Белая ведьма с (не)белыми принципами

Смотрящий сказал:
– Госпожа белая ведьма… у нас беда… князь изменяется.
Каждое слово смотрящего гремело не хуже грома.
Князь… изменяется… так не дать ли ему это сделать, а потом добить беднягу, чтобы не мучился. Добро ли это?
Ведьма разжала свои объятия и резко повернулась в сторону непрошеных гостей.
***
В голове билась только одна мысль:
«Я белая ведьма, белая, самая белая на свете, и мне по силам нести добро и свет».
И сразу вспомнились слова моего кота: «Почаще себе это повторяй».
«Я белая ведьма, белая», – и мантра помогла.
Всё так же глядя на сопровождение князя, я проговорила:
– Лорейн, с твоей семье всё в порядке?
– Да.
– Я сварила восстанавливающее и заживляющее средства, они в лаборатории. Возьмите их столько, сколько нужно, чтобы помочь нуждающимся, особенно тяжёлых приносите сюда. Укладывайте на первом этаже. Лия, размещение таких на тебе. Справишься? – всё же повернулась я и посмотрела на дочь.
– Да.
– Рита и Ниса помогут, а я пока вернусь к площади, – проговорил брат и отправился с Лией в дом. Насчет его ран я не переживала, никакая скверна не проникнет в его кровь, а смертельных ранений я не обнаружила, когда осмотрела его внутренним зрением.
И теперь, справившись с собой, ответила, как мне показалось, спокойно, тому, чья морда была мне знакомой. Стоял он справой стороны от почти трупа волка.
– Заносите… его, – кивнула на князя, но так и не подошла к ним. – На второй этаж, первая дверь справа, кладите на кровать. И можете уходить, – скрестила руки на груди.
– Мы не уйдём, не оставим князя, – прорычал знакомец, похоже, ему не понравился тот тон, с которым я говорила. Да только мне было всё равно.
– Не переживай, если не получится его исцелить, – снова кивок на князя. – То я во благо добью его, чтобы не мучался, – все же не удержалась и оскалилась.
Ребята, надо признать, подрастерялись. Видимо, моя доброта их впечатлила.
– Ты слишком дерзкая для ведьмы, – снова зарычала та морда, справившись со смятением.
– А ты слишком болтлив для того, кто хочет спасти жизнь князю, – всё с той же ухмылкой отбила подачу я.
– Ведьма!
– Белая, – добавила я и развернулась и, не поворачиваясь, напомнила:
– Только князя. Остальных чтоб и духу не было в моём доме, – сказала и, не став закрывать дверь, сразу же отправилась в лабораторию. Однако успела уловить последние слова смотрящего, который нисколько не удивился такому приёму:
– Я предупреждал. И можете ей доверять, пусть она и резка на язык, но дело своё знает отменно, если она не вылечит князя, – снова повторился он, – то никто уже. И не злите её… мой вам совет.
– У нас нет выбор-ра, – прорычал боец, и они двинулись в сторону крыльца.
Поднялись со своей ношей и разместили князя в спальне… хозяйской.
Второй этаж вообще не располагал лишними комнатами, только моя, дочери и небольшая умывальная комната.
Снова скрипнув зубами, заместитель князя и его соратники удалились из дома. И как только они вышли, я, уже взяв всё необходимое в лаборатории и сложив в сумку, поднялась наверх.
Я знала, что нужно поторопиться. Разрезала его одежду и освободила от неё, оставив только нательное бельё в виде узких шорт.
Надо сказать, он стал ещё мощнее, с тех пор как…
Так… всё… за работу, нет времени на это.
Ран было действительно много, просканировав тело, я поняла, что спина может подождать, потому как там практически завершился процесс регенерации, а вот грудь и горло – нет. Мелкие порезы и царапины на ногах тоже терпят.
Грудная клетка едва вздымалась, раны уже покрылись чёрной коркой, закупоривая скверну внутри. Пришлось взять острый нож и срезать их, чтобы открыть проход. Восстанавливающее зелье я влила в глотку и погладила горло, чтобы князь всё проглотил до капли, это придаст ему сил бороться со скверной.  Открытые же раны обработала раствором на основе своего дара, который тоже должен был бороться со скверной, но локально. Теперь же мне предстояло самое трудное. Я села рядом и расположила руки на груди, открывая себя и направляя белый дар в его тело. Даррэла сразу скрутило, ведь его тело было сильно заражено, белый же дар просто выжигал скверну. Князя выгнуло дугой, но я ещё сильнее надавила ему на грудь, продолжая проталкивать белый поток по венам и сосудам.
