Кто останется в хронике
В этот же момент небо словно разверзлось и начался сплошной ливень, заполонивший всё вокруг водяной стеной. Я продолжала стоять под колыхающимся навесом, не в силах оторвать взгляд от непонятного явления: несмотря на льющиеся водяные струи огонь всё так же продолжал пульсировать.
Какой-то из стражей сверху кинул купол, который, видимо, должен был оградить пространство от огня, но он сгорел в момент, просто пошел по всей окружности желтыми мерцающими искрами и потом с тихим хлопком исчез.
И вот теперь все действительно запаниковали.
Как только раздался хлопок исчезающего купола, беснующееся пламя словно обозлилось и… взорвалось. Огненная лавина стремительным покрывалом стала расширяться, сминая молодые деревья, дома на соседней улице и приближаясь к нам. Я смотрела на это несущееся огненное марево и не могла двигаться, замерев от надвигающейся опасности. Это длилось не дольше пяти секунд, но казалось, что целую вечность. В самый последний момент встроенный инстинкт самосохранения заставил меня вскинуть руки и сотворить вокруг себя стену из пространственных нитей, защищая от огня. Окружающие палатки и торговые ряды превратились за долю секунды в пылающее нечто, чтобы затем рассыпаться пеплом. Хлопки вокруг возвестили о том, что у большинства населения были порталы и они спешно смывались, забросив свой скарб. А у кого-то артефактов с порталами не было, и они в долю секунды превратились в прах.
Я не успела сориентироваться, не успела никого рядом прикрыть пологом, растерялась абсолютно.
Ещё несколько мгновений – и всё было кончено. Огненная волна прошла ещё метров сто и растворилась, оставив на своём пути тлеющие останки деревьев, обугленные строения и мерцающий в воздухе пепел.
Звон в ушах отмел все звуки, и я только видела, а не слышала, как все стражи разом произнесли какое-то заклинание и накинули на нечто внизу сияющие путы. После того, как всё вокруг выгорело, я видела некую исходную точку случившегося кошмара.
Моя стена растворилась, и я закашлялась. Вдохнула отвратительный запах гари – и потеряла сознание.
А через какое-то время очнулась, на земле, никем не замеченная в этом безумии. Вокруг были крики, проклятья, сновали эльфы и люди, пытаясь отыскать среди пепла останки близких или имущества.
По лицу струилась вода, я лежала в какой-то серой грязи, образовавшейся из золы и льющегося дождя, вся одежда была мокрая насквозь и серая от впитавшегося налета.
Никто на меня не обращал внимания и далее тоже не обратил, когда на негнущихся ногах я доковыляла до соседней улицы, стала за каменным зданием, стянула с себя все артефакты в шкатулку и переместилась домой через свой мир.
На острове было спокойно, ветрено, уединенно.
Горячая ванная смыла пепел и въевшийся в кожу дым, и я долго лежала в воде, приходя в себя. Сердце продолжало колотиться как бешеное, руки мелко подрагивали, и я четко осознавала свою никудышность как героини. Все мысли были только о флаконе с успокоительными каплями, которые я намеревалась принять, окончательно признав поражение в борьбе со страхом.
Что там произошло? Проводился запрещенный магический ритуал? Прямо посреди городка? Или сработал темный артефакт? Случайно или террористический акт?
Я не сомневалась, что скоро весть и случившемся дойдет и до нас, но я ошиблась в сроках.
Весть дошла уже через минуту.
Раздался мелодичный звон приемника, который стоял на рабочем столе в лаборатории.
Местная деловая корреспонденция отправлялась как раз через артефакт приема и отправки писем. Это могла быть папка или шкатулка, в зависимости от фантазии артефактника, которая являлась связующим звеном между отправителем и получателем. У магов и немагов в деловых кругах не принято делиться личными сведениями вроде адреса, но при взаимном согласии здесь обменивались чем-то вроде визиток: плоских карточек с именем, какими-либо регалиями и выпуклой зачарованной печатью в виде герба, инициалов или простого рисунка. У меня была просто зачарованная буква М и подпись «зельевар». Я не обладала никакими научными степенями или уровнем магии, и имен у меня было несколько. В последние годы меня звали Лесана Митринель, так повелось после обучения на трех курсах черного зельеварения в Академии Темных Искусств в человечьих землях, под этим именем я жила на этом острове и под этим именем меня знали в соседнем эльфийском государстве.
