Ведь они не ты (СИ)
К черту всех мужиков! И не понимающего слово «нет» и другого, не вспомнившего ее… Она просто перевернет эту страницу своей жизни и будет жить дальше.
Наслаждаясь кофе и овсяной кашей на молоке, Полина просматривала корпоративную почту, ответила на срочные и важные письма. Потом пролистала новости экономики, политики, светской хроники. Она всегда старалась быть в курсе того, что происходит в стране и в мире.
— Полиночка Дмитриевна! Доброе утро! — из прихожей раздался добродушный голос госпожи Торокиной. — К вам можно?
— Екатерина Тимофеевна, я на кухне. Проходите. Доброе утро! — крикнула в ответ Полина.
— Ой, вы уже позавтракали? — расстроилась Екатерина Торокина, узрев остатки каши на тарелке. — А я вам сырники принесла. Горячие еще.
— Не переживайте. Я и сырники съем с удовольствием. Сегодня голодная с утра, как волк, — рассмеялась Полина. — Составьте мне компанию, будьте любезны.
Екатерина Тимофеевна согласно кивнула, и сразу засуетилась по хозяйству: разложила на блюдо ароматные сырники, заварила чай, поставила вазу с земляничным вареньем и две розетки, десертные ложечки. Меж тем госпожа Торокина делилась местными новостями и сплетнями, вызывая смех и удивление у Полины.
— …а знаете, дорогая Полиночка Дмитриевна, что-то странное происходит вокруг вас, — доверительно поведала владелица гостевого дома, — то расспрашивают про вас: кто такая, где живет, то машина какая-то подозрительная крутится возле дома.
— Может, вы что-то путаете, Екатерина Тимофеевна? — недоуменно переспросила Полина. — Кто может про меня спрашивать? Да кому я интересна?
— Ну, кому-то все же интересна. Зятя вон моего расспрашивали про вас, коллегу его Коленьку, да Иваныча, что через две улицы от нас живет. Ах, еще фельдшера Нину Соколову, — перечисляла гостеприимная хозяйка, а у Полины все больше округлялись глаза. — Наши говорят, что и в Вяземке расспрашивали про вас. Но вы не беспокойтесь, все сказали, что не знают вас и не слышали никогда. С какой бы целью вами не интересовались, мы своих не сдаем!
— Странно это все… — задумчиво проговорила Полина. В чем дело? Кому она понадобилась? Может это горе-рыбаки, искали ее, отблагодарить. Скорее всего. Ну и хорошо, что местные молчат как партизаны. Не нужны ей никакие благодарности. — Спасибо вам огромное. А что за машина подозрительная?
— Да, за углом стоит через дорогу. Черная большая такая. Два мужичка в ней — сущие мордовороты, сидят с ночи, не выходят и не уезжают. Иван Семеныч, постучался было к ним в окно. Спросил, может, помощь, нужна какая. Так они сказали, что все у них в порядке, природой вот наслаждаются. Лыбятся, говорит он, вежливые такие, что аж зубы сводит. А какая природа-то из окна машины? Притом у них обзор аккурат ворота и окна гостевого дома, где вы проживаете. Ну, мы и решили, что с учетом недавних расспросов — по вашу душу молодцы эти. Осторожны бы вы Полиночка Дмитриевна были!
— М, да… Что-то с трудом верится, что я им нужна. Может, действительно природой любуются, ну или отдыхают… Спасибо за бдительность, Екатерина Тимофеевна, — потом взглянув на обеспокоенную госпожу Торокину, добавила: — Обязательно буду осторожной!
— Ну, дай-то бог, обойдется все, — перекрестилась Екатерина Тимофеевна. — Какие планы на сегодня? Ивановна говорила, вы на ярмарку собирались в Вяземку?
— Часик на лыжах покатаюсь, да на ярмарку — гулять, да деньги отпускные тратить! — заулыбалась Полина. — Не хотите съездить со мной в соседнюю деревню?
— Я бы с удовольствием, только вот гости у меня в большой дом заселяются, скоро уж подъедут. А вы обязательно съездите, дело-то хорошее. Девонькам своим знакомым позвоните, они рады будут. Все веселее.
