ТЫ ИЯ (СИ)

  
Глава 4
 
Совещание затягивается, информативность сокращается с бешеной скоростью, децибелы возрастают, еще немного и станет неприлично громко. Единственный плюс, в такие моменты занимайся, чем хочешь. Вот я и занимаюсь, продумываю вопросы для допроса, очень важно — не давить слишком, как показывает практика, в дружественной атмосфере люди более разговорчивы. Даже сами того не замечая.
— Ия Игоревна, а что вы скажите? — Станислав Валентинович, заместитель начальника, курирующий мое направление, открывается в кресле и впивается серьезным взглядом. Все замолкают. Полагаю, причина в том, что они немного удивлены. Совещание проходит по теме, которая совершенно ни меня, ни начальника моего отдела, ни отдела в целом. Я тут просто, как и все заместители начальников отделов, просто для мебели, — Или может, вообще не слушали?
— Если бы согласиями занимался мой отдел, то больший упор мы бы сделали на официальные информационные письма, с формами и разъяснениями. Отправка одного письма на предприятие, свыше ста человек, например, не так энергозатратна, как личный обзвон физических лиц. Лично б меня, как минимум, удивил звонок от сотрудников структур с непонятными мне просьбами. Но письма уже направлены, наверное, сколько месяцев занимаемся уже, — по лицу собеседника вижу, что нет. Ну и ладно.
Заходя в кабинет, откидываюсь на своё, надо сказать новое кресло. Остается только поражаться тому, как быстро нашлось, хотя заявка висела несколько месяцев. Может и столы заменят? Мечтай, конечно, Июшка дальше.
— Вы долго, — констатирует Таня, — Опять балаган?
— Естественно, — даю себе минуту отойти от шума, — Сейчас шла по коридору и Сережу встретила. Забыла, как здороваться днем. Начала говорить «доброе утро» и поняла, что уже не оно, а другого не могла вспомнить. Хорошо он первый поздоровался, а я подхватила, — мне определенно смешно. Девочки же напрягаются.
— Опять голова?
— Да ну брось, просто я очень «люблю» совещания. Заряжаюсь от них.
Выпрямляюсь. Как только тянусь к клавиатуре, раздается звонок по внутреннему.
— Здравствуйте, Станислав Валентинович, — жаль не очень рада вас слышать.
— Ия, зайди, — и хоть быть не в духе, это его обычное состояние, каждый раз меня напрягает пропускать этот негатив через себя, — Сейчас.
В приемной, сразу открываю дверь в его кабинет. Стучать — нельзя. Начальник параллельного отдела, одна из немногих тут, кто дает дельные советы. Большинство бы просто ждали, когда же на меня наорут. Высшее руководство, как и Станислав Валентинович, не любят когда стучат, два других зама наоборот, запомнить это могут не все, как и спокойно разговаривать, поэтому копилка слухов регулярно пополняется новыми историями.
— Ты быстро, Ия — откладывает телефон, и снова смотрит своим излюбленным взглядом, — Присаживайся. Хотел обсудить ДЭПОВ.
— Давайте обсудим, — стараюсь говорить не слишком флегматично. Я же вроде как заинтересована, но эти сборы проходят каждый день, и сказать, что я устала, ничего не сказать. Все то, что мне советуют, давно не только сделано, но и результаты получены.
— За документами спустишься?
— Я все помню. Все одиннадцать контрагентов. Как родные.
— Удивительно, — он так часто произносит это слово, что иногда мне кажется, что специально. О моей травме всем известно. Спасибо начальнику отдела кадров, понятия личной информации у него нет.
— Станислав Валентинович, проект Вы, я думаю, уже успели изучить. В плане доказательной базы там все ровно, с аудитом — согласовано. Для меня вопрос стоял только в одном, стоит ли оно того, на полную катушку. Мою точку зрения Вы знаете, лучше со ста по десять миллионов, чем с одного миллиард. Это много, слишком. Не только для города, для региона в целом. И за то время, пока мы по всем судам с ними протащимся, а там будет и Верховный, я уверена, игра стоит свеч, мы бы успели поработать со множеством других. А так, — пожимаю плечами, — Я не сторонник обанкрочивания.
— Этих так не обанкротить, — отмахивается, будто говорю сущую глупость, — Заплатят. Ты как маленькая. Неужели масштабов не понимаешь?
 
