружки и терпеливо выдерживает дорвавшуюся до него меня.
— Давай с тобой дружить, — шепчу ему.
Он толкает меня мордой, ласкаясь в ответ. Затекшие на корточках ноги не выдерживают, и я со смехом плюхаюсь попой прямо в лужу.
— Эй! — раздается крик откуда-то сбоку. — Пошел от нее! Дамир, убрал свою псину отсюда! Какого хрена он не вольере?! — к нам подлетает Платон и в недоумении смотрит, как я все еще сижу в луже и смеюсь, обнимая за шею своего нового друга.
  
Глава 14. Мучительные фантазии
 
Платон 
Рай встаёт перед кошкой и скалится на меня. Замираю на месте. Соня заливается смехом, сидя в луже, а я чувствую себя идиотом.
Изметелив до одурения грушу в спортивном зале, принял душ и уже намеревался забраться в кровать с каким-нибудь фильмом, чтобы наконец выкинуть из головы мысли о том, что этой рыжей заразе оказался так противен мой поцелуй.
Ещё никто и никогда меня так не опускал! Она все время умудряется удивлять и давить на уязвимости.
В окно случайно периферийным зрением зацепил движение, увидел Соню и Дамира с собакой. Стало интересно, как кошка найдет общий язык с псом.
Пока спускался, пока дошел...
Мне издалека показалось, что Рай кинулся на нее. Внутри знатно дернуло, рванул к ней. Этому псу не свойственно просто так бросаться на людей, но то люди, а тут кошка...
А она смеется! Звонко, немного истерично. Рай защищает ее без приказа. Вот сейчас узнаю его.
— Не трогаю я, — стараюсь говорить спокойно, попутно выравнивая дыхалку. — Не трогаю, — поднимаю вверх руки, демонстрируя ладони. — Отойди, Рай.
В ответ только глухой рык на мою попытку подойти немного ближе.
— Дамир, убери его! — нервно и громче, чем надо бы.
— Рай чувствует от тебя агрессию, — спокойно отвечает Дамир. — Соня, — протягивает руку кошке. Она цепляется покрасневшими, заледеневшими пальцами за нее. Поднимается. — Платон, я же учил тебя, наши собаки надрессированы на защиту, а Рай будет защищать того, кто слабее, — я даже знаю, почему он так его дрессировал. —Смертельно он тебя не покалечит, потому что свой, но накажет за то, что хочешь обидеть. Агрессию надо гасить, тем более к хрупкой девочке. Ты, кстати, совсем перестал ходить ко мне на занятия. Почему?
— Некогда.
— Угу, я так и понял, — усмехается он. — Рай, да отпусти ты его уже. Не тронет он твою новую подружку.
Немец тут же расслабляется и виляя хвостом подходит ко мне.
 
— Ну ты и скот, — треплю его между ушей. — Я думал, ты на моей стороне. Погуляю с ним? — спрашиваю у Дамира.
— Не вопрос. А завтра все же загляни, я тебя по курсу уличного боя погоняю. Расслабишься маленько.
— Постараюсь. Пойдем, предатель, — цепляю Рая за ошейник, ухожу с ним подальше от кошки. — И нет во мне агрессии, — говорю с ним. — Просто бесит меня эта девчонка, — он дергает ухом, прислушиваясь к моим душевным излияниям. — А ты вот тоже на ее сторону встал, — умный пес разворачивается и поскуливая толкается носом мне в ладонь. — Да ладно, — присаживаюсь, глажу его. Рай довольно хвостом виляет. — На тебя я не обижаюсь. Побегаем? Надо слить остатки адреналина, а то я вообще не усну сегодня.
Получив в ответ довольное «Ррраф», срываемся с ним на первый круг по блестящей дорожке между деревьев. На втором круге сбавляем темп до умеренного и держим его до упора.
Дамир встречает нас на крыльце с кружкой кофе.
— Полегчало?
— Да. Спасибо, Рай, — благодарно провожу ладонью по мохнатой холке и отпускаю собаку.
— Ты чего так на девочку кидаешься? — интересуется Дамир.
— Не лезь в это, ладно? — прошу его. — Мне от Арины нравоучений хватает.
Захожу в дом и быстро поднимаюсь к себе, пока не наткнулся на отца. Я сказал, что не пойду на его чертов ужин и я туда не пошел. Пусть хоть оборется потом, меня воротит от происходящего. Не хочу в этом участвовать.
После душа с паром тело приятно расслабляется. Мысли утекают совсем в другом направлении. Сейчас бы с девочкой какой-нить запутаться в одеяле до утра. Ммм… Машинально облизываю губы. Есть тут у меня поблизости одна вкусная, кусачая девочка. Если бы не раздражала, я бы ее…
Черт!
Фантазии становятся слишком реальными. Меня аж сводит всего и пульс опять разгоняется, теперь только не от адреналина в страхе за рыжую кошку, а совсем от другого. Ее сегодняшний красноречивый отказ разгоняет жар по венам. Пойти что ли и прямо сейчас доказать ей, что я нормально целуюсь!
Прикасаюсь подушечками пальцев к маленькой ранке на губе.
Маленькая, рыжая зараза! Что ж ты так плотно засела в моей башке?
Скатываюсь с кровати на пол, яростно отжимаюсь, чтобы хоть немного отпустило!
— Помогает? — стебется вошедший в комнату брат.
— Отвали, — падаю на пол, уперев в него потный лоб.
— Я даже догадываюсь, кто стал причиной столь рьяной тяги к спорту, — Гордей ложится на живот поперек кровати и смотрит на меня.
Перекатываюсь на спину, пялюсь в потолок. Очень интересное, захватывающее зрелище! Еще и отжимания не помогли!
— Отвали, говорю, — отгрызаюсь на брата.
— Попробуй не терроризировать свою кошку, а пообщаться для начала.
— И как мне сейчас это должно помочь?
— Что тебе поможет сейчас, ты и без меня знаешь, не маленький, — издевается он. — Я про перспективы на будущее, чтоб вот так не мучиться. Очевидно же, что Соня тебе нравится.
— Кому очевидно?
— Мне. Тебе еще кто-то нужен? Я с тобой восемнадцать лет под одной крышей живу. Еще ни разу не видел, чтоб тебя так от девчонки крыло. Дашка была просто желанным трофеем. Эля тебе нравилась, очень нравилась…
— Она и сейчас мне нравится, — перебиваю Гордея.
— Угу. Но влюбился ты в Соню, — не отстает он.
— Ты сговорился с Ариной? — кошу взгляд на братишку. — Не влюбился я! Не-влю-бил-ся! Достали!
— Да-да, конечно, — с сарказмом. — Ладно, ушел я. Дверь запри, чтобы не вовремя никто не вломился, — издевается он.
— Иди в задницу! — подрываюсь, хватаю с кровати подушку и кидаю в Гордея. Она попадает в закрывшуюся дверь, скользит по ней и шмякается на пол. Из коридора слышу довольный смех старшего брата. — Придурок! — рявкаю в запале.
Весь сон опять сбили.
Выглядываю в окно. Отец и Арина провожают гостей. Иду вниз, намереваясь взять из холодильника немного еды в комнату и все же посмотреть фильм. На половине пути сворачиваю в сторону спальни кошки.