CULVER (СИ)

Он так хотел увидеть ее тело, ее душу, чтобы она просила его, чтобы целовала и рассказывала ему свои сны, гуляла с ним под палящим солнцем и показывала свои любимые места в замке. Он просто хотел быть с ней и душой, и телом. И видит Мерлин, он долго терпел.
Как ярко красная вспышка перед глазами пролетает ее фигурка в облегающем платье. Они решили устроить вечеринку в их гостиной в вечер субботы, и это стало для Тео началом конца. Потому что видеть ее такую красивую, с алыми губами, на каблуках, с высокой прической, и не подойти было невозможно.
Ноги сами его несли к ней, и он врос в пол в пяти сантиметрах от нее, ненароком касаясь тонкой талии, пока она общалась с сокурсниками.
Гермионе на самом деле не очень удобно в этом платье. Его ей подарила Джинни перед поездкой в Хогвартс, и она честно думала, что не наденет его до выпуска. Но вот прошло лишь два дня, а она уже в нем, впервые пьет огневиски, нарушая устав школы. Весь седьмой курс здесь, и некогда довольно просторная гостиная теперь еле вмещает в себя молодых волшебников. Когда спустя час веселья и разговоров кто-то предлагает сыграть в «Правду или действие» с новинкой близнецов — зельем правды, не таким сильным, как Веритасерум, но похожим по действию, — Гермиона вообще не думает, что может случиться что-то из ряда вон.
Поэтому когда бутылочка указывает на нее, и она выбирает «правду», Панси, хитро ухмыляясь, задает свой роковой вопрос:
— Грейнджер, кто из присутствующих здесь парней тебе нравится, как мужчина?
И задала же, лиса, такой вопрос, специально уточнив, что да как.
Гермиона с готовностью открыла рот, чтобы привычно сказать, что никто, но…
Взгляд темно-зеленых глаз прожигал в ней дыру весь вечер, и сейчас, под взглядами остальных, его взор был самым пытливым. Он будто один-единственный из всей толпы смотрел на нее и ждал ответа.
— Мне…
Она не могла, Мерлин. Зелье заставляло ее сказать, соврать не получится. Какой позор. Она прикрыла лицо руками, тихо шепча:
— Тео. Мне нравится Теодор Нотт.
На самом деле, никто особо не удивился, к ее большому изумлению. Рон лишь фыркнул, а Гарри хитро переглянулся с Джинни, будто они знали какой-то секрет. Даже Панси сказала, что-то типа: «О, мы все через это прошли, добро пожаловать в наш клуб», поэтому игра продолжилась, и Гермиона даже расслабилась, стараясь смотреть строго на бутылочку.
Когда та остановилась на Малфое, и он выбрал «правду», Гермионе захотелось отыграться на слизеринцах. Раз уж она краснела, то теперь пусть принц Слизерина испытает то же самое. Вопрос был заранее приготовлен.
— Малфой, кто из присутствующих девушек нравится тебе в романтическом плане?
Вся свободная женская аудитория поддержала ее вопрос. И Гермиона взяла в руки стакан, чтобы сделать глоток, потому что ее попросили задать именно такой вопрос, если получится — на самом деле ей это было не интересно. Поэтому когда он говорит:
— Ты, — все молчат. — Мне нравится Гермиона Грейнджер. И…
Она давится и в шоке смотрит на него, быстро обдумывая услышанное. Это не может быть правдой.
— Ты, по-моему, перепутал… — Рон начал говорить, но Гермиона прервала его:
— На самом деле, я могу вам объяснить, ребята, — громко говорит она, поднимая руку вверх. — Все вы знаете, что было в Малфой-мэноре? — яростные кивки быстро прошлись по толпе. — Так вот, Малфой просто чувствует вину за то, что не спас меня, поэтому его мозг думает, что у него ко мне чувства, и просто хочет защищать. Я… я ходила к психологу — это маггловский колдомедик, который лечит душу, — он объяснял мне, как это происходит. Поэтому я не считаю, что Малфой имеет в виду то, о чем вы все думаете, — все, выдохнула. — Он действительно путает.
Малфой выглядел испуганным, как олень, пойманный в свет фар. Он медленно вздохнул, но промолчал, делая глоток огневиски. «Какая она все-таки умная», — ухмыльнулся про себя. И храбрая — защищает его от всех, лишь бы про него ничего лишнего не подумали. Вот же…
Гермиона улыбнулась, ведь раньше Малфой бы плевался ядом и кричал, что близнецы Уизли отравили его. Что же, этот Малфой ей нравился больше бесполезного папенькиного сынка. Она ободряюще посмотрела на него и хотела продолжить, но.
