CULVER (СИ)

Ее трясло в предоргазменной неге, пока кончик пальца — одного единственного — двигался внутри нее, а другая ладонь слизеринца натирала ее клитор в бешеном ритме, растирая ароматные соки. Она текла как ненормальная, будто находилась под возбудителем; она слышала запах собственных выделений и хриплое прерывистое дыхание Нотта, но не могла ничего сделать, да и не хотела. Горло перехватило от крика, слезы выступили на глазах — она думала, что вот-вот описается, потому что никогда в жизни не испытывала подобной стимуляции.
Струна натянулась и будто лопнула, принося блаженное освобождение и отказ от всех забот мира. В голове стало необычно пусто, и ее выгнуло дугой в его руках, пока мышцы внутри влагалища панически сжимались и разжимались.
Она кончила и затряслась, не сдерживаясь и стеная в голос. Это было так странно, запретно и унизительно. Гермиона была покрыта потом от напряжения, рубашка прилипла к телу под толстым свитером, бедра влажно терлись друг о друга, а Тео все продолжал ее гладить там, будто не мог успокоиться.
— Какая ты мокрая, малышка.
Гермиона почувствовала, как он убрал одну руку, и скосила затуманенный взгляд на его лицо: он с улыбкой облизывал пальцы, будто предугадывая момент, когда она на него посмотрит.
— Такая сладкая девочка, хочешь попробовать?
Не дожидаясь ее ответа, он поднял ее к себе на колени, и она села влажной киской на его брюки и отметила, что они уже были покрыты влажным пятном от смазки — ее или его — она решила не думать. Он прижал ее к себе и медленно поцеловал, языком передавая ее же сладко-соленый вкус, погружаясь глубже, чем обычно, будто трахая ее теперь в рот и не отпуская. Руки, связанные галстуком, были плотно прижаты к его груди, и ладонями Гермиона ощущала, как сильно и ненормально быстро бьется его сердце.
Он медленно выпустил ее рот из плена и тихо зарычал, когда она проехалась по его члену влажной кожей.
— Тео, ну, пожалуйста, я хочу помочь Нарциссе, — зашептала Гермиона, пальцами выводя круги на его груди, и, медленно качаясь, двигалась на его члене сквозь брюки, как наездница.
Ему так хотелось расстегнуть ширинку, отодвинуть белье и насадить ее на себя — такую горячую, готовую к нему, расслабленную после оргазма, но он знал, что она после будет жалеть, ничего ему, конечно, не сказав.
Она будто издевалась над ним, двигалась размеренно, пачкая его своими соками, и целовала в шею нежными губами, сжав рубашку в маленьких трясущихся кулачках.
— Не знал, что ты любительница фроттажа, — усмехнулся Тео, сжимая ее голую упругую задницу и будто бы насаживая на себя. — Блять, Гермиона…
Она надавила еще сильнее и потерлась интенсивнее, будто в отместку за все его издевательства, что она перенесла ранее. Юркие пальцы уже давно расстегнули его рубашку, пусть и медленнее обычного с завязанными руками, но ее ноготки уже царапали его пресс и резинку белья.
— Сука, — он дернулся под ней и сильно прикусил шею, стискивая пальцами кожу ягодиц до боли.
Гермиона чувствовала, как под ней разливается горячая жидкость, заливая его белье и брюки. Он кончил от обычного трения и поцелуев.
Вау.
Просто вау.
Гермиона покраснела, довольная собой.
Тео закрыл глаза и закусил губу, будто стесняясь того, что произошло. Но, черт, у него было высокое либидо, и если раньше он занимался сексом чуть ли не каждый день, то теперь не занимался им вообще. Был лишь легкий петтинг с Грейнджер, который не давал и малой доли освобождения молодому организму.
Она медленно отползла от него, а он, замерев на месте, смотрел, как она отодвигается все дальше и дальше по дивану. Гермиона села на колени, юбка сокрыла ее интимные места, но Тео обратил внимание на влажность между бедер, когда она отползала.
Взяв в руки палочку, она взмахнула ею, освобождая руки от галстука, и со стыдом посмотрела на Теодора и его мокрые брюки. Мерлин, чем они только не успели заняться на этом бедном диване.
— Ты в порядке? — спросил он, прикуривая сигарету из лежащей на диване пачки, что выпала из рубашки, и даже не пытаясь убрать мокрое пятно с брюк.
