Волшебница Вихря (СИ)

— Нет, кажется. Только ногу поранила о камень…
Он как будто не слышал. Пальцы легли на мои щеки, ощупали лицо, затылок и шею. Прошлись бестрепетно по груди и животу, потом по бедрам… Я едва не упала к нему в руки от сводящей слабости, и Влас придержал меня за плечи.
— Вроде целая. Ногу сейчас гляну. — Он отстранился, ещё раз быстрым взглядом ощупывая меня всю. — Ты ледяная. Садись к огню.
Я шагнула было, но едва не упала на колени: теперь-то было ясно, что рана на ноге не всего лишь безобидная царапина. Мужчина поднял меня на руки, хотя до очага было два шага, и опустил на дощатый пол.
— Ну вот. Сейчас согреешься. Давай-ка посмотрим.
Он встал на колени и взял в ладони мою ногу.
— Серьёзный порез. Потерпи, нужно почистить.
И снова у него была при себе волшебная жидкость. На сей раз она жглась больше обычного, к тому же в пятке застрял кусок камня. Я кусала губы, но не проронила ни звука — сама виновата, значит, нечего и хныкать!
— Спасибо, — прошептала я, когда он принялся за перевязку. — А что это за место?
— Рыбацкая хижина. Тут всегда есть некоторые припасы на всякий случай. Не слишком туго я затянул?
Слёзы тихо потекли против моей воли. Это был тот самый мужчина, который нежно касался моей спины в доме старейшины.
— Нет. Ты делай, как нужно. Мне почти не больно.
— И поэтому ты плачешь? — отозвался он.
— Я счастлива, что моя глупость не обернулась твоей смертью.
— Меня непросто победить, Веда. Никому ещё в открытом бою не удалось. И да, возможно, я немного хвастаюсь.
— Тебе всё можно, ты же вожак.
Он смешно приподнял бровь, и показалось, будто выбрался из-под тяжёлых слоёв памяти и боли иной Влас — улыбчивый, сердечный, умеющий пошутить и посмеяться над шутками. Мужчина ничего не ответил. Он отошёл и снял кожаный жилет, потом рубашку, и я замерла, глядя на широченную мужскую спину, что перечеркнул длинный косой шрам:
— Ты не ранен?
— Нет.
Я опустила глаза ниже и увидела, что у него на пояснице сделан чёрно-синий рисунок. Это был неведомый дракон в металлическом панцире — могучий, синеглазый и со шрамами на морде. Воин? Искатель? А, может, сам Ледяной Властелин?
Мужчина вытащил из деревянного ящика какие-то старые вещи.
— Вот. Это лучше, чем мокрое. Переоденься, я не буду смотреть.
Я взяла предложенную одежду и поняла, что это скорее плотная сорочка, нежели платье. И всё-таки Влас был прав — лучше так, чем в мокром. Не слишком приятно сушить вещи на себе.
Я стянула жилет и платье, оставив только нижнее бельё. Я и летом без него никогда не ходила, а раздеться догола сейчас ужасно стеснялась. Найденная Власом сорочка оказалась шире моего платья раза в два, но была коротка — едва закрывала колени. Я так и этак поправляла её, чтобы не спадал ворот, и мужчина какое-то время молча наблюдал за мной. Когда я подняла на него глаза, то поняла, что он смотрит мне прямо в лицо.
— Тебе нужно отдохнуть.
— Влас, я…
— Знаю. Не виновата. Никто не ждал прихода зелёного тумана. Его здесь уже лет десять как не видели.
— А те огромные драконы? Как же крепость и деревни?
— Туманные драконы не любят пламя. Люди это знают и разведут специальные костры. Куда страшнее те твари, что всегда охотятся с туманными заодно.
— Красноглазые, летучие?
— Да. Это кровавые ворги, они питаются человеческой плотью. От самой безобидной царапины можно заразиться вороговой лихорадкой, от которой не спасёт даже магия.
Я обхватила себя руками.
— Почему они объявились здесь?
— Думаю, благодарить следует колдуний с Ведьминого Ненастья. Они с воргами давние союзники. Любые поселения для них как большая кормушка, но не беспокойся, в Вихреградье они не сунутся. Это магическое место, которое само себя защищает.
— Ясно… Ты точно не ранен?
— Точно, — отозвался он. — Да и не я им был нужен. Женская кровь для таких тварей намного желанней.
