Вечный попадос 2 (СИ)

— Погоди, — вдруг вспоминаю про Ломакина. — Ты знал, что тобой интересуется Таим кан стоп? В смысле, Тайная канцелярия?
Киборг замирает и раздражённо морщится. Сразу понимаю: знал.
— К тебе приходили? — непривычно жëстко спрашивает он. — Говорили что-то странное?
Мотаю головой:
— Ничего особенного. Просто вопросы задавали. Я даже не сразу сообразил, что им интересен именно ты.
Папка едва заметно облегчëнно выдыхает. Кажется, внимание местных спецслужб ему не слишком нравится. Хотя и не так уж бесит. Скорее, воспринимается как что-то неизбежное. Кто же ты такой, Папка?..
Спрашиваю:
— У тебя всё нормально? Может, помощь нужна?
Мне, конечно, в своей жизни разобраться бы. Но вдруг смогу сделать хоть что-нибудь? Товарищей по команде поддерживать надо.
— Помощь не нужна, — качает головой киборг. Не похоже, что врëт. — Забей. Шли их подальше, когда снова заявятся, вот и всё.
Видимо, объяснять подробнее он мне не собирается. Ладно, не моё дело. Лишь бы не мешало. Развожу руками:
— Антона Викторовича так просто не пошлëшь. Фамилия Ломакин тебе о чëм-нибудь говорит?
Папка задумывается на секунду, потом фыркает:
— Слышал, но лично вроде не встречались… Аж самого начальника прислали, ну надо же!
— Видно, тебя очень ценят, — поддакиваю я. Ну а вдруг всë-таки получится его разговорить? И дело тут вовсе не о моём праздном любопытстве, хотя оно тоже присутствует. Просто всегда лучше знать, с чем приходится сталкиваться.
— Да нет, — отмахивается Папка. — Они всё никак не усвоят…
Он резко замолкает и почему-то оглядывается по сторонам. Потом продолжает, как ни в чëм не бывало:
— Ладно, не важно. Пойдëм что ли? Открытие пирамиды уже через полчаса. А нам ещё до места добраться надо.
Значит, делиться деталями своей биографии Иван Васильевич в любом случае не желает. Ладно, не клещами же из него вытягивать. Хотя БП со мной наверняка поспорил бы…
Отгоняю непрошенные воспоминания о подвале и уточняю то, что меня касается напрямую:
— Тебе правда ничего не помешает закончить турнир?
Киборг торжественно прикладывает руку к разъёму энергоядра:
— Если только форс-мажор вроде землетрясения. Но в наших краях их не бывает… Ну что, го? Время.
И, не дожидаясь ответа, отправляется первым, будто сбегает от дальнейших расспросов.
Мы поднимаемся по ступеням к гейту и друг за другом входим в зелёное свечение портала. Чтобы сразу оказаться в душном и влажном тропическом лесу.
Здесь царит лёгкий синеватый сумрак — яркие солнечные лучи с трудом проникают через плотные кроны неведомых широколиственных деревьев. Кроме утоптанной площадки перед гейтом, лес выглядит нехоженным: торчащие корни, мёртвые обломанные ветки, прелые листья. Ещё и подлесок! Чувствую, передвигаться здесь будет ой как непросто.
В плотном воздухе витают цветочные ароматы пополам с запахами гнили и сырой земли. Отовсюду слышится жужжание, завывание и резкие выкрики местного зверья. Живым здесь кажется абсолютно всё, даже деревья как-то подозрительно шевелятся. Брр.
Хорошо, что это Симулякр, а не реальный лес. Родные берёзки, населённые максимум комарами да зайцами, мне привычнее.
А вот Папка оглядывается с нескрываемым удовольствием.
— Ну и куда теперь идти? — спрашиваю, потому что ни одной тропинки вокруг не наблюдается.
Секундная заминка — видимо, Папка сверяется с картой, — и его палец указывает точно вперёд:
— Туда нам надо.
Пистолеты перекочёвывают мне в руки:
— Веди.
Мы начинаем движение в привычном порядке: рукопашник-Папка чуть впереди, я — сзади. Идти легче, чем показалось поначалу: подлесок не такой густой и цепкий, ветки и корни ведут себя скромно и просто хрустят под ногами. И вроде как на нас пока никто не нападает.
Поэтому возобновляю беседу:
— Как ты узнал, что пирамида скоро откроется?
Папка отвечает, не оборачиваясь:
— Один знакомый поделился инсайдерской инфой. Некоторые дома мониторят то, то тут происходит.
