Война Жреца. Том II (СИ)

Этот факт меня радовал. Каждый конный воин с длинной пикой, щитом и легким боевым топором или полуторным мечом на поясе стоил трех-четырех пехотинцев, а если он будет атаковать в плотном строю — то и десяти воинов. Не отставали от людей кони. Крупные, холеные, не чета степным лошадкам, что были метра полтора в холке, это были породистые мощные звери, крупнее почти на треть. Минус только в том, что у каждого всадника было минимум два человека обслуги. Так что на одного конного солдата мы получали еще два-три голодных рта, которые надо было кормить. Единственное утешение было в том, что как минимум оруженосец тоже был верхом, хотя и не так хорошо вооружен. Ударная сила второй линии — их задача прикрывать спину старшего и наращивать успех прорыва, если таковой состоится и закованная в металл громада все же сомнет строй пехоты противника. Один из кавалеристов, мелкоземельный барон средних лет, хвастался мне, подкручивая пальцами свои пышные усы, что его отец в одной из войн с гонгорцами в составе такого вот конного кулака сумел смять пятикратно превосходящую конницу противника и обратить в бегство десятикратно превосходящую пехоту. Даже место назвал — битва на пограничной реке или реке Брорета.
В том сражении военачальник Клерии сумел увлечь за собой легкую конницу гонгорцев и заставить тех форсировать Брорету вброд, а уже на берегу, когда безнаказанные всадники, которые до этого гнали пехоту, уже приготовились ударить во фланг и спину пешим воинам, вывел из-за ближайшей рощи на поле боя три сотни тяжелой конницы.
Слаженный удар закованных в металл всадников, которые пустили своих коней плотным строем, колено к колену, опрокинул мелких кочевников, почти половину — моментально обратив в бегство. Впрочем, этому было обычное объяснение. Как сказал мне усатый барон, кони гонгорцев просто испугались крупных и холеных зверей под клерийцами, которые на скорости в двадцать пять лиг в час создавали столько шума и лязга, что не любой человек выдержит.
Степные лошадки тупыми не были, так что часть строя рассыпалась еще до прямого столкновения между закованными в железо конными клерийцами и преследующими пехоту гонгорцами. Многие животные под западными соседями просто взбрыкнули и понесли прочь с поля боя, как не материли их наездники.
Если бы не смута, у Клерии было бы на несколько сотен тяжелых всадников больше. А это была бы уже более серьезная сила, так как численность тяжелой кавалерии перевалила бы за тысячу бойцов, без учета легких конников-оруженосцев и других воинов, которые пришли в армию верхом.
Сейчас, после дневного перехода армия встала лагерем у какого-то безымянного села, солдаты стали разбивать палатки, у полевых кухонь регулярных частей выстроилась очередь за ужином, остальным же приходилось готовить самостоятельно. Я проживал в «офицерском корпусе» — небольшом палаточном городке, который разбивался для вельмож и командиров, а в центре всего этого табора стоял штаб и высокий королевский шатер.
А если солдаты готовятся ужинать, то мне самое время пускать кровь.
Собственно, сегодня нам помешали. Когда мы только-только аккуратно вскрыли старый порез и я прислонил чашку из толстого мутного стекла к ране, собирая алую жидкость, в наш с Лу шатер ворвался граф Пренор.
— Нарх Тинт! Послушайте…
Граф осекся, наблюдая эту не самую приятную картину. После его взгляд переместился на клинок, который как-то странно отсвечивал в это время суток алым, после чего — обратно на меня. Граф не был дураком и отлично помнил, что произошло во время битвы за Пите с мятежниками. Так что довольно быстро мужчина сориентировался:
— Я вижу, вы тут делом заняты…
— Не таким, что не смогу говорить, садитесь граф, расскажите, с чем пришли. Это ненадолго, — кивнул я на порез, — но требует определенной точности…
Граф еще раз покосился на мою руку, потом — на Меч Крови, который уже лежал в ожидании «ужина» на койке рядом со мной, а только потом — на Лу. Но все же подцепил сапогом низкий табурет и, поискав положение поровнее, уселся на него сверху.
 
