Дать боссу (по носу) (СИ)

Фернандо выскользнул из машины и спустя секунду открыл передо мной дверь. Было странное ощущение дежавю. «Ах, да», — верная мысль промелькнула в голове. Такое уже было, когда-то не так давно, когда он забирал нас с Хулией из клуба. В тот раз он еще был для меня чистым листом, с которым мне только предстояло написать новую историю.
И вот я снова была с ним. Выходила из желтой Феррари, в которой едва заметно пахло бергамотом, сандалом и яблоком — кто бы что ни говорил, но от запаха его парфюма я сходила с ума.
Я вновь попыталась разобраться в своих чувствах. Ферретти вроде как спас меня, но вроде как и предал? Я слишком запуталась, что чувствовать что-то одно.
Тем временем Фернандо достал из багажника небольшую сумку и с довольным видом вернулся ко мне. Он явно не испытывал никаких угрызений совести. Но я так просто не могла отпустить все, что мне пришлось пережить.
— Пойдем, — сказал он, глядя на меня, как на котенка, которого только что подобрал на улице.
Сил спорить с ним или пытаться что-то доказать не осталось. И я молчаливо пошла за ним. Неохотно поглядывая на спину Фернандо, я все старалась понять, чего я хочу. Но почему я хотела только вернуться в ту ночь, когда он снимал с меня босоножки на своей кровати?
Мы зашли на территорию дома. Узкая лестница, выбитая прямо в скале, вела нас наверх вдоль высоких туй и кипарисов. Спустя пару минут мы оказались на широкой ровной площадке. Здесь располагалась вилла: маленькое, но уютное на первый взгляд здание с каменными стенами и черепичной крышей. Оно напоминало мне кукольный домик, с которым я играла, когда была маленькой девочкой. А затем я развернулась спиной к дому и обомлела.
Передо мной открылся вид на бесконечный морской горизонт. Море было так близко, словно я могла не задумываясь уместить его в свою ладонь, но при этом я чувствовала себя властелином мира. Крошечными и ничтожными отсюда казались парусные яхты, которые с такого расстояния едва ли отличались от водных барашков. А огни маяка вдали сливались со звездами в небе. Пахло цветами, хвоей и влажным песком, и каждый из этих ароматов заставлял меня возвращаться обратно в прошлое и вновь ощущать то, что я чувствовала к Фернандо.
Но я сопротивлялась этой ностальгии, что есть силы.
— Красиво? Правда? — спросил мужчина, глядя на мой завороженный взгляд.
— Да. Безумно, — мой ответ заставил его улыбнуться, а затем он отвлекся, чтобы открыть дверь.
Постояв еще несколько минут на улице, я последовала следом за Ферретти. Мне предстояло посетить очередной богатый дом.
Гостиная встретила меня окнами в пол, из которых открывался вид на море. По центру расположилась лаконичная лаунж-зона с двумя диванами и крохотным стеклянным столиком. Чуть дальше виднелась кухня.
— Я бы предложил тебе спать вместе… — начал Фернандо, но я тут же перебила его.
— Нет.
— Что ж, твоя спальня за этой дверью, а я тогда буду здесь.
Ни слова больше не говоря, я прошла в свою комнату. Небольшую и выдержанную в ослепительно белоснежных тонах, на первый взгляд показавшуюся мне даже немного скучноватой после всех царских апартаментов, в которых я жила. Но постепенно я поняла, что так даже лучше. Никакого лишнего декора, только свежесть, спокойствие и море за окном.
В задумчивости я присела на кровать, лишь сейчас осознав, что я все время путешествую налегке. С момента, как я переехала к Филиппу, и по эту самую секунду я словно все время бежала куда-то, чтобы наконец остановиться, вздохнуть и подумать, что делать дальше.
Поразмыслив немного, я с ужасом поняла, что у меня совершенно ничего не осталось. Я приехала сюда без цента в кармане, у меня не было дома и семьи. У меня было лишь то, во что я одета — шелковая ночнушка, чтобы втюхать меня миллионеру. Но даже эта пугающая неопределенность сейчас была не такой волнующей, как мысли о Фернандо.