Мой нынешний учитель, с которым я работала последние два года над основами филигранного мастерства и создания защитных плетений, жил в крохотном человечьем государстве Самаранские земли, располагавшемся на юго-востоке от Смешанных земель и тоже с ними граничащем, а на юге примыкавшем к землям демонов. Степи и пустыни – вот негустое богатство Самаранских земель, каким-то чудом сохранивших свою целостность при такой близости к Смешанным землям. Мой учитель был человеком и на одну восьмую демоном, слабым магом, но искусным филигранником и артефактником, компенсировавшим недостаток магии талантом. А ещё он знал меня как местную жительницу Али Мирр, которая брала у него уроки в частном порядке. С ним мы и общались иногда через парные амулеты связи, но чаще через обычный приемник.
Алесан Митрэ когда-то жила в Смешанных землях, и это имя мне было ближе всего, хотя я им уже давно не пользовалась. А Александрой Дмитриевой я становилась в своем родном мире. В итоге все местные имена объединяла только буква М, написанная совершенно обычным наклонным начертанием, но зачарованная артефактником всегда находить путь к моему приемнику.
Вот и в тот момент отправитель, которому я сама дала карточку, написал мне послание, приложил в нему зачарованную печать «М», положил послание в свой приемник, чтобы через миг оно появилось у меня.
Это явно был кто-то близкий или друг близкого человека, который тоже мог воспользоваться карточкой, поэтому отлеживаться не получилось. Я накинула халат и отправилась в лабораторию.
Приемник призывно светился мягким светом, но нервная система была дороже. Я всё же не отказала себе в искушении выпить стакан воды с успокоительными каплями, и только потом открыла крышку.
Письмо было коротким, и писал мне Алиендр.
«Светлого дня, госпожа Митринель!
Сегодня в Эленвилле день взяла под опеку Темная мать, и мы покорно склоняем головы перед её мудростью и всевидящим взором. Горе и потери пришли во многие дома, но смирение и вера в Двуединую позволят нам пройти испытание достойно.
Мир взорвался хаосом и принес нам неуправляемого гостя из Смешанных земель, который скрывался от своих родичей. Он не властен над собой, но силами Стражи временно находится в Башне Каменных Сердец. Его судьба – быть преданным суду демонов, но его сумасшествие не позволяет нам передать его без потерь для нашего народа.
Прошу вас принять участие в обследовании незваного гостя и помочь нам в его временной нейтрализации для передачи его народу. Мы обладаем пятью часами времени, прежде чем источники сдерживания исчерпают свою силу.
Через четверть полуцикла я прибуду к вам.
Младший Страж, Алиендр Галланель»
Времени оставалось немного, и я быстро высушила волосы зачарованной расческой и переоделась черное платье с закрытым горлом с серебристой вышивкой в районе груди, сердца, горла и расходящейся ниже пояса серебряными каплями. Двойная защита – посеребряная нить, складывающаяся в магические символы, которым меня научил наставник. Вроде бы простая предосторожность человека, не имеющего магии, но каждая нить содержала в себе толику пространственной магии, защищающей меня в самых жизненно важных местах. Такое вот парадно-выходное платье: и на парад к умертвиям, и на выход к магам. И сразу всем яснее ясного, что я темная, меньше глупых вопросов.
Быстро собрала походную суму, совершенно не зная, чего ожидать в башне. В учебной практике я сталкивалась с анатомией демонов от силы пару раз, в послеучебной – ни разу. Они держались обособленно на своей территории на юге, лишь некоторые осваивались в Смешанных землях, и только полукровки порой жили на границе. Но демоновы полукровки – редкость и часто следствие опрометчивости их родителей. За ними в детском и подростковом возрасте всегда нужен был пригляд сильного и, соответственно, крайне высокооплачиваемого мага, а затем в период испытаний, слияния с огнем, который неизбежно наступал у каждого демона, их связь с сердцем огня практически всегда обрывали, делая их слабенькими магами или оставляя только темную энергию, которой они обладали по праву рождения. И огонь, и магию сохраняли совсем немногие.