Дать боссу (по носу) (СИ)

Мне не было холодно, но волосы все еще оставались влажными и неприятно прилипали к затылку, отчего становилось зябко. Я поежилась, плотнее закутываясь в свою накидку. Заметив это, Фернандо заботливо накинул на меня часть своего покрывала, таким образом, что теперь мы оказались под ним вдвоем.
Я промолчала, сделав вид, что ничего не произошло. Хотя рядом с этим мужчиной невозможно было ничего не чувствовать!
Под вторым покрывалом стало действительно жарко, тем более что тепло от тела Фернандо согревало не хуже камина в холодную зимнюю ночь. Я почувствовала, как слипаются глаза. Ничего не могла поделать с физиологией. Меня клонило в сон, а усталость и тепло неумолимо способствовали этому.
Наконец, мышцы совсем расслабились, и я больше не вздрагивала от каждого движения Фернандо под боком. Я и не заметила, как уснула.
* * *
«Какая неудобная подушка!» — такой была моя первая мысль, когда я проснулась.
Шея и рука ужасно затекли, а позвоночник болел так, будто я разгружала вагоны целую неделю. Что за ерунда? Я приоткрыла глаз, и воспоминания о вчерашнем мгновенно всплыли в памяти.
Я лежала на плече Фернандо, уткнувшись в него носом, и обнимала его руку. Вероятно, он еще спал, потому что не предпринимал никаких попыток вырваться из моих слюнявых объятий. Но стоило этой мысли промелькнуть в голове, прямо над ухом раздался голос:
— Доброе утро.
Как ошпаренная я отскочила от него, словно произошло нечто непоправимое. Он же смотрел на меня и победоносно ухмылялся.
— Который час?
— Около девяти.
— Что?! — завопила я испуганного. — Но я должна была… — мысли о том, что я пропустила свой рейс, были невыносимы. Надежда сбежать от Филиппа испарилась, а вместо нее пришло осознание, что мне вновь придется встречаться с ним.
— По-моему, мы отлично провели время, — произнес Фернандо, поднимаясь с дивана. Почему между нами ничего не было, а я чувствовала себя так, словно мы переспали? Или все дело в его ехидной ухмылке?
— Мне нужно вернуться обратно как можно скорее, — попросила я, не обращая внимания на заигрывания Фернандо.
Выхватив телефон, я первым делом проверила пропущенные. Двадцать четыре звонка!!! Три от Филиппа и двадцать один от Джейн. Как я могла не услышать их? Неужели из-за вина мне напрочь отшибло слух? А может, все дело в том, что связь здесь была плохой, и информация о звонках доходила позже положенного? Черт! Это просто фиаско!
— Фернандо, прошу тебя, быстрее, — попросила я, тыкая по клавиатуре на телефоне, пока он убирал со стола недопитую бутылку вина.
Первым делом я хотела услышать Джейн. Набрав номер, я прислонила телефон к уху. «Абонент временно недоступен», — услышала я одну из самых раздражающих фраз в мире. Ну почему, Джейн? Где ты, когда так мне нужна?
Джейн дозвониться не получилось, однако без ответа оставался еще и Филипп. С ним, правда, я бы предпочла вовсе не разговаривать. Пока я пребывала в мучительных раздумьях, стоит ли ему перезванивать, раздался телефонный звонок. Собственно, на табло отразился номер Филиппа, и вопрос, звонить ему или нет, отпал сам собой.
— Да, — я старалась, чтобы мой голос звучал как можно более спокойно, чтобы у Филиппа не возникло подозрений о том, как и с кем я провела эту ночь.
— Где ты, черт возьми? Почему не отвечаешь?
— Я спала, — ответила я, игнорируя первый вопрос Филиппа.
— Собирайся быстрее, я отправил за тобой Алехандро.
— Что?! — мое сердце остановилось, когда я представила, что будет, если Алехандро приедет за мной к Фернандо и не застанет меня дома. — Через сколько он будет? — спросила я, краем глаза замечая, что Фернандо слушал мой разговор.
— Думаю, минут через двадцать. Тебе как раз хватит времени собраться.
Я промолчала, в ужасе осознавая, в каком жестком лимите времени я оказалась.
— Как там Фернандо поживает? Ты узнала, что я просил?
— Давай обсудим это позже, — я так не хотела обсуждать это сейчас, когда каждая минута была на счету.