— Тогда там уже, наверное, очередь за этим кристаллом собралась, — вздыхаю я. Ещё бы! Любой крутой предмет буквально на халяву — мечта же. Не зря ведь мониторят.
 
— Это вряд ли, — равнодушной отзывается киборг. — Они больше смотрят, кто туда ещё таскается и кто из конкурентов что приобретает. Но пирамида с кристаллами не сдалась почти никому.
— Почему? — подобный факт кажется мне очень странным. — Даже если там сильные противники, то можно собрать побольше людей…
Киборг на миг оглядывается:
— Потому что народу для выживания в пирамиде надо много, а приз всего один.
— И? Всегда ведь можно договориться. Хотя бы со своими.
— Только ты так считаешь, — хмыкает Папка. — А знаешь, сколько тут за год команд распалось? Один дом даже развалился, только название не помню. Проще в других местах прибарахлиться.
Негромко присвистываю. Не то чтобы я такое не понимал. Ведь по всему получается, что кристалл выбора — штука полезная. Каждый заполучить захочет. Я бы, пожалуй, взял себе жёлтый: с оптикой-то у меня по-прежнему беда…
Мысли о насущном прерывает удивлённый возглас Папки. Оказывается, неугомонный киборг углядел какое-то необычное растение и тычет в него пальцем:
— Гля какой! Зубы как настоящие, прикинь!
«Цветочек» и в самом деле напоминает травяного монстра из какой-нибудь компьютерной игры. Ишь как пасть разинул — того и гляди за палец цапнет.
— Не тронь каку, — на автомате произношу я.
И тут цветочная морда «выстреливает» в направлении Папки и цапает не то что палец, а всю руку до самого плеча! Киборг дёргается, но поздно: зубы, оказавшиеся самыми настоящими, держат крепко. Видно, как в месте их соприкосновения с телом чуть мерцает постоянно обновляющийся энергетический щит.
— А он ядовитый, оказывается! — непонятно чему радуется киборг. А потом неласково бьёт растение свободной рукой по башке. Судя по звуку — она у «цветочка» деревянная. — Пружинит…
— Помощь нужна? — пока что битва киборга с растением выглядит скорее глупо и смешно, чем опасно. Может, в следующий раз товарищ задумается, куда лезет.
Хотя кого я обманываю? Не задумается.
— Погоди, я сам, — натужно пыхтит Папка. Вырваться из захвата у него так и не получилось, на удары враг не реагирует, поэтому киборг вцепился в толстый стебель и старательно тянет его из земли. Выходит плохо. Точнее — совсем не выходит.
«Давай пристрелим его,» — кровожадно предлагает Бо.
— Боевого товарища? Из-за такой ерунды? Ну нет! — зубоскалю, глядя как тот самый боевой товарищ пытается выдрать несговорчивый сорняк.
Бо возмущённо фыркает:
«Да ну тебя! Ты ж понял, что я имею в виду!»
«На этом растении срабатывают только зажигательные заряды, — со знанием дела замечает Аки. — Физический урон не проходит. Только для лучшего эффекта надо не по соцветию стрелять, а в растительное «сердце», расположенное у самой земли. То, что делает твой сокомандник, — глупо».
Специально для меня Аки «подсвечивает» то самое сердце внутри стебля, напоминающее корявый клубень батата.
Папка тем временем окончательно звереет. Он в последний раз дёргает растение и со всей дури пинает его точно в нужное место. Раз, другой, третий.
Аки слегка раздражённо выдыхает:
«Бесполезно же, ну! Джеймс, а давай мы…»
Что мы должны давать, я узнать не успеваю: со стороны Папки раздаётся громкий треск и растительная пасть бессильно разжимает вцепившиеся в плечо зубы. Киборг поднимает дохлое растение за стебель и демонстрирует мне:
— Видал? Как нефиг делать!
Показываю ему большой палец.
«Да он просто зверь, — ошарашенно произносит Аки. — На этом мои полномочия всё».
— Папка просто не знал, что запинать эту тварь невозможно, — примирительно замечаю я. — Вот и сделал, как умеет.
— Ты о чём, Джей? — улыбается киборг. Но тут же меняется в лице и швыряет свою добычу прямо в меня! Не успеваю отклониться, зубастая пасть свистит в каких-то сантиметрах от моей головы — ну, или это мне только кажется — и, судя по звуку, во что-то врезается. И только я собираюсь высказать шутнику всё, что думаю по его поводу, как за спиной раздаётся приглушённое: