Я из ДМ (СИ) 8

Я обернулся и…
Женщины не было!
Неужто сиганула?
Ноги тут же затормозили. Я ломанулся было назад и в этот момент ощутил, что слева кто-то есть. Зацепил буквально краем глаза. Тут же отпрыгнул в сторону и чуть пригнулся, принимая боевую стойку. Стоящая ранее женщина теперь находилась рядом и печально смотрела большущими глазами на меня. Смотрела так, как будто я занял месяц назад крупную сумму денег и теперь не собираюсь отдавать.
Интересно, какое личико под медицинской маской? Наверное, симпатичная, а маску носит, чтобы не заразить кого-нибудь насморком или гриппом. Или ещё какой эпидемиологической заразой. Грудь выдавалась вперед настолько, что я невольно почувствовал желание накрыть её ладошкой и примерно узнать размер чашечек бюстгалтера.
И как она смогла так быстро переместиться из того места, где находилась ранее? Я же не слышал ни шуршания шелка, ни звука шагов.
— Госпожа, я могу вам чем-то помочь? — спросил я, слегка запыхавшись.
— Скажи, красива ли я? — спросила женщина звучным грудным голосом.
Ох, таким голосом обычно разговаривают женщины из службы «Секс по телефону». Не то чтобы я слышал лично… По телевизору видел!
— Все женщины по-своему красивы. Кто-то ценит красоту ума, другому нравится походка, один кайфует под ресниц обман, а кто-то прется от колготок, — со смешком ответил я. — Вы красивы, госпожа, если вы это хотите услышать. И вам, такой красотуле не следует шоркаться по ночам на набережной. Тут ведь и обидеть могут…
— Я сама могу кого хочешь обидеть, — чуть сощурилась женщина. — Значит, говоришь, что я красива?
Вроде бы не пахло от неё саке. Неужто нарвался на проститутку? И сейчас она заманивала симпатичного клиента? Я не то чтобы ханжа, не осуждаю девчонок, которые хотят заработать на хлеб тем, что им дала природа. Однако, сам я предпочитаю завоевать женщину и получить то, что предлагают проститутки, совершенно бесплатно.
И нет, я не жмот! Я всего лишь охотник. Один из тех, кому нравится процесс укладывания женщины в кроватку. Вот когда женюсь, тогда остепенюсь, а пока что… Пока что удовлетворяю животные инстинкты с податливыми жертвами.
Слушайте, а может это нимфоманка? А что, бывают же такие охотницы до мужского достоинства, которых хлебом не корми, дай только мужчика оседлать? Вдруг это одна из таких?
Японское общество очень сковано и закрепощено. Истинный японец старается не проявлять чувств на людях, поэтому хрен по ним разберешь — что им хочется в данный момент. Зато ночной мрак может скрыть лицо. А маска поможет мраку ещё больше раскрепостить тело.
Что же, надо тогда сразу выяснить — проститутка передо мной или свободно гуляющая нимфоманка. Надо включить быдловатого гопника. Если от меня нужны деньги, то дамочка стерпит, а я помчусь дальше, а если второе, то она оскорбится и пошлет меня подальше.
В любом случае, я пойму — кто передо мной.
— Нарываетесь на комплимент, госпожа? Тогда скажу, что вы мне нравитесь. У вас неплохая фигура, сиськи на уровне, жопа что надо. Если бы вы были лошадкой, а я жеребчиком, то оседлал бы вас да ещё бы игогокал изо всех сил.
— Что? — захлопала глазами женщина.
— Что слышали, госпожа. Вы же хотели правду, так я её и говорю. Трахнул бы вас с удовольствием, это да… Вот только денег у меня нету, — я вывернул карманы. — Не беру на пробежку. Вот если поверите в долг, тогда я чпокну вас разок… на полшишечки.
— Какой же ты хам и наглец…
Женщина чуть отступила. Она явно не ожидала такого развития событий. А я развлекался вовсю — нечего было меня пугать и незаметно появляться сбоку.
Она вздохнула, явно успокаивая себя, а потом потянула за медицинскую маску на лице. Маска сползла и на меня взглянула женщина с разрезанным ртом. Вот прямо-таки Джокер из Бетмена, только в женском обличье.
— А теперь я тебе нравлюсь? — женщина достала из кармана ножницы.
