Так не бывает (СИ)

Все, теперь можно пробовать телефон — он так и был зажат у меня в руке. Рассмотрел его получше — старенькая модель, но это лучше всего — они очень живучие и сеть ловят еще лучше новых. Есть заряд, он работает! Надеюсь, здесь уже никто не засечет мой звонок — я помню, что уборщик предупреждал. Номер Виктории я недавно заносил в память своего телефона, поэтому смог его вспомнить.
Шум машин действительно был слышен, поэтому я пошел в его направлении, туда, где среди деревьев был просвет. Шел и набирал номер, ожидая: гудки или ответит? Не может мне так постоянно везти, она не носит телефон с собой каждую секунду, да еще номер незнакомый — может, она не отвечает на такие? Если она мне сразу не ответит, то ведь мое исчезновение скоро обнаружат, а найти меня в этом символическом леске — плевое дело. Можно еще позвонить секретарю по общему офисному телефону, его я тоже помнил — но, как представлю, что я должен буду ей объяснять… Вика, ответьте мне, пожалуйста!
Виктория
Человек пропал.
Я мечусь от «Надо вести себя, как обычно, чем ты ему поможешь, если будешь думать об этом каждую минуту? Сергей делает все, что возможно в таких случаях» до «Я ем, сплю, что-то делаю, а с ним в это время может происходить все, что угодно».
Телефон зазвонил. Незнакомый номер. Редко мне звонят не-пойми-кто, и я никогда по таким номерам не перезваниваю, но, раз уж звонят при мне, возьму трубку.
— Виктория, это я, Камаль…
— Ты где? — я голос узнаю, но не верю даже, что это он.
— Я около Н-ского шоссе, вроде бы, 85 километр, я где-то рядом, за деревьями… Вы … приедете? Пришлете кого-нибудь?
— Сейчас приедем. Ты телефон можешь не отключать? Там зарядки много?
— Я… нет, не очень много. Я позвоню еще или вы меня наберете? Вы передадите Сергею Анатольевичу, он приедет, да?
— Все передам. А ты…
— Нет, не отпустили, — он понял меня без слов. — Поэтому я вылезать на дорогу не буду.
— Давай, не высовывайся. Сейчас приедем. Если что-то случится, хотя бы на вызов нажми, хорошо?
— Да. Спасибо!
***
— Сережа, он позвонил. Да, даже не очень далеко, записывай адрес.
— Хорошо, выезжаю ребятам звоню, следом поедут. Ну, ты понимаешь, что не офисным — не надо их впутывать.
— Конечно, я понимаю. И я с тобой.
— Вика, я тебе в тот же момент отзвонюсь, как его найдут! — Сергей все-таки попытался отстоять свою позицию.
— Нет, я с тобой. Тем более, что это на мой телефон он звонил! — нашла оправдание я.
— Хорошо, понял уже, что не останешься. А, можно подумать, трудно телефон переписать! — не упустил случая съязвить он. — Тогда быстро собирайся!
Что там собираться? Телефоны, кошелек — и я собрана. Переодеться — джинсы-свитер-куртка. В последний момент кое-что вспоминаю и беру бутылку воды, пачку бумажных полотенец и большой плед с кресла.
***
Шел дождь, даже из окна машины было понятно, как холодно и промозгло на улице. Мы ехали на джипе Сергея, а чуть позади — те, кто нас сопровождал.
Сразу после того, как практически одновременно произошли два события: мы узнали про попытку шпионажа и пропал Камаль, Сергей пообщался со своими знакомыми и молча положил передо мной расценки агентства, действительно серьезно занимающегося охранной деятельностью. Наши офисные охранники на их фоне были чисто декоративными, впрочем, и функции они выполняли совершенно другие. Брать высокопрофессиональных и высокооплачиваемых сотрудников для рутинной работы я считаю бессмысленным — эти сотрудники либо потеряют свою квалификацию от безделья, либо, так же помаявшись от скуки, уйдут туда, где их навыки будут востребованы.
Но сейчас все расходы оправданны, поэтому для поиска и личной охраны мы наняли профессионалов, не экономя ни на чем.
Сразу после нашего разговора с Сергеем и после того, как Камаль не ответил на звонок, Сергей посмотрел в личном деле адрес и проверил квартиру. Никого. Никто даже не заходил, и документы не брал — то есть он даже не дошел до своей двери…
 