 
Она кивнула, внимательно наблюдая за ним, и все никак не могла перестать смотреть на…
— Хочешь попробовать меня?
Он улыбнулся и поманил ее рукой, поспешно выпуская дым в потолок. Она сошла с ума, не иначе — по-другому не объяснить, почему она оказалась на полу перед ним и расстегивала дрожащими пальцами его ширинку.
Член гордо стоял, все еще скрытый бельем, что она не успела сдвинуть, будто Тео не кончил пару минут назад, и Нотт усмехнулся, снова затягиваясь. Головка немного выглядывала из-под трусов, натягивая резинку, а живот и пресс были обильно покрыты спермой.
— Я достаточно ненасытный, малышка.
Она кивнула и провела языком по влажной ткани, надавливая на то место, где виднелась крупная головка. Он запрокинул голову и закрыл ладонью глаза. Лизнула еще раз сильнее, по всей площади, смачивая слюной еще больше.
Рукой быстро отодвинула мешающую тряпку и уставилась на член, покрытый разводами спермы и прекума, лизнула терпкую жидкость, отдающую горечью, потому что Нотт курит, и вобрала самый кончик в тепло собственного рта.
— Нравится сосать член, Грейнджер?
Он потрепал ее по щеке, как хорошую девочку, и взял ствол за основание, надрачивая себе. Кончить в ближайшее время будет трудно, но кто мог помешать ему просто наслаждаться играми с его малышкой.
Она сощурилась и мило ему улыбнулась. Вот же чертовка.
— Нравится.
Она снова лизнула его головку и пальцами сжала его собственные, подстраиваясь под ритм.
— Если ты думаешь, что я из-за этого соглашусь на твою авантюру с Малфоями, то ты сильно ошибаешься.
Обида разлетелась в ее глазах, как осколки разбитой вазы. Конечно, Гермиона, нельзя же помогать всем подряд.
— Я все равно помогу им, — она снова улыбнулась, нагло, и вобрала в рот почти до самых пальцев, что держали член у основания.
Она то набирала скорость, задавая быстрый темп, то замедлялась, отдыхая и нежно двигая языком под головкой. Она так превосходно делала минет, что Тео, если бы так хорошо не знал свою Грейнджер, думал о том, на скольких членах она успела потренироваться.
Ее губы сильно растягивались на его не малом размере, и он подумал о том, каково будет просто положить ее на кровать, связать и трахать ее обжигающее горло, держа за волосы и насаживая на себя.
— Куда ты хочешь: в рот или на лицо? — предупредил ее Тео, и она в ответ лишь сильнее сжала губы, не отодвигаясь.
Он с удовольствием смотрел, как она откидывает мешающие волосы со лба, крутит задом, который, наверное, до сих пор горел после порки, и как ей было неудобно стоять на коленях так долго. Но она не жаловалась, а лишь двигала головой и изредка стреляла взглядом из-под ресниц.
Черт, сейчас…
Он сжал ее волосы, откидывая со лба, и видел, как она напряглась, когда горячие струи ударили ей в рот, и смотрела прямо ему в глаза, сглатывая и облизывая красные губы.
Ненормальная. Мерлин, она такая же чокнутая, как и он.
Она отодвинулась, вытирая рот и улыбаясь ему, пока он бездумно гладил ее по щеке.
— Ты прекрасно справилась.
Он взмахнул палочкой, убирая беспорядок с себя, и спрятал член в брюки, сразу же помогая ей подняться с колен и прижимая к себе.
— Я хочу подняться в спальню, — зевнула Гермиона и сонно потерла глаза.
— Я могу остаться с тобой?
Он знал, что она откажет, но, возможно, после случившегося между ними, она…
Гермиона покачала головой и поднялась по лестнице, тихо желая спокойной ночи.
Тео стоял посреди гостиной и курил. Часы показывали час ночи, но спать не хотелось совсем.
Он тихо рассмеялся, почему-то чувствуя себя использованным и глубоко несчастным из-за ее отказа.
Будто он мальчик для секса и все.
Но он знал, что виноват сам, и что даже пустив в свои трусики, Грейнджер еще не доверяет ему настолько сильно, чтобы позволить спать рядом с собой на подушке. Она отдавала контроль ему лишь в интимных играх, а в жизни почти не уделяла ему внимание, пропадая в библиотеке с девчонкой Уизли или с Поттером на заднем дворе.