Однажды, я выросла (СИ)

— Вы намерены расторгнуть наш брак? — и тон такой будто мы о погоде говорим. Кто бы знал как меня это раздражает.
— Вероятней всего. Но это будет нашей с вами тайной. Государственной важности, Мари. — добавил немного давления в свой голос — Потому завтра на торжествах, никто не должен догадаться о том, чего не случилось сегодня ночью. Вам всё ясно? — она послушно кивнула.
— Хорошо, в таком случае, можете переодеться в ванной и ложиться в постель без страха, я Вас не трону, сами понимаете, мне это не выгодно, я всё ещё в надежде остаться холостяком, а вы после расторжения нашего брака получите своё приданное и возможность распоряжаться им на своё усмотрение. — я подошёл уже на расстояние вытянутой руки, но девочка стояла неподвижно, лишь всё больше запрокидывая голову при моём приближении.
— Могу я обратиться с просьбой, милорд? — заглянула она мне в глаза.
Я кивнул.
— Некоторые мои вещи не успели перенести, и раз вы отказываетесь от консумации, могли бы вы одолжить мне то, в чём я могла бы поспать? — немного румянца на щеках подсказали мне, чего ей стоила эта просьба.
Я указал на комод.
— Вы можете взять всё что вам приглянется в этом комоде, Мари, и прошу вас, обращайтесь ко мне по имени.
Она согласно кивнула и аккуратно обогнув меня, прошла к комоду, соблазнительно покачивая упругими бедрами.
Но! Она так юна, что впору почувствовать себя извращенцем, а также она дочь заговорщика и отнюдь не лучший выбор на место жены для меня. Я всегда представлял рядом с собой зрелую женщину, осознающую себя и свои желания, женщину с жизненным опытом за плечами, женщину умеющую держать удар.
Всё также аккуратно ступая Мари Лаво прошла в ванную с моей рубашкой в руках, я решил за это время улечься и постараться уснуть, чтобы не пугать лишний раз девочку. Кто знает когда железные нервы сдадут и во что это выльется. А ревущих девочек в своей спальне мне успокаивать еще не приходилось.
Спустя примерно пол часа, она едва слышно ступая вернулась в спальню, ориентируясь на единственную свечу оставленную мной на прикроватном столике. Я притворился спящим, она же, едва слышно вздохнув, с трудом взобралась на высокое ложе и свернувшись на самом краю кровати замерла.
К своему удивлению спустя несколько минут, я услышал, как она задышала глубоко и ровно, по всей видимости заснув глубоким сном.
А я-то приготовился что от волнения будет ёрзать. Через какое-то время я, не сдержав любопытства, приподнялся и заглянул в лицо этой странной девочки. Она лежала, свернувшись клубком, густые волосы заплетены в косу, одна рука под подушкой, другая сжата в кулачок и прижата к груди.
Мари Лаво оказалась загадкой. Будучи бастардом одного короля, а впоследствии правой рукой другого, я сталкивался с разными людьми, по большей части с людьми без чести и достоинства. Да что уж там, вряд ли меня можно отнести к этим самым достойным людям. Я неплохо научился разбираться от кого чего ждать. Зачастую пары минут разговора достаточно чтобы определить, что из себя представляет человек. Хотя у меня на руках были собственноручно собраны данные на всех членов её семьи, но она оказалась неожиданно странной. Отец рвётся во власть и сговаривается с Ксандером, недальновидно, но объяснимо, мать покорна воле мужа и во всём помогает, даже лично ездила на встречу с герцогом Шонтдирийским для передачи крупной суммы денег на поставку оружия, две дочери Мари и Лола, прекрасно образованы, воспитаны и красивы, неплохое вложение. Я знаю даже то, что старшая леди Лаво скорее всего беременна в данный момент и как отчаянно Лорд Лаво жаждет сына и наследника. Чего я не знаю, так это того, почему их старшая дочь так идеально учтива.
Я усмехнулся своим мыслям. Видно заработался, раз воспитанная девочка вызывает такое недоумение. Но куда деваться если даже завтра с празднеств придётся ехать на встречу с осведомителем, заговоры плетутся и нарыв может прорвать в любой момент.
Под несбыточные мечты о внезапной смерти врагов я задремал.
Глава три
Прошло две недели с момента моего счастливого замужества.
