Так не бывает (СИ)

И возможность пересдавать тоже была не безграничной, хотя преподаватели входили в его положение, но и они не могли бесконечно делать исключения. Так что вылетел он на третьем курсе — удивительно, что это не случилось раньше.
Вернуться домой к папаше — увольте! Он специально переехал из их маленького городка в большой город — возможностей там гораздо больше, и не столкнешься ненароком с теми, с кем не хочешь.
А сейчас он искал, искал свою ошибку, уже собрал все чеки в файл и отложил — ну, тупой, похоже, если с таким простым заданием с первого раза не справился.
Через пару минут не выдержал, достал, просмотрел — скидки, елки-палки! Еще так эти суммы хитро спрятаны, как будто магазины сами их стыдятся. Все, вот теперь все сошлось!
Гордый собой, он посмотрел на часы на мониторе — до конца рабочего дня время еще есть. Ну, раз уж он такой умный, то можно посмотреть, что же его, с позволения сказать, хозяева хотели здесь найти. Вдруг он сразу поймет, в чем дело, тогда можно будет предупредить начальницу — и не так страшно и стыдно, что он все скрывал.
***
Вика хотела есть от слова «жрать», совершенно не гламурно.
Встреча с представителями банка проходила в их конференц-зале, предлагали кофе и чай, которые ей совершенно не хотелось, поскольку еду они не заменяют, тем более с конфетами. После встречи, взглянув на часы, она поняла, что как раз успевает в спортзал. От голода, вроде бы, еще не умерла, а если каждый раз находить причины и пропускать занятия, то лень расцветет пышным цветом.
Все, после занятия можно наконец отправляться домой. Правда, по дороге, благо крюк почти не надо было делать, она решила все-таки заехать в офис и забрать документы, которые ей должны были положить на стол уже во время ее отсутствия. И не дай бог их там не будет…
Далеко не факт, что она хотя бы откроет их, но всегда стоит быть оптимистом — а вдруг!
Но в приемной вдруг обнаружилось такое оживление, которого она совершенно не ожидала.
— А что, сегодня никто с работы не уходит? — удивленно прокомментировала она.
Здесь был Камаль, который еще час назад мог с чистой совестью уйти домой. Но если присутствие секретаря она еще могла объяснить — решил доделать какое-нибудь задание, он на испытательном сроке, поэтому вполне может гореть энтузиазмом — то Сергей со своими двумя подчиненными в картину совсем не вписывался.
— А теперь кто мне объяснит, что здесь происходит? — задала она уже не риторический вопрос.
— Можно, я расскажу вам, что произошло? — секретарь смотрел на нее с безумным облегчением, какой-то надеждой… Еще когда Вика вошла в дверь, он вскинулся ей навстречу и, кажется, не поверил своим глазам. Непонятно. Утром, когда она только пришла, он не настолько рад был ее видеть — обычная вежливая доброжелательность и готовность выполнять поручения.
— Ну, вначале я, все-таки, скажу, почему мы здесь и как я все это вижу, — подал голос Сергей.
— Коля стал в конце дня базы копировать, — продолжил он, принимая молчание за согласие выслушать его версию, — а для этого нужно, чтобы они были закрыты и с ними никто не работал. Смотрит — по серверу кто-то шарится. Он посмотрел права доступа, удивился и позвонил мне. Ну, и вот я здесь, вижу нашего парня, который лазает по базам и документам, совершенно ему не нужным. Ничего внятного он мне не ответил, а, учитывая, что работает он меньше недели, мне это что-то подозрительно. Правда, он вас просил позвать и утверждал, что все расскажет в вашем присутствии, — последнюю фразу он добавил после секундной заминки, видимо, раздумывал, стоит ли об этом упоминать.
Во время этой речи Вика взглянула на своего помощника — Камаль сидел почти белый, хотя казалось, что смуглая кожа до такой степени не бледнеет; но когда он ее увидел, то как будто расслабился, напряжение отпустило. Или просто смирился с чем-то?
Похоже, теперь он решился рассказать свою версию. Впрочем, какие у него были другие варианты?
— Я действительно пришел сюда не сам, меня прислали, — начал помощник. — Но я ничего не сделал, на самом деле! Я собирался рассказать, но все тянул… — тут он снова сник.