 
— К тому же чистокровный, влюбленный в грязнокровку… вам самим не смешно? Это просто долг перед ней и все, — медленно сказал Малфой, смотря ей в глаза. — А в романтическом плане мне нравится Панси Паркинсон, я просто не так выразился.
Нет, все же это еще тот самый старый Малфой, а ведь она почти поверила. Грейнджер усмехнулась, теперь тоже смотря ему прямо в глаза. В его льдистые глаза. Он до сих пор называет ее грязнокровкой, Мерлин. Война будто бы обошла его стороной, и на секунду, на секундочку стало так обидно, что она оправдывала его в суде, что она поверила в него, наблюдая эти несколько дней, что он стал хорошим человеком. Но его «грязнокровка» снова вернуло все на круги своя.
— Кровь ничего не значит, — сказал тихий, но твердый голос.
Она резко отвела глаза от Малфоя и тут же почувствовала руку на своей ладони. Тео. Смотрит на нее, улыбаясь, и при всех говорит, что…
Что?
— Мы все кого-то потеряли на этой войне из-за глупых предрассудков, основанных на мнении жалкого, одинокого придурка, решившего, что он может распоряжаться чужими жизнями. Салазар Слизерин не принимал в наши ряды маглорожденных, только потому что боялся их, и теперь на нашем факультете есть дети, чьи родители не волшебники. Так хочешь сказать, Малфой, что шляпа — древнейший артефакт, созданный Годриком Гриффиндором, ошибается в своем выборе, и они не достойны?
Малфой молчит, сжимая кулаки, смотрит прямо в это мерзкое, улыбающееся лицо Нотта.
«Ради своей жалкой грязнокровки решил резко поменять мнение? Какой ты двуличный. Сам же смеялся над ней из-за ее крови, восхваляя свою, кристально-чистую и ценную. Без грязи».
— Они достойны, — прошептала Панси, поднимая голову, — это была глупая идеология. И мы заплатили за это сполна.
— Темный Л-лорд, Том Реддл, — Гарри немного заикнулся, но все равно прямо посмотрел на Малфоя, — был полукровкой. Его отец был маглом, а мать жертвой длительного инбридинга поколений Слизерина. Он не был чистокровным, а маглорожденных он ненавидел, как и маглов, не потому что думал, что лучше них, а наоборот: из-за Второй Мировой войны он боялся, что фашисты скинут на его приют бомбу… и убьют его. Он боялся их и оттого ненавидел. Он был полукровкой и сильнее любого чистокровного наглеца. Я думаю… если бы у него была любящая семья, то сейчас он был бы на одной ступени с Дамблдором…
— В любом случае, — Драко откашлялся, — наши отцы не позволят нам жениться и выходить замуж за гря… маглорожденных. Поэтому такие вещи недопустимы среди чистокровных. Кем был Реддл, мне похуй. Таково мое мнение. Максимум это может быть любовница или любовник, — и скрестил руки на груди, смотря на бледную Грейнджер.
«Да-да-да, Грейнджер, именно так, он никогда не женится на тебе. Твой Нотт просто трахнет тебя, использует и женится на какой-нибудь Гринграсс, а ты будешь пускать сопли, окруженная своими друзьями-гриффиндорцами. Что он уже успел тебе напеть, интересно? Если ты так сильно побледнела, то точно успел что-то сказать, во что ты поверила, наивная дура».
Наивная грязнокровка.
— Мерлин, Драко, ты, правда, думаешь, что твои деды и прадеды женились исключительно на чистокровных? — Блейз рассмеялся, пытаясь сгладить напряжение в воздухе. — Давайте закроем тему и просто будем наслаждаться вечеринкой. Я вижу, что у кого-то пустой бокал!
Шепот обсуждения мгновенно стих, и вечер, хоть и не так весело, но продолжился. Все уже устали от первых дней учебы и отвлекались на пустую болтовню.
— Так твой отец не допустил бы твою женитьбу на человеке, которого ты любишь, Малфой? Даже если бы это была маглорожденная ведьма?
Грейнджер стояла прямо перед ним с полупустым бокалом и напряженно всматривалась в его зрачки, переминаясь на каблуках. Он даже не заметил, как она подошла к нему, и очень удивился. Она была пьяна — это было заметно сразу. Драко быстро огляделся в поисках Нотта, но тот увлеченно что-то рассказывал Блейзу и Джинни Уизли и не смотрел в сторону Гермионы.