 
Герцог Штондрийский не успел отправить послание отцу, точнее он прибыл как раз на празднество по случаю моей свадьбы с бастардом Башем, к счастью тетка успела предупредить меня и я под предлогом похода в уборную спешно отправилась за герцогом, он как и я рассудил что если отправлять послание то сейчас, пока король и его первый помощник заняты на празднестве, потому сразу прошел в свои покои и написал записку, я караулила под дверьми спрятавшись за колонну, обмирая от ужаса, что сейчас меня найдут и как я буду объясняться перед Башем или его величеством, но к счастью, герцог писал не так долго и не так много, как только долговязая фигура герцога блондина выскользнув из спальни проследовала во внутренний дворик где квартировали гонцы, в том числе и приглашенные, я тенью шагнула за ним. Там спрятавшись за конюшней, я ждала пока гонец с так необходимой мне запиской выйдет из барака гонцов, вот выходит невысокий тонкий юноша, вероятно чуть старше меня, я скользнула в тёмное нутро конюшни, стараясь создавать как можно меньше шума. И отсчитывала шаги и секунды, вот появляется тень, а теперь и сам паренёк, я резко сдуваю с ладони порошок вгоняющий в ступор на короткое время. С помощью этого порошка можно корректировать поведение человека через внушение. Я торопливо выхватываю из наплечной сумки гонца послание герцога и запихиваю своё, поддельное, и перенаправляю гонца в Ротшир к дальнему кузену с приветом и приглашением навестить отца на День Весеннего Цветения, почерк отца я подделывать научилась давно.
Затем аккуратно обхожу гонца, чтобы ни в коем случае не попасться ему на глаза, как только он придет в себя. И также крадучись на трясущихся ногах возвращаюсь обратно в зал. Баш внимательно оглядывает меня, слегка хмурится, но ничего не говорит и праздник продолжается.
И теперь мне остаётся только дождаться отца, дальше действовать по обстоятельствам. Смотря что он придумает предпринять относительно Лолы.
— А не мышка ли это Бове сидит в углу? — достаточно громко чтобы я услышала спросила одна из придворных дам. Этот оскорбительный вопрос и вырвал меня из очередных пока бесполезных раздумий.
— Точно она, я её и не заметила. — проговорила ещё одна.
— Не ты одна, если даже муж не замечает, то что про остальных говорить. — я стиснула зубы и проглотила очередное оскорбление.
Сколько их было за прошедшие дни, даже не сосчитать. Мне не нужно было оборачиваться чтобы узнать голоса моих ненавистниц. Фрейлины абсолютно ненужные двору без королевы или принцессы, они однако присутствовали при дворе, как личный цветник короля или вроде того.
— Как её заметишь если она как настоящая мышка тихарится по углам.
— Ну да, не повезло Башу, он ведь ярких любит, а эта. — презрительно хмыкнула леди Раена.
— Да Баш очень расстроен и потому всё чаще приходится его утешать. — леди Горзе.
Надо ли говорить, что каждая дама в чьей постели бывает мой муж считала своим долгом вытереть об меня ноги.
— Я как-то читала, что леди утешающие чужих мужей зовутся несколько неприличным словом. — доверительно поделилась я с соседкой по софе.
Затем поднялась и насмешливо оглядев притихших змеюк вышла из Белой Залы.
Я ничего не могла сказать, чтобы они отстали, ведь с той первой ночи, Баш больше не ночевал в своей спальне. Где он проводил свои ночи и с кем, мне потом рассказывали во дворце, я всегда неизменно улыбалась и насмешничала, но подобные насмешки изматывают. Но в последние несколько дней, я точно знаю, что Баша не было в замке. В народе волнения, и любой наблюдательный человек уловил, что во дворце сгущается напряжение.
Религиозные дрязги, как бы это ужасно не звучало. Но жрецы изо всех сил стараются перетянуть одеяло на себя. Они всегда это делали, но говорят появился агрессивно настроенный культ Бога-Отца, готовый на всё чтобы сделать своего бога верховным, они появились по началу незаметно, где то с полгода назад, но в последний месяц о них всё чаще слышно. Их группа набирает обороты по всей стране, остальные жрецы в смятении, их храмы и жрецы подвергаются нападкам со стороны фанатиков в первую очередь. До сего дня подобные попытки предпринимались, но так и не увенчались успехом. Каждый бог ответственен за свою сферу жизни народа. Бог-Отец за правосудие и порядок, Богиня-Мать за домашний очаг, Бог-брат за ремесло, Бог-сын за войну, Богиня- сестра за жизнь и смерть, Богиня-дочь за природу. И все жрецы работают и благословляют в своих направлениях. И вот появились очередные фанатики готовые на всё лишь бы их бога объявили главным. Но эти похоже перешли всякие границы, так как король неделю назад издал указ о казни всех фанатиков, нескольких поймали и казнили, но их предводителю удалось уйти. И подозреваю Баш отсутствует именно по этому поводу.