Огненная буря (ЛП)

Я рассмеялась.
— О, да, ученые должны изучить мою волшебную вагину, — пошутила я.
Мы немного помолчали, и мне не понравилось, как уютно и правильно было лежать в постели с Броком, обниматься и шутить.
— Насчет прошлой ночи… — начал Брок.
— О том, что ты трахал меня в ванной, в то время как куча народа на вечеринке готовила коктейли на кухне всего в нескольких футах от нас? — закончила я за него, поддразнивая.
— Нет. Но было чертовски горячо, — сказал он, сжимая мою задницу. — Нет, скорее о том, как ты скакала всю ночь в том, что больше походило на гребаное нижнее белье. На глазах у моих братьев, — его голос утратил дразнящий тон.
Я напряглась.
— Я не скакала, — возразила я. — И это называется бикини. Не знаю, слышал ли ты о них — изобретены парнем по имени Луис Риард и существуют уже почти семьдесят лет? — саркастически спросила я, пытаясь вырваться из его объятий.
Брок усилил хватку.
— Остынь, Искорка. Я не говорю, чтобы ты не носила бикини. Я просто говорю на будущее, чтобы ты надевала что-нибудь еще, как только сядет солнце. Никогда раньше мне не хотелось ударить никого из братьев. И я не хочу этого делать из-за того, как они смотрят на мою «старушку».
От этого заявления у меня внутри все сжалось. Я не совсем понимала, что означает этот ярлык, но знала, что его я никогда не надену.
Как Roberto Cavalli.
— Давай проясним одну вещь. Я не собираюсь менять свои привычки в моде, чтобы тебя осчастливить… никогда. Я довольна тем, как выгляжу. На самом деле, я горжусь этим. Я не считаю калории и не лишаю себя шоколада, и не ношу юбки по щиколотку. Одна вещь, которой я также горжусь, — это то, что я никому не принадлежу. — Я высвободилась из его объятий, и он позволил мне. — Я не собираюсь быть чьей-то «старушкой». Честно говоря, я бы предпочла сбрить брови, чем стать собственностью какого-то байкера, — выплюнула я.
Взгляд Брока стал убийственным.
— Ты, бл*ть, не серьезно, — тихо сказал он.
Я встала с кровати, скрестив руки на груди.
— Очень даже серьезно. Просто потому, что ты хорош в постели, не значит, что я хочу вступать в какие-либо отношения, и это точно не значит, что я хочу, чтобы ты предъявлял на меня долбаные права! — крикнула я.
Он вскочил с кровати, натягивая джинсы.
— Ты понятия не имеешь, какое невъе*енное число сучек рвется стать моей «старушкой», насколько ох*енно важен этот титул, — рявкнул он в ответ.
— Так, иди и найди одну из тех, без сомнения, классных дам, чтобы наградить ее таким важным титулом, — взвизгнула я, натягивая ночную рубашку через голову.
Он шагнул ко мне, сверкая глазами.
— Ты боишься, — прошипел он. — Тебе чертовски страшно, потому что ты понимаешь: те чувства, что ты испытываешь со мной, на самом деле реальны. А значит, тебе придется чувствовать, открыться. Ты ведешь себя как сука, заставляя меня вести себя как мудак и делать тебе больно, чтобы ты могла чувствовать себя лучше.
Гнев, который я испытала при этом заявлении, вызвал у меня желание закричать. Кроме того, тот факт, что он попал прямо в яблочко, привел меня в ужас.
— Да пошел ты! — крикнула я, открывая дверь. — Немедленно убирайся из моего дома, пока я не позвонила в полицию и не сообщила им, что какой-то байкер-мудак пытается меня ограбить.
Может, я проявила изрядную долю драматизма, но тот факт, что его слова прозвучали так близко к правде, стал ярким напоминанием того, когда я в последний раз открывалась. Я не хотела, чтобы мне снова причинили боль. У меня было такое чувство, что этот мужчина может причинить мне гораздо больше боли, чем Йен.
— Детка, успокойся нахрен, — ровным голосом ответил Брок на мою истерику, не сводя с меня глаз. Казалось, его это почти позабавило. — Никогда не угрожай, что натравишь на меня свиней. Сделаешь это еще раз, и я перекину тебя через колено.
Эротический блеск в его глазах заставил меня желать этого. Сильно. Я покачала головой. Этот парень был высокомерен и приводил в бешенство.