— Тебя плохо слышно, ты как будто из погреба мне звонишь, — вдруг произнес Филипп, а я вновь ощутила, как сердце ушло в пятки. — Ты точно у Фернандо?
 
— Разумеется, где мне еще быть.
— Очень странно.
Я не спешила говорить еще что-либо, а потому Филиппу пришлось продолжить.
— Скажи-ка, что любишь меня.
Я поперхнулась. Он совсем сошел с ума.
— Зачем?
— Хочу проверить кое-что.
Я молчала, пытаясь понять, в каком углу забиться, чтобы Фернандо не услышал то, что я должна была сказать.
— Я не слышу страстного признания. Ты что, не одна?
— Да, — ответила я сухо, надеясь, что это его остановит.
— Ой, так даже лучше, — радостно воскликнул мужчина. — Можешь тогда еще назвать меня пупсиком в конце, — я очень хотела послать его к черту, но не могла. — Я не слышу? — подгонял он. — Хочешь, чтобы я попросил Алехандро ехать быстрее?
Как же я ненавидела Филиппа! Ни одна его реплика не обходилась без шантажа.
— Люблю тебя, МИЛЫЙ, — я сделала особый акцент на последнем слове, надеясь, что он понял, каков на самом деле.
— Умница, а теперь собирай свои манатки. Через час встречаемся у меня.
И он, не дожидаясь ответа, кинул трубку. Кажется, я нашла человека, в котором плохо абсолютно все. Даже его яркая внешность теперь казалась мне посредственной.
— Как быстро прошло примирение, — услышала я комментарий Фернандо из-за спины.
— Да, так получилось, — я приготовилась бежать вперед планеты всей, лишь бы только успеть до приезда Алехандро.
— Вчера он был для тебя человеком, с которым полно забот, и к которому ты не хочешь возвращаться, а сегодня ты уже летишь к нему со всех ног, стоило ему только позвонить?
— Это не твое дело, Фернандо, — отрезала я и только после этого поняла, что вышло грубовато.
— Я понял тебя, — он отвернулся к шкафу, рассматривая старинные бутылки. Я поняла, что наш разговор окончен.
Мне совершенно некогда было объяснять Фернандо, что происходит, поскольку вернуться в дом вовремя сейчас было для меня приоритетнее. По крайней мере, я надеялась, что так мне удастся продержаться еще один день, не выбесив Филиппа, и я вновь смогу предпринять попытку побега.
Выскочив на улицу, я поняла, какое пекло и духота стояли вокруг. Следы вчерашнего дождя испарились, и теперь только солнце припекало мне макушку. К счастью, путь обратно оказался не таким длинным, как я предполагала. Особенно учитывая, что вся дорога шла на спуске.
У ворот в дом Фернандо я была уже через двадцать минут. Но вопрос о том, приехал ли Алехандро, стоял открытым.
Постояв пару секунд у калитки и внимательно всматриваясь за живую изгородь, чтобы понять, успела ли я опередить любовника Филиппа, я вдруг отчетливо услышала скрежет песка под колесами машины. Кто-то приближался к дому Ферретти.
Спустя секунду из-за поворота возникла черная морда мерседеса Алехандро. Он подъехал ближе, собираясь запросить разрешение у охраны, чтобы въехать внутрь, но, заметив меня у ворот, мгновенно дал по тормозам. «Главное — вести себя уверенно», — повторяла я себе, пока Алехандро опускал тонированное стекло:
— Что ты здесь делаешь?
— Как что! — завопила я так, что мужчина отшатнулся от окна, — Филипп сказал, чтобы я ни на секунду не опоздала! И вот я здесь, спустилась к тебе, чтобы не терять времени и сразу ехать к нему.
Алехандро недоверчиво посмотрел на меня. По моему помятому виду сложно было сказать, откуда я вылезла. Вполне возможно, он предположил, что я ночевала в этих колючих кустах прямо рядом с воротами.
— Ну залезай тогда, раз уже собралась, — произнес он неуверенно. Может, боялся, что я нанесу ему блошек в салон.
Я неохотно забралась на заднее сидение и с силой захлопнула дверь. Отъезд от Фернандо был совсем не таким, каким я его себе представляла. Более того, я ни на секунду не сомневалась в том, что я невольно обидела мужчину: поцеловала, потом сказала, что это ничего не значит, призналась, что люблю другого, нахамила, а под конец сбежала от него, не поблагодарив ни за вино, ни за вечер, ни за возможность остаться у него ночь.