Лунный свет заливал комнату, и я думала о том, как мне поступить с ним. Достаточно ли того, что он сделал для меня, чтобы простить его? Хватит ли мне его обещаний и клятв, чтобы унять ту боль, которую я переживала, пока он вновь не объявился? Готова ли я закрыть глаза на то, что он позволил мне остаться у Бориса, оправдываясь тем, что спасал нас обоих?
 
Почему делать выбор всегда так сложно? Я закрыла глаза и начала медленно считать до десяти, пытаясь заставить себя принять окончательное решение. Ох, Фернандо. Почему с тобой все так сложно? Простить тебя или навсегда отпустить? Ответ пришел в голову совершенно неожиданно.
***
Фернандо стоял на балконе, голый по пояс. Он опирался о перила террасы и отрешенно глядел вдаль. В руке он держал стакан с чем-то крепким.
Было темно и довольно прохладно. Луна, которая медленно ползла над морским горизонтом, освещала его лицо, и я хорошо видела застывшую на лице Фернандо печаль. Он был задумчив и мрачен, пока безмолвно глядел на морское побережье. Интересно, о чем он думал?
Я сделала несколько шагов вперед и остановилась. Ферретти все еще не видел меня. Признаться, я не знала, зачем пришла сюда. Я все еще злилась на Фернандо, но почему-то невыносимо хотела увидеть его. Именно сегодня, именно сейчас, пока солнце не покажется из-за горизонта и солнечный свет не озарит лазурный берег.
Ветер гулял по побережью, унося пышные шапки облаков далеко на юг, а я почувствовала, как на глазах выступают слезы. Я вспомнила, как он нежно целовал меня под дождем на виноградниках, как аккуратно прикасался, когда мы оставались наедине, как страстно ласкал меня под платьем на том ужине, после которого все пошло прахом.
Я все еще помнила вкус его губ, помнила запах, помнила тепло от его прикосновений. И от этих воспоминаний я не могла сбежать. Ненавидеть его казалось таким простым решением. Предатель, который прикинулся моим другом, а потом пустил пулю прямо в сердце. Если бы все было так просто, я бы ушла без раздумий. Но все оказалось гораздо сложнее, и количество вопросов нарастало, как снежный ком, не давая мне сделать правильное решение.
Фернандо стоял на прежнем месте, так и не шелохнувшись. Казалось, словно он был где-то очень далеко в своих мыслях. Он стоял ко мне вполоборота, и рельеф его тела напоминал статую греческого бога, сошедшего с Олимпа. Я давно заметила, что независимо от того, насколько плохо он со мной поступал, я все равно не могла не восхищаться им.
Внезапно он вынырнул из омута своего забвения и, повернув голову, с небывалой теплотой посмотрел на меня. Я уже обо всем сказала ему в машине, и нам, казалось, больше не о чем было говорить, но сейчас что-то точно переменилось. Может быть, я перестала злиться и теперь просто пыталась понять, чего хочу?
Я присмотрелась. Такой же высокий, сильный, безупречно красивый. Но что я чувствую к нему? Я его ненавижу? Или все-таки нет?
То, что я ощущала, было коктейлем из обиды, боли, страха, сомнений, страсти и желания. Чего я хотела? Ударить мужчину или заплакать на его плече? Убежать без оглядки или остаться на всю ночь рядом с ним? Ненавидеть его до конца жизни или найти в себе силы простить?
— Что мне делать, Фернандо? — спросила я, сделав два едва заметных шага ему навстречу.
Тогда он позволил себе сделать такие же ответные шаги, и спустя секунду мы стояли совсем рядом.
Ярко горели звезды на небе, и совсем рядом шумело море. Дорогие виллы на склонах утопали в огнях, но самым завораживающим был диск полной луны, нависающий над нами.
— Посмотреть правде в глаза и понять, что я не предавал тебя. Да, я поступил отвратительно, не сказав тебе о своих планах, но, поверь мне, так было лучше. Теперь я могу помочь тебе, и все будет иначе.
Мне было нечего ему возразить, и тогда он продолжил:
— Жизель, — Фернандо взял мою руку, а у меня не хватило сил сопротивляться. Ну еще бы, я желала этого мужчину с момента, как он вошел в столовую в поместье Ферретти, а теперь он был так близко. — Я думал о тебе каждую секунду, пока тебя не было рядом, хотя и знал, что, быть может, ты даже не станешь меня слушать. Но даже если бы так, я бы все равно спас тебя, я бы достал тебя откуда угодно.