Мусорщик (СИ)

Но преимущества Небесной раковины неоспоримы, благодаря ее ауре я смогу быстрее восстанавливаться и накапливать энергию. Тренировки десяти восходов и Небесного цветка в разы ускорятся. Может мне вообще не придется использовать токсичный отвар небесного цветка, если применять раковину. Надо попробовать завтра. Я все же накинул артефакт на шею, чтобы использовать его во время сна. За хрупкость раковины опасаться не стоило, такую не раздавишь брошенной сверху наковальней.
Уснул быстро, стоило только закрыть глаза. Но проснулся еще до рассвета — тело пылало жаждой действий. Но встать стоило еще раньше. Таи и след простыл. Также пропала сумка с деньгами и исцеляющими ампулами, только свиток остался валяться на полу. Черт, я мог бы догадаться, что так выйдет. Небесная раковина на месте.
Выскочив на улицу, я за несколько секунд отыскал следы девушки на влажной земле. Она не пошла в город, а двинулась в совершенно неожиданном направлении — в Белые пустоши. Что эта дурочка там забыла? Хочет просто сгинуть вместе с моими деньгами? Выругавшись на лунном языке, я ринулся обратно в убежище, где переоделся в добытую вчера броню. Кинжалы и короткий меч берем с собой. Для Габса вывалил банку тушенки, в спешке угодив ему прямо на голову. Кот раздраженно зашипел.
— Это тебе, не злись, — я снял с шеи Небесную раковину и положил на фыркающее животное. — Нравится же, да?
Габс замурчал и свернулся клубком возле артефакта.
На всякий случай накинув на себя драный плащ, чтобы не светить дорогую амуницию, я бросился по следу. Идти пришлось больше получаса, след потерял еще раньше, но не сильно волновался. Похоже, что Тая направилась в заброшенный город. Не в пустоши же.
Как только показались первые многоэтажки, я сместился поближе к зданиям, стараясь держаться вплотную к стенам. Солнце только взошло, а песок уже ощутимо нагрелся. Еще полчаса и задует обжигающий ветер. Но я ошибся. Стоило только углубиться в город на сотню метров, как насмешливый порыв швырнул в лицо пригоршню песка. Проклятое место. Песчинки противно скрипели на зубах, и я нырнул за обломок, чтобы прополоскать рот.
— Сюда малявка побежала, — неожиданно раздался противно-скрипучий голос. — И пропала! Куда делась эта мелкая шлюха?
— Зачем нам ее вообще искать? — заныл второй. — Деньги у нас. Кому вообще нужна шуя?
Если бы я не отошел, то неминуемо наткнулся на них. Судя по разговору, парочка ищет Таю. Вряд ли в Дэшке есть еще одна шуя. Но самое паршивое то, что мои деньги перекочевали к новому хозяину. Вот же тупая девка.
Когда голоса чуть отдалились, я выглянул из своего убежища. В двадцати метрах шли двое мужчин — один круглый как шар, с лысой башкой, второй долговязый и тощий. Оба в дешевых коричневых плащах, как только не боятся свариться при местной жаре? У толстяка на спине закреплен большой молот с клювом. Тощий таскал арбалет.
Идти за ними? Нет, они охотятся за Таей, а в девчонке нет нужды. Куда важнее спасти собственные денежки. Но с другой стороны, кто знает, на кого я могу там нарваться? Даже искалеченная Тая представляла собой сильного бойца. Обычный бандюган ей и в подметки не годится. Решено, допрошу их.
Сыпучий песок скрадывал звуки шагов, а поднявшийся ветер заглушал остальной шум. Я следовал за парочкой совсем близко, в метрах десяти. Надо выждать, когда они подставятся. Толстый внезапно остановился, а затем схватился за живот и начал пританцовывать. Доходяга всплеснул руками.
— Да ты заебал срать! — донесся его голос.
Толстяк бросился к ближайшей дыре в стене и нырнул туда, на ходу снимая штаны. Тощий взвел арбалет и сел на землю, подстелив полы плаща. Его гадящий напарник задерживался и парень начал скучать. Он поднял оружие и принялся что-то выцеливать. Со щелчком сорвался болт, прибив к стене кусок пленки, гоняемый ветром. А он хорош.