В моей голове щелкнуло. Похоже, что я имею дело с психопаткой. И сейчас меня почикают здоровенными ножницами. На маникюрные они походили точно также, как котенок походил на танк.
 
Эх, давненько я не дрался с женщинами…
— Если есть у бабы рот, значит баба не урод. Если есть п.зда и жопа, значит далеко пойдет, — вырвались у меня слова из песни хулиганской группы «Мальчишник».
Слова вырвались сами собой, как будто отражение мыслительного процесса.
— Чего? — недоуменно спросила женщина.
Я наблюдал, как разрезанные края рта размыкались и смыкались.
— Чего-чего… нормальная ты. Да, рот немного широковат, но это явно не по размеру взяла… — снова вырвалось у меня.
Похоже, что это темная энергия выплескивает из дальних уголков сознания слова. Вот прямо-таки находит что-то грязненькое и вытягивает наверх.
— Ты в своём уме? — озадаченно спросила женщина. — Вообще-то я Кутисакэ-онна.
— Ну это… Тогда поздравляю, — хмыкнул я в ответ.
Кутисакэ-онна… Я слышал про эту женщину. Она тоже из онрё — мстительных духов. Насколько я про неё знаю, она в своё время была писаной красавицей. Все мужики на неё заглядывались, а вот её муж… В общем, ревнивец до такой степени извел себя, что взял, да и обезобразил свою суженую. Разрезал ей рот, как у «человека, который смеется».
После смерти женщина возродилась и начала мстить всему роду человеческому. Останавливала человека на улице и спрашивала: «Я красивая?» Если человек отвечал отрицательно, то сразу же отчекрыживала голову ножницами, а если отвечал утвердительно, то снимала маску и показывала кошмарный рот. После этого воспрошала: «А так?»
И тут снова либо смерть на отрицательный ответ, либо она делала ту же самую операцию, которую с ней сотворил ревнивый муж. Можно было как-то от неё убежать, вроде сказать, что она обычная и тогда Кутисакэ-онна задумается над ответом. Можно ещё какими-то вопросами сбить с толку, но я их не помнил. Да и не собирался я убегать. Что она может сделать человеку, который запросто может менять личность?
Напугала ноппэрапона голыми ножницами…
Сможет изуродовать лицо? Так я восстановлю его и всех дел. А вот отрезать голову… Да вот хренушки! Вроде по ответам я сделал всё правильно и отступать от правил ей не позволят те рамки, в которые она сама себя загнала игрой в вопросы и ответы. Остается только заморочить ей голову, да и бежать дальше.
— С чем ты меня поздравляешь, незнакомец? — наклонила голову Кутисакэ-онна.
— С тем, что встретила соратника и собрата по несчастью, — вздохнул я и провел рукой по лицу, как будто стирая косметику. — Мы с тобой одной пасти, сеструха, ты и я…
Под моей ладонью расходилась плоть. Когда я опустил ладонь, то на моей обаятельной мордашке появилась точная копия разрезанного рта Кутисакэ-онна. Признаться, я уже поднаторел в изменении личности, так что это превращение не составило мне труда.
Зато видели бы вы, какой эффект этот небольшой фокус произвел на женщину. Она распахнула глаза и протянула руку к моему разрезу.
— Руки мыла? — отшатнулся чуть назад, чтобы не дать коснуться тонким пальцам. — А то вдруг в попе ковырялась, а теперь хочешь меня обмазать…
— Да что ты такое говоришь?
— Не, ну сама-то носишь маску, чтобы бактерии не залетали, а меня хочешь пальцами потрогать? — хмыкнул я в ответ.
— У меня чистые руки, — покачала она головой.
— А у меня чистое лицо.
— Ты… У тебя только что не было порезов.
— И что? Не было и появились. У порезов, понимаешь ли, есть такое свойство — их нет-нет, да вдруг взяли и появились. Что же мне теперь, умирать, что ли?
Я невольно покосился на ножницы в её руках.
— Ты ниппэрапон?
Вот тут уже я усмехнулся. Можно было и дальше продолжать валять дурака, но признаться было легче. В конце концов, мы оба с ней онрё. Только я свою месть уже осуществил, а она… Она продолжает и её мести конца и края не видно.
— Да, сестра, от тебя ничего не скрыть, — я позволил тонким пальцам пробежаться по рваным разрезам.
После того, как пальцы убрались, разрезы сомкнулись и на женщину взглянуло прежнее нахальное лицо белобрысого хинина.