— Тьфу, не могу поверить, что я когда-то рассматривала возможность впустить такого неандертальца, преступника и дерзкого мудака в свою постель. Я больше не повторю этой ошибки. А теперь вали… на… х*й.
 
Я тяжело дышала, ожидая, что он бросится на меня и отшлепает. Я бы солгала, сказав, что не хочу этого. Но я говорила серьезно. Мне действительно нужно было, чтобы он ушел. Я не нуждалась в такой эмоциональной перегрузке.
От моих слов лицо Брока сделалось непроницаемым.
— Не могу поверить, что напрягался по поводу того, чтобы сунуть член в такую дерзкую, высокомерную сучку. Не волнуйся, милая, я больше к тебе не подойду, — его голос был таким же холодным, как и выражение лица, когда он вылетел из моей комнаты.
Я хотела броситься за ним, даже не зная, что собираясь сказать, но у самой двери остановилась, когда до меня дошел смысл его слов.
Ситуация обострилась слишком быстро. Во мне по-прежнему кипела горячая ярость от его действий мачо-собственника и уверенности в том, что я «его» после пары раундов горячего секса. Я не была готова к тому, чтобы кто-то заявил на меня права, завладел мной. И не знала, буду ли когда-нибудь готова. Возможно, я и знала, какое платье надену, если когда-нибудь это время наступит, но больше ничего.
— Милая, ты в порядке? — спросил мягкий голос. Я резко повернула голову и увидела Гвен, стоящую в халате и с беспокойством смотрящую на меня.
— Да, я в порядке, просто Брок — мудак, — быстро ответила я, пытаясь вести себя беззаботно. Я была почти уверена, что с треском провалилась.
Гвен нахмурила брови.
— Ты слишком долго избегала этой темы, Эми, — деловым тоном заявила она, направляя меня в гостиную.
Из-за хрупкого эмоционального состояния мне потребовался лишь мягкий толчок, чтобы рассказать ей все о Йене. Ну, не совсем все. Возможно, я солгала во спасение и сказала, что его зовут Том и что он один из друзей Триппа, но суть была той же.
Я рассказала ей о нашей встречи и «любви с первого взгляда», и как он разбил мне сердце после того, как бросил и ушел воевать. Я не была готова рассказать Гвен о ее брате и мне. Просто не знала, как ей сказать, ведь прошло так много времени. Так что я струсила и снова солгала. Мне стало еще хуже, когда она обвинила себя в том, что не была рядом со мной во время всего этого испытания. Неприятное чувство усилилось, когда она дала мне совет и была просто потрясающей лучшей подругой.
Правда, я почувствовала себя немного легче, поделившись кое-какими секретами с Гвен, хотя и не всей историей. Это продолжалось недолго, до тех пор, пока она небрежно не упомянула о приезде Йена на этой неделе. Судьба была жестока. Может, меня настигла расплата за тот случай, когда я выпила весь папин виски тридцатисемилетней выдержки, заменив его подкрашенной водой.
Или за тот случай, когда я в пятнадцать лет поцарапала матушкин «мерс», а потом позволила парковщику взять на себя ответственность. Что бы это ни было, всю неделю меня подташнивало. Я не могла уснуть, зная, что мне придется встретиться с ним лицом к лицу. Особенно сейчас, когда я была так сбита с толку тем, что происходило с Броком.
Я была в полной заднице.
Глава 5
Наши дни
— Сеньора? — робкий голос проник в мои мысли.
Я моргнула и выпрямилась в кресле, готовясь к чему угодно. Я настолько погрузилась в воспоминания, что даже не заметила, как в комнату кто-то вошел. Не самая лучшая стратегия, когда тебя держат в плену.
Пометка для себя: быть более внимательной к окружающей обстановке.
Тревога немного улеглась, когда я встретилась с добрыми глазами мексиканки, которая прислуживала мне за завтраком. Теперь она нервно улыбалась.
— Обед. Вы должны поесть, сеньора.
Она поставила поднос на стол рядом со мной, и от запаха еды у меня потекли слюнки. Без осознанного усилия моя рука схватила с подноса чашку кофе. Что ж, я предполагала, что моя голодовка не продлится долго. Еще чуть-чуть и у меня, вероятно, началась бы ломка из-за отсутствия кофеина.