— И то верно, позвоню Лизе и Нате. Я им обещала, что когда буду в ваших краях, обязательно встретимся, да как-то все не сложилось до сих пор, — Полина была благодарна за подсказку Екатерине Тимофеевне. С Лизаветой и Натальей она познакомилась на заводе. Елизавета Сорокина трудилась секретарем директора, а Наталья Анина занимала на тот момент должность ведущего бухгалтера. Помимо профессионализма, которым обладали девушки, Полину привлек и их веселый, легкий нрав. Они быстро подружились. Девушки стали ярыми помощницами Полины, за что еще больше заслуживали приятие и уважение госпожи Шумовой.
— Ну, вот и славно. Пойду я, а то дел уйма еще. Отдыхайте, Полиночка Дмитриевна!
Проводив Екатерину Тимофеевну, Полина переоделась для лыжной прогулки и направилась в зимний лес. Только уже не в сторону озера, а в противоположную. Хватит с нее геройств и волнений! Выйдя за ворота, Полина бросила взгляд через дорогу. Ни черной, ни большой, ни подозрительной машины Полина не увидела. Вообще никакой. Полина весело хмыкнула, что и следовало доказать. Ошиблись местные, не по ее душу добрые молодцы были.
Соболев молчал. Обдумывал изученную информацию. Смотрел в окно, выходящее на замершее озеро.
Проснувшись утром Александр, распорядился подать кофе в кабинет. Накопилось множество дел, которые требовалось решить. Только прежде он принял холодный душ. Ледяные, жалящие струи воды, смыли с него невероятный, изматывающий очередной сон про Полю. Из-за нее чуть ли не каждый день Соболев стал остужаться под холодным душем, как пацан малолетний.
Поработав с документами по новому проекту, Соболев добрался до вожделенной папочки, на которую кидал жадный взгляд, но откладывал изучение на потом.
Пролистав папку, в которой подробнейшим образом были изложены сведения добытые Игнатом Карловичем о госпоже Шумовой, он думал. «Значит в разводе», — отметил Александр.
Повернулся к Игнату, ожидавшему вопросов или распоряжений.
— Застукала муженька с любовницей или сама закрутила роман на стороне? — поинтересовался Соболев.
— Узнать?
— Нет.
Александр Михайлович вновь замолчал. Чтобы там у нее не было, это уже в прошлом. Теперь ее настоящее и будущее — он, Соболев. Черта с два он отпустит ее!
— Что с этим, бывшим? — сверкнул глазами Александр Михайлович.
— Ночью парни объяснили господину Князеву, что в его интересах и здоровья ради стоит держаться подальше от госпожи Шумовой. Да и просто забыть про ее существование. Пока только на словах, — отрапортовал Игнат Карлович.
— Что она? — это Александр про Полину спросил, объяснять, как водится, про кто «она», не требуется. Без уточнений понятно.
— После приема простившись с Князевым у ворот гостевого дома, легла спать. Мы выяснили, что дом она арендует у семьи Торокиных, местных предпринимателей. С утра отправилась на лыжную прогулку. Одна, — в ответ на поднятую бровь нанимателя Игнат уточнил с ухмылкой: — В этот раз без происшествий. Парни проследили.
— Где сейчас?
— В Вяземке, на ярмарке.
— На ярмарке? — спросил Александр. — С кем?
— С подругами. Некой Натальей Андреевной Аниной и Елизаветой Эдуардовной Сорокиной. Данные дамы проживают в деревне Вязевка и трудятся на заводе «ПриборРегион». Полина Дмитриевна на своем автомобиле заехала за ними час назад, и теперь они гуляют по торговым рядам, развлекаются. На ярмарке ожидается представление, в разговоре девушек прозвучало желание посмотреть.
— Хорошо. Часа через два прокатимся до этой ярмарки. «Случайно» встретимся. Подготовь машину и пригласи ко мне Ареста Марковича, обсудим меню с ним. — Александр Михайлович пребывал в благостном настроении, предвкушая обед в компании с Полей.
Главный безопасник весело ухмыльнулся. Не выдержал и суток вдали от нее!
«Ну и славненько! Нечего Александру маяться, изводить себя ледяным душем!».
Игнат нутром чувствовал, что-то еще есть во всей этой истории их встречи, не простой это интерес у Александра и не внезапно вспыхнувшая любовь с первого взгляда.
Что-то там, в прошлом у них было! Горячее и глубокое, с интригой. Александр не говорит, а Игнат не спрашивает. Он мог бы копнуть по полной, чтобы все для себя прояснить на всякий случай, но не станет этого делать, уважая Соболева. Все прояснится. Со временем.