Я сорвался с места, планируя добраться до молодчика, пока он не перезарядит арбалет. Кинжалы выскользнули из ножен, готовые резать живую плоть. Один удар. Прикончу его одним ударом. Тощий заметил меня, когда нас разделяло всего несколько шагов. Я отвел руку для удара. Он откинул плащ и потянулся к длинному загнутому ножу, закрепленному на поясе веревкой. Никак не успеет. Почти сразу повеяло чувством опасности. Я резко сменил траекторию движения и проехался по песку в подкате.
 
— Стой! — раздался крик.
Тая. Это ее голос. Щелчок. Над головой просвистел арбалетный болт. Толстый вернулся!? Нет. Я попал в ловушку. Пухляш лежал в дыре, установив арбалет на маленькую деревянную стойку. Они с самого начала планировали это.
Черт, попался, как дурак. Но не время менять планы. Я отвел свободной рукой удар тощего, намеревавшегося всадить кинжал мне в горло, и мазнул лезвием по его предплечью. Быстрый, зараза. Успел отдернуть конечность, иначе вспорол бы ему мясо до кости. Я отклонил голову, пропуская размашистый дилетантский удар. Что за неумеха? Противник попытался еще несколько раз достать меня, а потом словно ненароком открылся, подставляя корпус. Еще и отшагнул назад, чтобы получилось его достать только отчаянным уколом. Ага, уже поверил.
Я рухнул на землю, а тощий высоко подпрыгнул. Между его сапог пролетел болт, врезавшись в стену за нашей спиной. Хм, циркачи какие-то, а не приличные бандиты. На что долговязый рассчитывал, если потенциальный противник разгадает трюк? Он в воздухе, нет никакого пространства для маневра. Ему остается приземлиться на мой клинок.
Или опять ловушка? Мой мозг отчаянно пробуксовывал. С тварями на Галене было попроще, им присуща определенная хитрость и зачатки тактики, но они больше полагались на силу и ловкость. А здесь приходится продумывать каждый шаг. Нет, слишком похоже на западню.
По наитию я метнулся вбок, а не к тощему. И не прогадал. Он взмахнул рукой, выбрасывая стальную звездочку, глубоко ушедшую в песок. Толстяк тоже сделал свой ход — он целился из небольшого арбалета, отложив в сторону основной. Дылда уже почти приземлился, я практически закрыт его телом, но… Крохотный болт пролетел между ляжек тощего, едва не угодив тому в задницу, и ужалил меня в бедро. Сука. Глубоко вошел, сантиметров на пять.
Ублюдки, думаете, что одни такие умные? Признаюсь, во мне говорило бешенство, отчего я решился на подобную глупость. Никогда не умел метать кинжалы, относительно мастеров оружия, конечно. Бросок сделал одним предплечьем, сжавшемся от боли перенапрягшихся мышц. Так врагу труднее будет среагировать. Тощий попытался уклониться, но сделал только хуже. Изначально, я попал бы в надбровную дугу, что вообще не гарантировало смерть, не так уж и силен бросок. Но мужчина дернулся, буквально подставляя глаз. Взмахнув руками, он осел на землю, запрокинув голову.
— Маша! — заорал толстяк.
***
Большой Чон с самого детства был трусоват, да и неповоротлив. Другое дело его подруга Маша — высокая, быстрая, гибкая, как ивовый прут. Чон всегда ей восхищался, а когда стал подростком, то и вовсе влюбился. Другие парни не держали Машу за девушку, ведь грубые черты лица, сиплый голос, плоская фигура и небольшие усики не слишком свойственны женскому полу. Но Чону было плевать. Он таскался за ней, как собачка.
Когда Маша связалась с хулиганами, он без раздумий отправился за любимой. Ему не нравилось издеваться и бить людей, но желание быть рядом с подругой перевешивало все моральные принципы. Потом они оказались в настоящей банде, он впервые убил человека — размозжил мелкому парнишке лицо дубинкой. И его любовь наконец приняла ухаживания. Поначалу Чону избили, ведь посчитали, что он клеится к парню, но после ситуация разрешилась.
Много чего было в их жизни: долгие годы в наемниках, неудачи в постели, наемные убийства, скандалы. Но постепенно притерлись друг к другу. К сорока годам им удалось собрать денег и бросить криминальное ремесло. Пара обосновалась в небольшом городе, открыла пекарню, у них родилась дочь. Одаренная. Бизнес приносил доход, но его не хватало на таблетки и эликсиры для развития чада.