Меня пробрала дрожь, и Влас подошёл, садясь рядом. Не ведая, позволено ли мне это, я тихонько прижалась к его плечу в надежде согреться. Мужчина напрягся, брови низко опустились… Но потом тяжёлая рука легла мне на плечо, сжалась. Это было не братское объятие, но и не супружеское. Не дружеское, и даже не заботливое. Что-то странное было в том, как Вихрь согревал меня, и я хваталась за неведомые чувства отчаянно. Только бы не отпустил. Только бы не отошёл, дал узнать его пристальней!
 
— Ты снова спас меня, — сказала я тихо.
— Я пошёл не за тобой, Веда, — отозвался он. — А за сестрой, которую понесло к пещерам. И уж от неё узнал, что ты оружие прихватила и побежала на холмы. Повезло тебе с отцовским наследием. Если бы меч не сверкал — вряд ли я бы тебя нашёл.
Значит, всё неслучайно, хотя и не так, как бы мне хотелось. Если бы не совпало, если бы не его беспокойство за Эльту — лежать бы мне, искусанной да обескровленной. Стало обидно до слёз, но тут уж я сдержалась. Кто я ему, чтобы бегал и за руку в крепость приводил?
— А как же Элик? — сказала я. — Не дай бог он меня искать пошёл!
— Когда туман приходит, ученикам строго запрещено покидать крепость. Надеюсь, он не ослушался приказа, испугавшись за свою упрямую и безрассудную сестру.
— Я такая и есть. Ты прав. Бед не знала до той поры, пока разбойники на деревню не напали, вот и страха не нажила.
— А как же пожар?
— Так с ним разве справишься? Мы знали, что остров обречён. Другое дело, когда ты способен сражаться, и понимаешь, что ни сил, ни сноровки не хватит. Я тогда меч не для вас готовила, и не для гадов этих. Хотела Элика убить, чтобы не издевались, и себя успеть по горлу чиркнуть. Уж лучше так, чем плен. Понятно ведь, что им не только руки мои и мастерство надобны были…
Я судорожно выдохнула, и Влас мягко погладил меня по плечу, вызывая в глубине живота болезненно-сладкую дрожь. Знал ли он, что за чувства рождает своими прикосновениями?
— Дома-то спокойней было?
— Да. Дома был отец, и мама… Она, кстати, с мечом отлично обращалась.
— Просто в следующий раз бери с собой Элика, — сказал мужчина.
— Думаешь, он бы справился с драконом и этими тварями?
— А ты что думаешь? — спросил он, внимательно глядя мне в глаза.
— Нас бы съели, — честно ответила я, и Вихрь кивнул.
— Вот именно. Даже несмотря на то, что твой брат успехи делает. И всё же лучше с ним. Глядишь, и добрались бы до крепости.
— Он не виноват. Они с Ильёй как раз шахматы достали, когда я уходила. И было ещё светло, и я недалеко…
— Будет тебе уже оправдываться, Веда, — перебил он. — Понятное дело, нет твоей вины в случившемся. Разве что могла бы кого-то другого с собой позвать, если Элик так игрой увлёкся.
— Кого это? — напряглась я.
— А некого?
Я чуть отстранилась, чтобы посмотреть мужчине в глаза: он невесело улыбался.
— Ты мужчину имеешь в виду?
— Конечно. Вон у тебя сколько женихов, выбирай любого.
Я покраснела. Мысль теперь была ясной, чувства сформировались, и это всё сильней меня смущало.
— Прости, но мне никто из них не по нраву. Я лучше пока одна.
Он промолчал, но дыхание как будто изменилось. Я вздрогнула от знакомого резкого звука, и прижалась к мужчине плотней.
— Неужели в этом сарае мы в безопасности?
— Поздно ты спохватилась, — тихо фыркнул он.
— Просто вдруг эти, большие, пройдут поверху…
— Они не сунутся в огонь.
— Так пламя совсем маленькое!
Он вздохнул, и я почувствовала, как теплотой охватило лицо.
— Ты мне доверяешь?
— Да, — отозвалась я незамедлительно.
— Тогда не беспокойся больше о драконах и монстрах. К утру их здесь уже не будет.
Я выдохнула и осторожно прижалась к нему теснее. Влас вёл себя сдержанно, и не позволял себе ничего лишнего. И в то же время он явно был не против нашего объятия. Я всё пыталась насытиться его запахом и жаром — и теряла, словно само время было против нас. Я чувствовала стук его сердца, бережное пожатие пальцев. Он даже едва ощутимо поглаживал меня по плечу, отчего бежали по затылку лёгкие и замечательные щекотки.