— Если честно, мне все равно. Что касается деятельности организации, судя по тому, что я вижу, сумма значительна. А что касается учредителей, — медлю, потому что перед глазами прожигающий взгляд Гайворонского мелькает, отчего немного передёргивает, не привыкла я о чужих мужчинах столько думать, — Их финансовое положение меня не касается.
— Ну тогда я тебе скажу, суммы там даже на счетах за небесные, — уровень злости в крови Юрьева явно возрос.
— Гайворонскому даже субсидиарную тут не предъявить, а Янсон, — говорим об очевидных вещах, мне так жалко времени, — Вы все знаете сами. Наше сложное, можно бы было даже за счет дебиторки взыскать, и все бы работали. Тысяча рабочих мест. Как хорошо, что решение принимала не только я, — как можно добрее улыбаюсь.
Юрьев качает головой:
— Тебя, если что, это не спасет.
— В этом точно не сомневаюсь. Можно уже идти? — спрашиваю, а сама уже поднимаюсь. Социофоб во мне просыпается, даже глазки уже открыл.
— Скинь мне актуальную аналитическую, в обед ознакомлюсь. Иди.
  
Глава 5
 
Страх сковывает сквозь сон. Практически сразу после пробуждения я начинаю осознавать, что это не реальность, но полностью успокоиться не получается. Всё потому что это не плод фантазии, а воспоминания. Онемение пальцев и боль в ладонях отрезвляют, немного. Способ успокоиться мне известен только один.
Путь до спальни Егора преодолеваю за считанные секунды. Кому расскажи — засмеют, не ребенок приходит к маме, когда ночью становится страшно, а наоборот. Благо Егор относит к этому снисходительно, ему даже нравится, чувствовать, что он меня защищает, пусть и от самой себя. Панические атаки прекратились сразу же после переезда. Но в те моменты, когда я слишком устаю морально, снятся кошмары. Полагаю, что нервная система просто не справляется.
Отпускать рабочие моменты дома у меня выходит не всегда, точнее вовсе нечасто. По квартире, то тут, то там, можно найти заметки, которые я записываю, как только что — то полезное приходит в голову. Особенно часто мысли приходят перед сном. Или накручиваю себя по той или иной рабочей ситуации, не понятно зачем. Слишком увлекающаяся натура. И вот когда приближается точка кипения, наступает «бум». Мозг решает перезагрузить систему, а самый действенный способ избавиться от ненужных переживаний и страхов — заменить их другими, более сильными и значимыми. Что — что, а расставлять приоритеты меня жизнь научила.
Тихонько приземляюсь рядом с Егором, аккуратно обнимаю его со спины. Он тут же реагирует — поворачивается, закидывает на меня ногу, находит руку своей, и начинает гладить. Скажите тяжело уснуть, когда тебя по одному месту поглаживают? Нет, я усну, за милую душу. Хотя пару лет назад, это была одной из причин, почему он стал спать отдельно, его поглаживания, зачастую переходят в почесывания, да такие яростные, что и кожа может слезть. Но сейчас — то что надо.
— Ты опять грозы испугалась? — слышу над ухом довольный голос сыну, ну точно, горд собой. Когда первый раз он обнаружил меня утром в своей постели, шел дождь, и он решил: мама боится! Я причин для переубеждения не нашла, — Доброе утро, мам, — Гор целует в щеку и обнимает за шею. За это нежное ощущение я готова душу продать.
— Да, заюшкин. Опять испугала, — обнимаю в ответ, — Доброе утро, мой спокойный сон.
— Всегда приходи! Можешь и светильник включать, если очень страшно. Или меня разбуди.
Где вот я найду такого заботливого мужчину, особенно если не ищу.
— Достаточно тебя обнять, и засыпаю без страха, родной. Поразительно действуешь.
— Арина тоже говорит, что со мной не страшно, — не часто он бывает таким довольным с утра.
— Видишь, вдвоем с Аришей мы точно не можем ошибаться. Это значит — ты надежный.
— Надежный…, - Егор задумывается, будто прикидывает, хочется ли ему быть этим самым надежным.