— Король объявил о сборе в своем шатре и попросил пригласить вас и госпожу Тинт поприсутствовать…
Пренор еще раз внимательно посмотрел на мою жену, которая сейчас выглядела точно так же, как в нашу первую встречу: мягкие высокие сапоги, кожаные штаны, рубашка, небольшой, но аккуратный корсет, поддерживающий грудь, меч, выглядывающий из-за плеча. Меньше всего Лу сейчас походила на знатную даму. На барда — вполне. Образ разбойницы тоже сойдет. Но вот не женщина, вхожая в королевский шатер.
Все эти мысли пронеслись в голове Пренора буквально за пару секунд. Мне же удалось смутить главнокомандующего одной лишь ироничной усмешкой — он наконец-то вспомнил, почему я был вхож в королевские покои на протяжении всех этих лет.
— Полно вам, граф, — отмахнулся я от покрасневшего Пренора, насколько это было возможно в ходе столь занятной процедуры, — лучше скажите, с какой целью собираемся?
— Его Величество хочет пообщаться с подданными, так сказать, поднять боевой дух среди командиров… Вы же в курсе, Антон, какие разговоры ходят нынче в войсках…
Вот тут Пренор был абсолютно прав. Мои действия в моменте сыграли со мной злую шутку в перспективе. Когда-то я настаивал на том, чтобы слухи выдвигали вперед подвиг королевы, и задвигали меня. Мол, это магия Сании опрокинула мятежников, уничтожив вмиг половину армии герцогов. И вот теперь мы пожинали плоды этой работы. Ведь Сания осталась в столице, беременная, а войско вперед вел пусть и храбрый, но не так давно тяжело раненный король. И солдатня шепталась об этом, а временами — и в полный голос говорила. Мол, без королевы армия обречена на проигрыш.
Переубеждать людей было поздно, так что нужно было приподнять боевой дух командиров, чтобы они как-то повлияли на подчиненных. Общие настроения были в целом не очень радостными: все понимали, что кроме гонгорцев в бою нас будут ждать еще и пехотинцы Кватта, да и непонятно, что там еще учудят жрецы Единого. Смогут ли магики, что присоединились к войску, внести свой вклад? Или нас будут избивать превосходящие силы противника, как было с частями армий Шаринского Княжества?
— А что вы делаете? — не выдержал Пренор.
Мужчина, как бывший командующий гвардии — он уже сложил полномочия, потому что одновременно охранять правящего монарха и командовать армией было нельзя — был посвящен во многие дела как престола, так и канцелярии, так что проявлял сейчас почти профессиональное любопытство. Быть в курсе, чтобы правильно отреагировать в дальнейшем.
— У нас тут время ужина, граф, — хмуро пошутил я, покосившись на рядом лежавший меч.
Лу, которая сейчас готовила для меня чистые повязки, только фыркнула этой неуместной шутке.
— Вы хотите сказать…
— Все так, граф, все так. Слухи не врали, у меня в тот день в руках был артефактный меч, — ответил я Пренору.
Так, вроде достаточно. Чашка набралась почти до половины, что соответствовало необходимой дозе. Точнее, соответствовало безопасному объему крови, что я рисковал извлекать из своего организма ежедневно.
— Сколько вам потребуется времени? — спросил Пренор.
— Минут десять. И еще немного — перекусить. Знаете, после кровопускания, чтобы восстановить силы, лучше всего съесть чего-нибудь сладкого. И красного мяса, свинины или говядины.
— Распорядиться что-нибудь принести?
Пренор как старый служака закусил удила. В непонятной ситуации он увидел понятную проблему, в решении которой мог помочь. А значит — он не будет находиться в стороне, а примет участие.
 
— Спасибо за заботу, граф, мы уже подготовились, — вступила в беседу Лу. — Как только закончим, подойдем в королевский шатер.
Главнокомандующий коротко кивнул, после чего скрылся за пологом.
— Удивительная ситуация, — сказал я себе под нос, протягивая Лу руку для перевязи.
— Что он пришел лично?
— В том числе.
— Думаю, тут был однозначный приказ короля.
— От чего такие почести?