Его искали, но безрезультатно. Я сто раз уже пожалела, что в свое время не потребовала рассказать все, что он знал: все имена, фамилии, если он их слышал, описание внешности, где находился и как выглядел дом, в котором его держали. Без этого не было никаких зацепок. Точнее, они были, но сколько времени может понадобиться, чтобы практически всплошную перебрать город и область, какие бы профессионалы этим не занимались…
***
Километровые столбики быстро мелькают за окнами, уже подъезжаем к нужному километру. По обочинам дороги — деревца и кустарник с блестящими от дождя листьями. Я никого не вижу.
Впрочем, Камаль ведь не собирался выходить на дорогу, так что лучше позвонить. Надеюсь, нет никого рядом с ним, кто услышит звонок.
И тут телефон звонит сам:
— Вика, вы уже здесь?
— Да, мы подъехали. Ты где?
— Я вижу черный джип. Это вы? Я недалеко, с этой же стороны дороги.
— Да, мы. Я выйду сейчас…
— Так, сидеть! — это вмешался Сергей. — Я приоткрою дверь, а ты подходи. Слышить, Камаль? — повышает он голос, чтобы тот услышал. Камаль слышит, подтверждает, что понял.
Сергей набирает кого-то по своему телефону, говорит:
— Здесь остановитесь.
Через мокрые кусты пробирается человек. Если бы я не ждала Камаля, я бы его не узнала. Красивый парень с немного смущенной улыбкой, на котором недорогой костюм смотрелся как на модели — и тот, кто вышел, отводя в сторону мокрые ветки…
На нем только брюки, мокрые и грязные, ни рубашки, ни футболки — голый торс в каких-то темных разводах, и лицо — это царапины или серьезные порезы, мне издали не понять? Только серые глаза горят неверием и надеждой.
И идет он явно с трудом, похоже, что до этого полз, судя по грязным следам на коленях.
Сергей спрашивает по делу:
— Откуда ты вышел?
— Оттуда, — Камаль показывает рукой за деревья.
— И что там?
— Турбаза, похоже, заброшенная, старая, такая, как раньше были. Мы… пойдем туда?
— Ни в коем случае, — отрезал Сергей. — Быстро в машину. И, желательно, чтобы никто не знал, что мы вообще здесь были.
— Садись в машину сзади, — вступаю в разговор я. — Там плед, возьми.
Сама быстро лью воду на пачку полотенец и забираюсь тоже на заднее сиденье.
— Что с лицом? — спрашиваю я. Он улыбается одними губами. Даже от уголков губ идут порезы, кажется, глубокие, как бы не пришлось швы накладывать. — Потерпишь, если я тебе лицо вытру? Ты весь грязный…
— Если бы вы знали, насколько… — еле слышно говорит он, так тихо, словно мне померещилось. И, уже громче: — Конечно. Спасибо.
Даже не обсуждается, что мы едем ко мне. Никаких больниц, хотя, может быть, врача придется вызывать на дом.
— Сережа, мы ко мне едем? — уточняю я все-таки.
— К тебе, к тебе… Мне ведь ты это сокровище не доверишь.
Рядом поперхнулся смехом Камаль. Ну, если шутки понимает, не все так плохо.
А Сергей продолжал. Похоже, откат не только у меня и у Камаля, но и у него. А, может, это попытка разрядить обстановку:
— Правильно не доверяешь. Я бы его выпорол, реально. Ведь ты чисто случайно спасся, правильно? Я с себя тоже вины не снимаю и не постыжусь признаться, что мы тебя могли бы и не найти. А останавливает меня только то, что и себя выпороть бы пришлось — не предусмотрел, хотя, казалось бы, должен был предвидеть глупость молодецкую…
  
Глава 13
 
Камаль с сожалением посмотрел на кожаную обивку сидений:
— Я же все испачкаю…
— Аккуратный какой, — иронично восхитился Сергей.
— Конечно, это повод выйти из машины, — тоже усмехнулась Вика. — Подождешь следующую?
— Нет, с вашего позволения, поеду на этой, — подхватил ее тон Камаль. — С меня химчистка салона. На самом деле… с меня много чего. Если бы мне некому было позвонить, попросить — меня бы очень быстро нашли. Я вам жизнью обязан, Виктория, Сергей…