 
Когда Камаль начал свой рассказ, Вика указала глазами Сергею на его подчиненных, мысленно говоря: «пусть уйдут». Тот понял ее молчаливое указание и озвучил его:
— Ребята, выходите, подождите меня в кабинете.
***
Вика чувствовала, что ее охватывает холодное бешенство. Едва дождавшись, когда лишние люди выйдут, ибо отчитывать начальника при подчиненных — последнее дело, если ты не хочешь развалить работу изнутри, она ядовито процедила:
— Как же вы вовремя сработали, мальчики! Все раскрыли, все заговоры, блин, все разузнали! Поздновато, правда… это не о вашем ли стиле работы анекдот про террористов в самолете и ответ наземной службы: «Да, действительно, на ваш самолет пронесли девяносто килограммов тротила. Мы еще удивлялись — зачем им столько?».
Сергей слушал ее с каменным лицом, хотя Вика несколько сомневалась в глубине его раскаяния. Скорее всего, он был уверен, что своим вмешательством и неуместной жалостью она испортила ему все дело.
Хорошо, на самом деле, что она успела вмешаться, порадовалась про себя Виктория. Симпатии к Камалю Сергей не испытывал, а, учитывая, что того взяли на работу практически в обход всех правил — начальница захотела, и все! — учитывая это, безопасник наверняка хотел познакомиться с ним поближе. В такой ситуации моральная травма парню была бы гарантирована, физическая — будем надеяться, что нет…
А она как раз была пристрастна и почему-то уверена, что Камаль действительно им не навредил и не собирался это делать, а вот почему сразу не рассказал… да вот такой ситуации он и опасался, того, что ему не поверят, решат на всякий случай выбить правду.
Ну, что ж, Виктория собиралась подтвердить мнение уравновешенного профессионала о том, что женщины, тем более такие молодые, нелогичны, предвзяты и совершенно не подходят на должность руководителя. Забавно, но ей сейчас было наплевать на чужое мнение, решения здесь принимает она, так же, как и отвечает потом за их последствия.
— Этот человек — практически моя собственность. Только не говорите мне, что вы этого не знали, — она спокойно посмотрела на безопасника. О ком идет речь, всем было понятно. Да, ее слова отдают рабовладением, но сейчас она скажет именно то, что думает. — У него есть обязанности, но есть и права: я его защищаю. Даже если бы вы застали его с ведром бензина, пытающегося поджечь мой дом или офис, вы должны были только отобрать бензин и связать его, и дожидаться меня! Кому непонятно то, что я сказала?
Про себя Сергей, наверное, ее материл, но не посмел сказать ни слова против. Перед Камалем она вряд ли уронила авторитет не последнего человека в их фирме, потому что он, кажется, не слышал большей части сказанного. Про себя Вика подумала, что вряд ли он вспомнит и повторит хотя бы десятую часть услышанного и увиденного. И это было плохо: что-то с ним происходило, что-то и раньше случилось такое, что объясняло этот потусторонний взгляд и погружение в себя.
Своей интуиции Вика доверяла, как и чутью Сергея — если бы тот на самом деле считал, что новый сотрудник не тот, за кого себя выдает, то он бы все-таки раскопал его прошлое и доказал Вике, что она не права, притащив на работу кого попало с улицы. Конечно, сейчас Сергей в некотором шоке от своей промашки, поэтому парня здесь она не оставит. Конечно, тот ей все расскажет, куда он денется, но вот чем угодно можно поклясться — дело не в шпионаже или попытке диверсии; ну, или не только в этом.
— Делай что хочешь, Сережа, но парня я у тебя забираю. Он мне все расскажет, я не сомневаюсь, но — дома. У меня дома. И ты сам понимаешь, что возможностей навредить у него до этого было предостаточно, — предупредила она его возражения.
— Я сам это понимаю, — нехотя ответил Сергей. — И не понимаю, в чем тут дело, не такой уж он хороший актер, чтобы я ничего не почувствовал. Биографию его проверял, но недостаточно хорошо, видимо. Хорошо, давай так — я вас отвезу к тебе и оставлю. Где у тебя там видео — сама знаешь; на мое присутствие при беседе ты, как я понимаю, не согласишься?