 
Скверна отступала, но её было слишком много, пришлось усилить поток. Раны начали кровоточить чёрной жижей, она полилась и из его рта.
Я убрала руки и обтёрла его лицо влажным полотенцем, заготовленным заранее, и снова влила восстанавливающее зелье. Надавила на рану груди и шее и, дождавшись, когда чёрная муть престанет выделяться, снова обработала их. Плащ, на котором князь лежал, я аккуратно вытянула, потому как он был весь пропитан скверной.
Свернула его и бросила на пол.
Думаю, дар мой, который я уже передала, усвоился и закрепился, теперь следовало повторить процедуру.
Хриплое, рваное дыхание вырывалось из глотки князя.
Я села рядом и снова положила руки на грудь, начиная вливать белую магию, снова рывок его тела, конвульсии, в которых он начал биться становилось всё тяжелее сдерживать. Ведь с каждым таким лечением я становилась слабее, и вот он уже вырывается, мне, почти обессиленной, приходится залезть на его бёдра и плотно вцепиться ногами в него, чтобы он не смог меня сбросить. Снова поток белой магии струится по его телу и выжигает скверну, но в какой-то момент что-то пошло не так, и он… открыл глаза. Точнее не он. Это были глаза его хищника, его волка, яркие и янтарные. Мне было уже трудно сопротивляться. И в какой-то момент я поняла, что тоже открыла вторую суть и даже оскалилась в его лицо, выпустив небольшие клыки из-под верхней губы.
Волк сделал то же самое. И вот уже его руки, которые до этого лежали на постели, опустились мне на шею, когти его были выпущены. Но больно он мне не сделал.
Он нежно погладил когтями мою кожу и начал спускаться ниже, медленно растягивая своё путешествие, но меня это не устраивало. Я добавила поток магии, и князь, зарычав от боли, инстинктивно сжал руки и поцарапал мою кожу, разодрав при этом верхнюю часть сарафана, груди тоже досталось.
Ему было больно. Но и ослаблять поток я не собиралась. Хватит, нужно закончить, тем более что силы мои были уже на исходе, вылечить практически изменённое существо просто невозможно.  Думаю, здесь немалую роль сыграла наша связь с его волком, который боролся до последнего, пока его человеческая сущность мучилась и билась в агонии.
В последний раз влив всю энергию, я просто потеряла сознание. Прямо на нём…
Не знаю, сколько провела в отключке, но проснулась от того, что мне было тесно и жарко, а ещё трудно дышать.
Я сфокусировалась на своём резерве и обнаружила, что он на четверть уже заполнился. Хорошо, значит, недолго пребывала в беспамятстве.
Пошевелилась, но тиски стали ещё более крепкими…вот же!
Ох, тело занемело, всё же поза для сна была неудобной, не говоря уже о просто каменном теле князя.
Пришлось вылезать, и начала я с того, что с трудом разжала одну его руку, которая уже была под платьем и крепко держалась за моё бедро.
Вторая же лежала на моей спине и крепко прижимала к мощному телу оборотня.
Кое-как освободившись, я снова посмотрела на князя и просканировала его. От скверны всё же получилось отчистить, однако организм был ещё ослаблен, если продолжить его лечить, то придёт он в себя уже к обеду, только вот незадача…думаю, что мне есть, куда потратить свои силы и без того. А князь сам своими силами придёт в себя уже завтра.
На нетвёрдых ногах встала и кое-как доковыляла до двери и, открыв её, узрела странную картину.
Мой кот сидел с самой что ни на есть прямой спиной, и только яростно мотавшийся из стороны в сторону хвост говорил о том, что он зол.
Я закатила глаза.
Кот же, окинув меня взглядом с ног до макушки…а нет, до макушки он не дошёл и, похоже, задержался в районе груди. И глаза его неправдоподобно расширились. Повелитель зарычал, встал на четыре лапы, поднял шерсть дыбом и зашипел, просто капая ядом. Хм, только такого поведения я от него не ожидала.